по дубовому столу темно-красного цвета, закинув ногу на ногу. Бесцельно смотрел куда-то вперёд. За огромным окном уже стемнело — на империю Темных мягко опустилась ночь.
Послышался глухой звук — император зашёл в кабинет, прикрыв за собой дверь. Устало стянул с плеч мантию, бросая на соседний диван. И прошествовал к собственному столу.
— Разве ты не должен сейчас отправляться к остальным на Волчьи Загрызи? Сам же собирался.
— Это не так спешно.
— Тогда что? — Вопросительно уставился на него мужчина. Присел за своё кресло.
— Хотел посоветоваться.
— Проблемы с новобранцами в Круге? Беспорядки человеческих поселений? Новый закон?
— Я хотел спросить совета отца, а не императора, — ровно, спокойно ответил Мир, переводя на него взгляд миндалевидных чёрных глаз. — У меня нет проблем с моими обязанностями.
Листаргах Авриаль на мгновение насупился. Мрачно сдвинул брови.
— Дамиан?
Ответом послужил молчаливый кивок.
Мужчина нехотя хмыкнул.
— Мир, ты лучше всех знаешь этого засранца. Недаром он твой ближайший побратим. После войны ты единственный утихомирил Дамиана, вернув его прежнего. Вряд ли я знаю что-то свыше.
Сын промолчал. Постукивания по столешнице стали медленнее.
— Если ты его сейчас не слышишь, попробуйте зайти все вчетвером, — предложил Листаргах. — По старинке, как мы все обычно делали.
— Я его слышу, — тяжело ответил Миркелий. — Услышал, по крайней мере, позавчера. Какие-то остатки сознания есть.
Император недоуменно приподнял одну бровь. Откинулся на спинку кресла, расстегнул верхнюю пуговицу кафтана, ту, что была прямо у самой шеи.
Реакция преемника его не радовала — на самом деле, услышать мысленный голос демона во второй ипостаси было хорошим знаком, следовательно, демон не безумен, минимальное мышление есть. И если спустя пять дней Дамиана стало слышно, значит, часть сознательного контроля уже вернулась.
Однако Миркелий не выглядел довольным или расслабленным даже в сотой степени допустимого. Мужчина нахмурился, размышляя.
— Он не хочет возвращаться?
— Именно, — безрадостно подтвердил догадки сын. — Дамиан совершенно не хочет возвращаться в человеческую ипостась. И не планирует. Отрекается от любых попыток. Впервые в жизни, отец, я не имею ни малейшего представления что делать.
— А что с леди ИуренГаарских? Может стоило упомянуть её?
— Не даёт, — устало потёр глаза Миркелий. — Уходит в себя на первых же звуках её имени.
— Да уж. Кто бы мог подумать, что от девчонки будет столько проблем.
— Её вины здесь нет. Дамиан и без того рисковал, сам довёл до этого состояния. На месте же леди Алеминрии могла оказаться любая другая девушка.
Император меланхолично бросил:
— Так, может, стоит её привлечь к этому? Алеминрия довольно разумная девушка, должна понять.
— И что я ей скажу? Леди ИуренГаарских, во имя спасения выгодных устоев Империи, переспите пожалуйста с моим другом? Не смотрите, что он так выглядит, Вы, главное, начните. Держава будет благодарна.
Листаргах красноречиво поморщился. Сарказм и ирония сыну были не свойственны, Мир явно сейчас был в невероятно паршивом настроении.
Кронпринц лишь тягостно выдохнул.
— Если Дамиан не вернётся… Я не могу представить, что с ним станет. Мой лучший друг не хочет возвращаться в свою нормальную жизнь. Добровольно превращается в монстра. Монстра без чувств и человечности, живущего лишь инстинктами.
Отец молча слушал его.
