— Вот интересно…
Хоро остановилась на полуфразе, чтобы выкусить что-то из своего меха.
— …Когда мы отомстим лисе, что будет потом?
Хоро была большой мастерицей ухаживать за хвостом с помощью рта, но все равно у нее на губах налипла шерсть. Когда наступит весна, ей будет, видимо, еще неудобнее. Такая мысль мелькнула у Лоуренса, пока он помогал Хоро избавиться от волосков, которые она не могла стряхнуть сама.
— Ох… сиди тихо… потом, да?
— Да. Потом.
Наслаждаясь услужливостью Лоуренса, она зажмурилась, точно избалованный ребенок, и задала Лоуренсу этот вопрос. Не исключено, что она просто дурачилась, но, с другой стороны, может, она и впрямь надеялась, что они с Лоуренсом сумеют решить эту трудную задачку. В конце концов, они ведь посетили Реноз в поисках сведений о родном городе Хоро — и нашли его точное местоположение. Однако вовсе не завершение путешествия подразумевалось под этим «потом».
— Ну, еды и развлечений достаточно, так что мы вполне можем подождать до весны, когда снега растают… Но если хочешь, мы можем нанять лошадей и сразу вернуться в Реноз, а потом двинуться дальше на север.
— В горы Роеф, да?
Родина Хоро лежала где-то в тех горах. Добраться туда можно за месяц, не больше. И если уже там они не будут тратить время впустую, то управятся в несколько дней.
Хоро суетилась по-девичьи, ковыряясь с мехом на своем хвосте. Лоуренс без труда догадался, чего она хочет: чтобы он придумал какой-то повод оттянуть расставание.
— Но ты ведь знаешь, горы и люди там могли сильно измениться за все эти годы. Даже если мы отправимся в горы вдоль реки Роеф, мы вполне можем заплутать.
— Хмммм?
Что за хитрая волчица, подумал Лоуренс, помогая ей убрать бурые шерстинки, налипшие на губах.
— Пожалуй, мы могли бы сперва оправиться в Ньоххиру… ты ведь была там, если я правильно помню? В это время года туда от Реноза десять дней пути; зимой для безопасности нужно идти через города и деревни. Так что у нас будет еще двадцать дней.
Говоря, Лоуренс отсчитывал дни на пальцах. По привычке он исходил из того, что они будут двигаться как можно быстрее, почти не тратя времени на отдых. Для бродячего торговца «время» означало только время в дороге.
Крюк через Ньоххиру сам по себе был уступкой с точки зрения разума торговца. Чистая прибыль торговца составляла обычно лишь пятую долю от его выручки — половина уходила на пошлины, остальное на дорожные траты. Так что неспешное путешествие между исходным пунктом и местом назначения шло вразрез со здравым смыслом торговца. Но, конечно, Лоуренс знал, что будет жалеть, если сократит время, проводимое с Хоро.
Он застыл, глядя на руки; последний палец остался не отсчитанным.
«Неужели это все время, какое я могу для нас выискать?»
— Нам еще десять дней понадобиться, чтобы понаслаждаться горячими источниками в Ньоххире.
Хоро отогнула за Лоуренса последний палец, потом добавила свои пальцы таким жестом, словно хотела согреть ладони Лоуренса. И Лоуренс тут же ощутил волну тепла, поднимающуюся к сердцу.
Люди действительно живут в Ньоххире дней по десять, чтобы насладиться в полной мере. Но это дорогое удовольствие. Цены на тамошних постоялых дворах — просто разбой на большой дороге, особенно если учесть ужасную еду. Они даже за питьевую воду берут деньги, а местное вино дурно пахнет и почти безвкусное.
И все это лишь за право попользоваться горячими источниками. А поскольку вода обладает могучей «целебной силой», приходится еще дважды в день навещать лекаря. Тамошние заправилы деньги буквально загребают.
Но Лоуренс просто не мог сказать «нет». До чего коварная волчица.
Вот набила бы чем-нибудь рот и улыбалась бы молча — какая теплая была бы сцена!
— На твоем лице прямо-таки читается, что ты трясешься по поводу денег, — неприятным голосом произнесла Хоро и поднесла руки к лицу. Хвост заманчиво качался у Лоуренса перед глазами. Невольно Лоуренсу захотелось ухватить его и прижать к щеке.
— Я знаю, что там дорого; я же Хоро, мудрая волчица из Йойтсу. Я наблюдала за другими, когда была там последний раз. Поэтому я найду для нас горячий источник, который не охраняют, если только ты будешь чуть-чуть больше тратить на еду. Этого ведь достаточно, правда?
Звучало, конечно, заманчиво. Однако посетители горячих источников стремились каждую свободную минутку проводить в чудодейственных водах. Чем хуже человек себя чувствовал, тем более могучей казалась целительная сила источников. Это была ловушка для посетителей. Будет просто чудом, если Хоро сумеет отыскать неохраняемый источник близ города.
И Лоуренс прекрасно знал, что с Хоро любое «чуть-чуть» окажется совсем не чуть-чуть.
— Всякий раз, как ты тратишь «чуть-чуть» моих денег, моя мечта становится от меня все дальше.
Если он не будет твердо стоять на своем, Хоро неизбежно начнет требовать у него купить ей что-нибудь в каждой палатке. Несмотря на то, что на лице Хоро немедленно отобразилось «Да как ты можешь!», Лоуренс не сдавался. Даже несмотря на то, что признание в любви поставило его в проигрышное положение.
— Я могла бы тысячью слов тебе ответить, но… — Хоро негромко кашлянула, взмахнула хвостом и продолжила. — …Ты сам признал, что отказался от своей мечты открыть лавку, когда вернулся за мной.
Она не сводила с Лоуренса своих янтарных глаз, точно испытывая его. Белоснежные зубы сверкали между губами за облачками дыхания.
— Я сказал, что отложил ее, а не отказался.
Хоро вздохнула, всем видом показывая, что разочарована столь слабым оправданием. Лоуренс был не вполне честен, и Хоро, конечно, чувствовала это. Она ведь отлично распознает любую неискренность. Так что, прежде чем она успела ему это высказать, Лоуренс ее опередил.
— Но я признаю, в минуты слабости я действительно подумывал от нее отказаться.
— Пытаешься сбежать через любую дырочку в словах… торговец до мозга костей.
— Ох, ну ладно… я от нее отказался. Довольна?
Лоуренс сдался. Если она делала такой расстроенный вид, победить ее было невозможно.
— Ну, тогда потратить побольше денег совсем не проблема — так я хотела бы сказать; но сперва я хочу услышать, почему ты отказался.
Лоуренс хотел было сказать «просто каприз», но передумал. Изо всех сил стараясь, чтобы его слова прозвучали достойно, он произнес:
— Когда я открою лавку, торговать станет вполовину менее интересно.
— …Мм?
— Когда открою свою лавку, стану ленивым и буду только вспоминать с тоской былые деньки. Но они будут уже позади — конец приключениям.
