нам.
— Зомби мы забираем, — объявила она. — По уму стоило бы прислать заклинателя, но господин Ху Ган, боюсь, не согласится…
— Правильно боитесь, — подтвердил Хули Хуэй.
— А ты вообще молчи, негодник, — цыкнула полицейская. — Глаза бы мои на тебя не смотрели.
Она помолчала, потом посмотрела на меня, как мне показалось, с явным сочувствием.
— Скажи Ши Чену, что после обеда в полицию вызвана госпожа Янь Су, — сказала полицейская таким тоном, как будто это что-то объясняло.
— А кто такая госпожа Янь Су? — спросила я. Меня раздражала эта женщина, которая большую часть разговора делала вид, будто меня здесь нет. Впрочем, я могла быть к ней несправедлива. Хули Хуэй ведь говорил насчёт пробоя в ауре.
— Хозяйка очень уютных ресторанчиков и пары клубов, — ответил вместо полицейской Хули Хуэй. — Мы можем туда сходить, если хочешь. Каждый вечер — танцы. Вход по билетам, но я их достану.
— Он приглашает тебя в бордель, — перебила оборотня госпожа Сюй. — Янь Су — лунтао[8] Чжуни Пусу, а это одна из самых опасных Триад города. Они держат бордели для оборотней и магов побогаче, а ещё две газеты и местную телестудию. Беспорочность[9], как же!
— Триад?! — ахнула я. — Но это же незаконно!
— Поди им скажи, — помрачнела полицейская. — Коммерческая и благотворительная организация, чтоб им пусто было! Мы уже много лет бьёмся, пытаемся их разоблачить. С тех пор, как Янь Су сменила прежнего лунтао, всё стало только хуже.
— А кто был прежний лунтао? — не удержалась я от любопытства.
— Голодный гуй[10], - ответил вместо полицейской Хули Хуэй.
— Обаятельный был человек, — вздохнула госпожа Сюй, — но совершенно беспринципный. Вскоре после того, как меня перевели в этот город, согласился уйти на перерождение. Думали, теперь вздохнём свободней — куда там! Госпожа Янь Су ещё шире развернулась.
Ху Ван вежливо кашлянул.
— Нам пора, — спохватилась госпожа Сюй. — Веди себя прилично, негодник! Приятно было познакомиться, барышня Лянь.
* * *
— Не слушай её, — посоветовал Хули Хуэй, когда полицейские, наконец, ушли, и он торжественно запер дверь. — В клубе Бэнди Хуа очень уютно, а со мной тебя никто не тронет. Пойдём, будет весело!
— Так клуб или бордель? — скептически спросила я.
Оборотень не ответил, только кивнул на прилавок, так и стоящий у двери. Мы вместе оттащили его на место, а про шкаф братец Хули сказал, что лучше дождаться Старейшего Ху или Ши, а то, мол, я надорвусь, и они оторвут ему хвост. А он так долго его отращивал!
— Так клуб или бордель? — повторила я вопрос, когда Хули Хуэй развалился в кресле для посетителей.
— Вот ты зануда, — скривился оборотень. — Я говорю, что со мной…
— А я не об этом спрашиваю, — перебила его я.
— Ну, бордель, — сдался Хули Хуэй. — Не совсем, конечно. Духи и заклинатели платят деньги за то, чтобы его посетить. Люди — тоже. Там красиво, там весело, там можно познакомиться и потанцевать с интересными людьми, послушать отличную музыку. Ну, а потом немного чар, немного умения… все стороны получат массу удовольствия, а Янь Су положит в карман ещё немного монет. Все довольны! Разве это можно назвать некрасивым словом бордель?!
— Тогда почему?..
— Госпожа Сюй Мейлин склонна… к преувеличениям… — осторожно пояснил оборотень. — Ну, бывает, если кому-то достаточно богатому или влиятельному понравится девушка, она… получает приглашение. Погостить за городом или в особняке в престижном районе. Долго погостить. Потом, конечно, она лечится от малокровия, но, в конце концов, за удовольствия нужно платить. Некоторые сами приходят — им нравятся лисьи чары. Бывает, они даже соглашаются… поработать в дальних помещениях клуба. Не всем гостям хочется плести иллюзии, чтобы получить доступ к человеческому телу — и его жизненной энергии.
— Ты хочешь сказать, духи едят этих девушек заживо?!
— Какое некрасивое слово, — смешно сморщил нос Хули Хуэй. — Эй, барышня Лянь, а что тебя удивляет? Я же говорил тебе — бойся нас. Мы не люди.
— Вы чудовища, — произнесла я с чувством.
Оборотень смешно развёл руками.
— До появления Чжуни Пусу всё было куда хуже, — заверил он меня. — Голодные гуи и лисы нападали на людей прямо на улицах города. Мой отец из дома не выходил без большой дубинки: они же и на своих набрасывались! А теперь — всё мирно и тихо. Хочешь полакомиться симпатичной барышней — пожалуйста в клуб. Заплати на входе и знай меру. А будешь зарываться — так госпожа Янь Су живо найдёт на тебя управу! На неё знаешь какие заклинатели работают? Ой-ой!
— Что ж ты тогда?.. — начала было я и запнулась, не зная, как описать сосущее ощущение в желудке и сверлящую боль в виске, которые появились при нашей первой встрече.
— Виноват! Виноват! — вскинул ладони Хули Хуэй. — Не удержался! Больше этого не повторится, клянусь своим третьим хвостом!
Против воли я расхохоталась.
* * *
Дядюшка Ху вернулся уже после рассвета, чего с ним обычно не случалось. Первым его приближение почуял Хули Хуэй, который проснулся и растолкал меня: мы оба заснули каждый в своём кресле. Владелец магазинчика был не один: с ним пришёл и Ши Чен. Они оба выслушали наш рассказ (говорил преимущественно Хули Хуэй). Старейший Ху поохал, покачал головой, с явным неодобрением покосился на порог, за которым стояло так и не отмытое ведро, но ничего не сказал. А Ши Чена больше интересовала припрятанная печать и пересказ разговора с полицейским инспектором.
— Говорите, после обеда? — спросил он, когда всё было сказано. — Отлично, тогда и пойдём.
Он бережно спрятал печать, поклонился дядюшке Ху, небрежно кивнул младшему оборотню и ушёл.
— Отпустите сестрицу Лянь спать, Старейший Ху, — предложил Хули Хуэй. — Я вместо неё поработаю.
Старейший Ху нахмурился, но потом кивнул. Я хотела возразить, но вместо этого так широко зевнула, что чуть не вывихнула челюсть. Едва дождавшись, когда лисы оттолкают старинный шкаф на место, я рухнула на кровать и заснула мёртвым сном.
* * *
После обеда мы с Ши Ченом стояли у входа в полицию. Он попросил меня подождать у входа, заглянул внутрь, о чём-то спросил на пропускном пункте, потом вернулся ко мне.
— Всё хорошо, — усмехнулся он. — Янь Су ещё не приходила.
— А зачем она тебе? — спросила я.
— Увидишь, — засмеялся Ши Чен.
Мы немного постояли, провожая глазами редкие проезжающие автомобили и велосипеды, пока на горизонте не показался ярко-красный
