— Так значит, его обманули?
— Да.
Лодка Ренона отчалила от причала, на ее место подошел приятель Рагусы. Рагуса двигался прямо за ним. Лоуренс сказал на ушко Хоро, качаясь в такт лодке:
— Такое случается время от времени. Поддельная бумага — возможно, свидетельство об оплате от землевладельца. Может, даже поддельное разрешение на сбор пошлин на реке.
— Хмм…
Подобные фальшивки обычно продают дороже, чем тот доход, который могут принести такие же, но настоящие бумаги. Но те, кто не знает подобных вещей, часто попадаются в такие ловушки.
— Бедняжка…
Лодки на реке уже выстроились в очередь. Подзадержавшиеся стражи лихорадочно собирали деньги и начисто забыли про мальчика. Как и говорила Хоро, мальчик выглядел совершенно нищим. Но если бы он думал головой, то не дал бы себя обвести вокруг пальца.
— Возможно, это будет ему хорошим уроком.
При этих словах Лоуренса взгляд Хоро перешел с мальчика на него.
— Надеюсь, ты не пытаешься мне намекнуть, что я бесчувственная скотина?
— И это говорит тот, кто молил о помощи всех подряд, когда его самого ослепила жадность.
От столь прямого заявления Лоуренс поежился; но если он сейчас протянет мальчику руку помощи, это будет против его принципов как торговца.
— Но я искал помощи своими собственными ногами.
— Хех.
— Я предпочел бы думать, что я не настолько злодей, чтобы отбросить руку того, кто просит о помощи. Но если он хотя бы не попросит, у него нет будущего, даже если кто-то и будет ему помогать. Тогда ему остается только обратиться к Церкви и стать монахом.
Хоро погрузилась в раздумья — видимо, о бедном мальце. Скорее всего, она понимала, что Лоуренс прав; но, в конце концов, она же помогала с урожаями деревне много столетий, не видя за это никакой благодарности… просто она такая. Видимо, помогать бедствующим в ее характере.
Лоуренс натянул одеяло на лицо и прошептал:
— Может, если он поднимется на ноги и начнет сам что-то делать, тогда…
Хоро, конечно, добрая, но она не может не видеть, как устроен этот мир. «Конечно же, она понимает мои намерения», — подумал Лоуренс.
Мальчика ему было жалко; но, взглянув в его сторону, он не поверил отнюдь не глазам, но ушам своим.
— Учитель! — прозвенел крик.
Все, кто здесь собрались, привыкли быть на рынке. Они могли определить источник голоса даже посреди толпы. Мальчик вскочил на ноги, не обращая внимания на попытки стражей его остановить. Он бежал вдоль причала, и слова его были обращены не к кому иному, как к Лоуренсу.
— Учитель! Это я! Это я!
— Какого…
— Хвала Господу, как же замечательно, что я наконец-то вас нашел! Я уже беспокоился, потому что мне совсем нечего было есть, но наконец-то удача!
Несмотря на радостный тон, по лицу мальчика было видно, что он весь на нервах. Лоуренс вперил в него взгляд и принялся копаться в памяти, где хранил лица всех, кого встречал в прошлом. Да, он не ошибся: этого мальца он видел впервые в жизни.
Но одно Лоуренс понял: мальчик поставил на него все. Это же поняли и стражи, которые тут же прижали его к настилу причала древками копий.
— Ах ты щенок!
Речные мосты как ворота — они являются символом власти правителя. Если подобный фарс допускать, пострадает репутация герцога. Скорее всего, мальчика просто утопят в реке; его синие глаза неотрывно смотрели на Лоуренса, точно говоря: «Если я сейчас проиграю — мне конец».
Лоуренс смотрел на мальчика, не отводя глаз. Он даже дышать забыл, пока Хоро не пихнула его в бок. Она не смотрела ни на него, ни на мальчика, но Лоуренс прекрасно понял ее мысль: «Надеюсь, ты не забыл, что сам сказал только что».
Мальчик поднялся на ноги и воззвал к нему о помощи.
— Как ты смеешь пачкать репутацию герцога Диджина?!
Очередь из лодок становилась все длиннее. Гнев стражей был вполне понятен: их самих накажут, если они не справятся со сбором пошлины. Такого они, естественно, допустить не могли. Один из стражей отвел от мальчика свое копье и занес ногу, чтобы пнуть его в живот.
— Остановитесь!
Лоуренс выкрикнул, когда страж уже начал наносить удар. Нога не успела остановиться вовремя, но, к счастью, лишь слегка пихнула свою жертву. Раздался возглас, похожий на лягушачье кваканье.
— Он действительно кажется мне знакомым.
Страж кинул короткий взгляд на Лоуренса и отвел ногу. Но, похоже, истинное намерение Лоуренса он понял мгновенно. Бросая сердитые взгляды на Лоуренса и мальчика, остальные стражи отвели копья и разом вздохнули.
Игра мальчика была до боли очевидна. Его глаза сияли от изумления, что нашелся в мире добрый человек. Похоже, он сам не мог поверить, что его лицедейство сработало, и несколько раз недоуменно моргнул. Впрочем, он тут же вскочил на ноги и впрыгнул в лодку Рагусы.
Уплатив пошлину, Рагуса нарочито медленно завязал тесемки своего кошеля. Он поедал глазами мальчика, всем видом давая понять, что тому следует заплатить. Потом он встретился взглядами с Лоуренсом, и двое мужчин поняли друг друга без слов.
— Много вас тут скопилось! Давайте, давайте! — пролаял страж и взмахом руки позволил Рагусе и его лодке отправиться дальше. Конечно, они были рады избавиться от мальчика, но теперь им действительно придется иметь дело с довольно длинной очередью. Рагуса, глядя на Лоуренса, пожал плечами, затем запрыгнул в лодку и взял весло. Если только ему заплатят, вряд ли он будет жаловаться.
Мальчик, должно быть, совсем вымотался, а может, перепугался до смерти; едва добравшись до носовой части лодки, он свалился без чувств. Хоро недовольно посмотрела на Лоуренса.
— Раз дошло до такого, ничего не попишешь.
При этих словах Лоуренса Хоро наконец улыбнулась и, выбравшись из одеяла, положила руку на тело свалившегося возле ее ног мальчика.
Хоро никогда не уставала дразнить Лоуренса; но сейчас, сидя над мальчиком, она смотрелась точь-в-точь как добросердечная монахиня. Лоуренс же, напротив, казался со стороны черствым и грубым человеком, не желающим ни на секунду отойти от своих принципов.
Убедившись, что мальчик не ранен, Хоро усадила его и оперла спиной на борт лодки. Лоуренс передал ей чашку с водой. Он заметил, что мальчик по-прежнему сжимает в руке поддельную бумагу… вот это решимость.
— Давай-ка попей воды.
Хоро пихнула по-прежнему бессознательного мальчика в плечо краешком чашки. Тот медленно открыл глаза. Взял чашку и начал пить, рассматривая Лоуренса и Хоро. По лицу расплылась смущенная улыбка. Лоуренс, изначально собиравшийся предоставить мальчика его судьбе, отвернулся.
