такой человек в чём-то уверен…
Он развёл руками.
— Начальник Хен — волшебник, — пояснил братец Хули. — Слышала, может быть. Заклинания, тайные знаки, запретные учения, старинные свитки, печати…
— А Ши Чен — тоже волшебник?
— Малыш Ши? — расхохотался лис. — Он зануда! Только и знает, как составлять бумаги. Жалобы, угрозы, прошения… что он, что наставник его. Сами колдовать брезгуют. А нам — хоть пропадай. Выйдет приказ по провинции всем лисам уехать — уедем, никуда не денемся. Куда нам, земным духам, против приказа?..
— Земным духам? — переспросила я, пытаясь понять весёлую трескотню лиса.
— Все мы, несовершенные, живущие на земле и не мечтающие подняться в Небеса, все мы земные духи, барышня Лянь, — пояснил дядюшка Ху. — Все мы подчиняемся властям и заклинателям вроде детективов Цянь, Ши и их коллег.
Он оглядел младшего собрата, слегка поклонился мне и добавил:
— Я вас оставлю. И если ты, негодник…
Братец Хули уже знакомым жестом вскинул ладони.
— Никогда! Ничего! Вы же меня знаете, Старейший Ху!
— В том-то и дело, что знаю, — вздохнул старый лис.
Едва хозяин магазинчика переступил порог, как братец Хули метнулся к двери и защёлкал причудливыми замками.
— Трус, — процедил он презрительно. — А ещё Старейший!
— Что ты имеешь в виду? — устало спросила я.
— Ничего, сестрица Лянь! — замахал руками лис. — Ничего! Иди спать!
Он одним прыжком перемахнул через прилавок и стал толкать его в сторону двери. Прилавок поддавался с трудом.
— Что стоишь, помогай! — гаркнул лис. Он был так явно встревожен, что я послушно дотолкала вместе с ним прилавок до двери.
— Так-то лучше, — фыркнул братец Хули, потом принюхался и бросился в спальню.
Прежде, чем я успела его остановить, он отодвинул кровать от окна и кивнул мне на стоящий у стены резной шкаф.
— Ты с ума сошёл?!
— Не дури, — пропыхтел лис, пытаясь сдвинуть с места тяжеленный шкаф. — Помогай, пока не опоздали. Скорее!
— Куда опоздали?!
— Быстро!
Ему было сложно возражать. Вместе мы привалились к шкафу. Он был намного тяжелее, чем прилавок, но мы кое-как придвинули его к окну.
— Уф! — вытер пот со лба лис. — Успели!
Мне было не по себе. Ночь, темно, мы одни и, случись что, никто не придёт на помощь.
— О чём ты говоришь? — как можно ровнее спросила я.
— Об этом, — криво усмехнулся братец Хули и кивнул на шкаф. Мы помолчали и вскоре я услышала, как с улицы кто-то царапается в окно.
— Что это?!
— Как что? Зомби[6].
— Ты шутишь, — неуверенно произнесла я.
— Нет, не шучу, — обаятельно улыбнулся лис.
— Что за бред?! Какой ещё зомби в наше время?
— А чем это время хуже любого другого? — пожал плечами братец Хули. — Твой муженёк слишком активный. Это, знаешь ли, не всем нравится.
— А ты откуда обо всём знаешь?!
— Держу ушки на макушке, сестрица Лянь, — отозвался лис и хищно улыбнулся. — Ты слишком хороша, чтобы позволить сожрать тебя голодным мертвецам.
— Мертвецам?!
— Ну, двух-то дядюшка Цзинь точно наскребёт, — заверил Хули.
— Двух?! Дядюшка Цзинь?! Какой ещё дядюшка Цзинь? Погоди, а Ху Ган, что, в курсе?!
— Так я тебе о чём и говорю, — пояснил Хули, кинул тоскливый взгляд на постель и решительно вышел из спальни.
— Твой Ши Чен слишком близко подбирается к чужим тайнам. Это неприятно, знаешь ли. Шунлун его вызвал и обещал рассказать кое-что важное после заката.
— Шунлун, — тупо повторила я, выходя следом за ним.
— Твой приёмный отец, — ответил братец Хули, усаживаясь в кресло для посетителей. — Дракон нашей реки. Пока он заговаривает зубы твоему муженьку, дядюшка Цзинь надеется управиться. Думает, до братца Ши хоть тогда дойдёт. Слышишь? Второй мертвяк в дверь бьётся.
Как только он замолчал, я действительно различила глухие удары.
— Ты всё это знаешь — и никому ничего не сказал?!
— Я сказал дядюшке Ху, — с достоинством заявил братец Хули. — А старик ответил, что я перед тобой виноват, поэтому мой долг… дальше сама понимаешь. А сам ушёл. Как всегда. Потом скажет, что он тут не при чём, и продолжит кивать и нашим, и вашим.
— А… полиция?
Хули Хуэй скривился.
— Не выношу собак, — сказал он кисло.
— Ты не предупредил полицию только потому, что не выносишь собак?!
— Они потребуют доказательств, — протянул лис. — Будут задавать вопросы… А кто я такой, а почему мой запах висит в коридоре, а как я зарабатываю на жизнь… А я ничего не знаю. Я случайно услышал. Да не трясись ты так. Через порог ни один мертвяк не перешагнёт, ноги-то у них не сгибаются. Главное, к ним не выходить, а то даже косточек не оставят.
— Я убью тебя, Хули Хуэй, — с чувством выговорила я.
— Это уж как тебе будет угодно, сестрица Лянь, — поклонился лис.
Глава 4
Зомби
Стук в дверь становился всё настойчивей.
— Они так и будут до самого утра колотиться? — спросила я и села в кресло дядюшки Ху. Мне было спокойнее, когда нас с оборотнем разделял прилавок.
— Ага, — зевнул лис. — Иди спать.
— А если они прорвутся?
— Какая тебе тогда разница, где они на тебя набросятся? — цинично ответил Хули Хуэй.
— Что, с ними ничего нельзя сделать?!
— А что с ними сделаешь? — пожал плечами лис. — Оружие их не берёт, они же мёртвые. Ну, будь ты мастер меча, отрубила бы им руки-ноги. Но ты же не мастер меча.
Он снова зевнул.
— Шла бы ты спать.
— А ты?
— А я сторожить буду, — пообещал братец Хули и зевнул шире прежнего.
Спать под аккомпанемент стуков и шорохов не хотелось. В голову лезли обрывки воспоминаний. Где-то я что-то слышала. Когда-то.
— Не может быть, чтобы от зомби не было средства, — настойчиво сказала я.
— Ну ты и зануда! — рассердился лис. — Ну есть, есть средство. Довольна?! От зомби, от нас, от любых наваждений. Где я тебе здесь собачью кровь возьму? Свежую?
— Почему свежую? — оторопела я. Лис посмотрел на меня как на идиотку.
— Потому что сворачивается.
Повисло неприятное молчание.
— Отсталый человек — Старейший Ху, — нарушил молчание братец Хули. — Хоть бы проигрыватель держал, что ли… тебе какая музыка больше нравится?
— Музыка?!
— Не нравится музыка? А кино? Пойдём завтра в кино, а? Ах да, завтра