— А самое ужасное, что и мы с Ринмеалем в какой-то степени в этом виноваты. Решили подразнить высшего демона. Думали, это подарок судьбы, в такой сложный период обрести свою пару. А вышло вот так. Еще и его отца с Маилем сейчас нет в Империи. И как результат — Дамиан просто не хочет жить без своей пары. Сам Дамиан. Кто бы мог подумать… Если бы мне сказали это месяц назад, я бы посчитал бредом.
— Да, — странно усмехнулся правитель, медленно повторяя слова сына. — Кто бы мог подумать… Это действительно подарок судьбы. Есть у меня пара мыслей. Я поручу Самилю.
— Хочешь подвернуть леди Алеминрию опасности? — Подозрительно глянул на него кронпринц. — Не спорю, Дамиана это вполне может вывести из нынешнего состояния, но… он просил меня присмотреть за ней. Я не хочу радикальных методов.
— Есть другие идеи? Оставить целую династию без покровителя? Или ты предлагаешь мне сменить наследника Дархэнаатра? Будем ждать, пока Дамиан окончательно превратится в безумное существо? Чтобы что? Просто истребить его как дикого разъярённого зверя?
Миркелий поднялся со своего кресла, одернул задравшиеся рукава тёмной рубашки. Грубо, но факт. Остался лишь один рычаг.
— Давай пока я попробую сам. Кстати, Самиль должен был сегодня проверить его. Не узнавал ещё?
Император обреченно махнул рукой.
— Займись этим вопросом. Если ничего не сработает, я лично решу вопрос.
Миркелий мрачно кивнул, выходя и закрывая за собой дверь. Тяжёлым медленным шагом спустился на этаж ниже, идя в сторону кабинета начальника императорской Стражи.
Самиль перехватил его буквально тут же — невесело поздоровался, останавливаясь рядом.
— Как он?
— Я его не нашёл, — признался тот. — Обшарили с Шиингом все соседние пещеры — никого. Подозреваю, что покинул эти территории, может даже спустился дальше.
— Нехорошие новости, — объяснимо помрачнел тот. — Если Дамиан начнёт буйствовать на заселениях, придётся идти на крайние меры. Его величество и так ждёт момента, чтобы нацепить на него блокирующие браслеты.
— Фи, как некультурно! Я что, полоумный хорёк, чтобы меня в клетку сажать?
Те дернулись скорее от изумления, чем от неожиданности. Повернулись к лестнице.
— Что ты…?! Ух! — с трудом выдавил из себя Самиль.
Дамиан, выглядевший максимально спокойным, даже равнодушным, размеренным четким шагом поднялся по верхним ступенькам, приблизился. Засунув руки в карманы, в своем стандартном чёрном одеянии из брюк и свободной рубахи, он выглядел привычно. Ничего сейчас не напоминало то чудовище, кромсающего последние остатки живого в лесах Загорья.
Он остановился в метре от друзей, приподнял одну бровь, наблюдая за чужой реакцией.
— А ты… ты…
— Уже успел забыть моё имя? — Бесстрастно поинтересовался Дамиан у начальника императорской Стражи. — Прискорбно.
Самиль просто закрыл рот. Изумлённо глянул на кронпринца.
Недаром тот был рождён с короной — держать лицо он умел. Совладал с крайним изумлением, в данный момент немного шокировано рассматривая побратима.
— У вас обоих сейчас сосудики в глазах от напряжения полопаются, — хмыкнув, сообщил тот.
— Ты… нормально?
— Ну я же здесь.
— Как это произошло? Ещё сегодня утром ты был, мягко говоря, невменяем.
— Рудники, знаешь ли, вообще хорошо прочищают мозги. Советую на досуге.
Миркелий усмехнулся. Напряжение с красивого аристократичного лица никуда не делось, но стало чуть менее ощутимым.
— Рад, что мне не пришлось решать вопрос кардинально. Пошли-ка, — он кивнул в сторону лестницы. — Нам есть, что обсудить.
— Да, — вечно прищуренные чёрные глаза товарища сейчас смотрели непривычно серьезно. — У меня тоже к тебе разговор.
* *
