путешествует дорогой.
– А что, если сделать это по дороге в Люнстоун? Это не в столице, если я правильно помню карту.
– Не в столице, но, судя по тому, что я слышала, Ричард пользуется Брешами, чтобы перемещаться в цитадель Световидцев и обратно.
– Черт, – пробормотал Магнусон.
Ее брови подпрыгнули, а рот раскрылся.
– Честно говоря, не ожидала, что тебе известно о Брешах.
Коннор стрельнул в нее глазами и позволил тишине ответить вместо него. Чем больше София сомневалась в том, чего он знал, а чего не знал, тем больше правды удастся из нее вытянуть.
Что бы ни связывало ее с Ричардом Бомоном, старые раны затуманят ее рассудок во время допроса. Бомоны имели влияние и контроль над большей частью экономики Хэйзелтайда, и строили они свою власть на страхе.
Судя по слухам об этой семье, добравшимся до юга, каждый Бомон наверняка натворил достаточно дел, чтобы заслужить скорую смерть. И все же не Коннор должен был выносить приговор, особенно учитывая, что он ничего не знал о предполагаемых преступлениях Ричарда.
У них будет время придумать план получше, чтобы сбить Световидцев со следа. Об этом позже. Сейчас не было другого способа добраться до Гробницы Аэрона, а значит сойдет и допрос Ричарда Бомона.
– Капитан? – позвал Мёрдок.
Коннор выглянул из-за дуба, чтобы взглянуть на костер. Оранжевые отблески пламени отражались на лице бывшего Черного гвардейца. Встав одной ногой на бревно, он вытирал залитые кровью руки о лоскут.
– Должен ли я знать что-то еще о душах? – спросил Коннор Софию почти неслышно.
Прохладная весенняя ночь вступила в силу, тени стали черными. Колдунья, поежившись, покачала головой.
Они вернулись в лагерь. Последние лучи солнца проникли сквозь крону над ними, давая последний шанс найти укрытие, прежде чем лес окажется охвачен ночью.
Ржавый запах крови вгрызался в воздух все сильнее с каждым шагом, приближавшим их к костру: факел для всех голодных тварей, ждущих в своем логове. В тени рядом с костром на миг сверкнула белая кость ребра. Рядом с тушей оленя лежали неровно нарезанные стейки, сложенные друг на друга в ожидании магии Софии.
– Мы отправляемся в Оукенглен, – объявил Коннор.
Мёрдок вздрогнул и сделал удивленный шаг назад. Он зажмурился, увидев их, и покачал головой.
– Прекратите так делать.
Алые губы Софии изогнулись в улыбке.
– Нервничаешь?
Наемник ткнул в них окровавленным пальцем.
– Вы двое ходите до ужаса беззвучно.
– Ты закончил? – спросил Коннор, кивнув на оленя.
– Почти, – бывший Черный гвардеец опустился на колено возле животного.
– Тебе нужна помощь или…
– Я хочу внести свою лепту, помнишь? – Мёрдок жестом предложил ему сесть. – А теперь рассказывайте, что там с Оукенгленом?
– Нам кое-что нужно, и мы должны найти способ пробраться туда, – Коннор снова сел на камень, ожидая, когда Мёрдок закончит. – Вопрос в том как. Я слышал, чтобы попасть в столицу, нужны документы, а у меня их уже много лет не имеется.
Сгорели в огне еще в Кёркуолле.
София кивнула.
– Во всех столицах требуют документы. А здесь, в маленьких городках, мы не сможем достать зелья Маскировки. По крайней мере хорошие. Придется пройти мимо солдат, которым, возможно, знакомы наши лица. В Мёрквелле есть секретная таверна, где можно купить документы, а может, и найти проводника, который пропустил бы нас через тайный ход, если раскошелиться.
– Я не доверяю незнакомцам, которым приходится платить прежде, чем получишь то, что нужно, – Коннор почесал затылок, раздумывая над вариантами. – А мы сможем спрятаться в повозке? Может быть, получится пробраться вместе с какими-нибудь странствующими артистами?
Некромант скрестила руки на груди и скептично подняла бровь, услышав эту идею.
– Хочешь, чтобы мы прятались в цирке?
Коннор пожал плечами.
– Если это сработает.
– Слишком большой риск. Стражи везде суют свой нос, и они проверят у всех документы. Поэтому на воротах всегда длинные очереди.
– Возможно, я сумею провести нас внутрь, – объявил Мёрдок, отшвыривая в сторону оленью ногу.
– Возможно? – нахмурился Коннор. – Или сумеешь?
Бывший Черный гвардеец вытер лоб тыльной стороной ладони, оставив на коже тонкую полоску крови.
– Ну ладно, сумею. Есть черный ход, ведущий в город через дренажную галерею. Только чур не осуждать, когда я покажу вам дорогу. Клянетесь?
Коннор молча изучал наемника взглядом, не до конца уверенный, что ему нравилась эта идея.
Мёрдок в ожидании склонил голову набок.
– Ну же. Поклянитесь.
– Клянусь, – неуверенно ответил Коннор.
– Я ничего не обещаю, – сказала София.
Мужчина приложил заляпанную кровью руку к сердцу и нахмурил брови в притворной обиде.
– Дорогая, не подвергай нашу любовь такому испытанию!
– Мёрдок, нам очень нужно пробраться внутрь, – вмешался Коннор. – Ты абсолютно уверен, что это сработает? Этот твой путь безопасен?
– Это старый дренажный тоннель, о котором почти никто не знает. Это сработает.
– Тогда мы хотя бы посмотрим, – Коннор потер глаза, подавив зевок. – Давайте спать. Мы пройдем мимо Мёрквелла и будем держаться леса. Ночевки на деревьях замедлят движение, но по крайней мере мы больше не столкнемся с этой Старлинг.
– Меня устраивает, – признал Мёрдок.
– Отлично, – Коннор потянулся, и в его плече хрустнул сустав. – Даже с учетом задержек мы доберемся до столицы за несколько дней. Мёрдок, заканчивай с оленем. Нельзя оставлять костер на ночь, иначе привлечем моровых волков. Или что похуже.
Дебошир рассмеялся.
– Что может быть хуже моровых волков?
Коннор оглянулся через плечо и увидел, что Мёрдок сидит на корточках у туши оленя.
– Помнишь, как мы вышли из Брэдфорда и ты не видел дороги?
– Ага.
– Помнишь, что я сказал?
Мёрдок растерянно нахмурился.
– Ты сказал, что это к лучшему.
– Вот именно, – Коннор встал и поднял сумку с земли. – Это касается всего Древнего леса на всем протяжении пути. Не слезайте по ночам с деревьев, тушите костер и постарайтесь не смотреть на то, что пробегает внизу.
Бродяга закинул сумку на плечо и оглядел окружавшие их тени. Мертвый олень привлечет многих из тех, кто прятался в скалах и норах. Прежде чем это случится, нужно было уйти от останков как можно дальше, и это касалось любого смертного существа с головой на плечах, если только ему не надоело жить.
В каждой тени поджидала опасность, и что-то в ночи точно хотело их сожрать. Таков был мир, и другого Коннор не знал.
Глава 5. Коннор
В ночи, словно гром среди ясного неба, раздался рык.
Коннор резко проснулся. Все еще сидя под кроной, скрестив руки на груди, он прислушался. Кора на стволе царапала спину сквозь одежду, и парень подавил желание пошевелиться.
Листья вокруг него трепетали на вечном ветру южного леса, но в остальном среди деревьев царила тишина. В какой-то момент ночью перестали петь цикады.
