class="p1">Келтон недоуменно сдвинул брови.
– Тебе ясно?– громко спросила София.
– Ясно…
Она сразу развернулась и скрылась за дверью своей квартиры. Майк расслабленно выдохнул, поморгал, соображая, что произошло, а затем поправил на себе рубашку и пошел к себе.
***
София размышляла всю ночь: как такое с ней могло произойти. Еще не отойдя от нервного напряжения, которое испытывала на протяжении всего дня и особенно, когда выполняла одно действие операции за другим, она не могла уложить в голове мысли о собственном поражении. Снова кружилась голова, и тело ломило от нервного возбуждения. Она представляла, что будет с ней утром… на следующий день… через неделю… Было ощущение какой-то незавершенности, опустошенности, обескрыленности. Самым мучительным было то, что София не могла понять, из-за чего такой дискомфорт и подавленность, что ее больше задевало и вызывало головную боль. Все еще перед глазами мелькали коридоры ФАМО, вентиляционные туннели и решетки, пароли, коды и таймер установки «Цербера» на голубом экране; обрывки физических ощущений: комок страха, застрявший в горле, влажные пальцы в перчатках и тугой ворот платья и нервный голос Майка, и через все это – крепкие руки Алекса, которые прижимали ее к своей груди, и его глубокий, многозначительный взгляд, при котором ее мысли разбегались в разные стороны.
Уснув в час ночи и проснувшись в одиннадцать утра с одним и тем же ощущением дискомфорта во всем теле и полным хаосом в голове, София приняла решение не разбираться с этим в одиночестве и заказала такси в промышленный район Хьюстона.
***
Мэдисон вошла в холл перед кабинетом Билла Макстейна и направилась прямиком к его двери. Неожиданно перед дверью возник агент Стивенсон и строго уставился на девушку.
– Приветствую вас,– жестко бросила София и двинулась вперед.
– Куда вы, Мэдисон?– остановил девушку Эд, надвигаясь на нее скалой.
– Мне нужно поговорить с директором Макстейном,– требовательным тоном ответила та, пытаясь обойти мужчину.
– Сейчас он занят, а о приеме нужно договариваться заранее!– не сдвинувшись с места, сказал тот.
– Эд, из-за своего малодушия вы не даете мне покоя. Где ваше хваленое самообладание агента?– раздраженно поинтересовалась Мэдисон и строго выставила руки на бедра.
С высоты своего роста Стивенсон окинул девушку снисходительным взглядом и строгим жестом указал на стул.
– Придется подождать. Директор занят.
София поняла, что Стивенсон не сдвинется с места и не пропустит ее в кабинет директора, терпеливо кивнула.
– Хорошо, а агент Кайл у себя?
– Можете пройти к ней,– равнодушным тоном ответил тот и властно сложил руки на груди.
– Спасибо… зануда,– уже шепотом добавила она и вышла.
София прошла к кабинету Сибил Кайл и постучала в дверь. Никто не ответил. Тогда она заглянула и, никого не обнаружив, вошла и присела в кресло пациента. В ожидании женщины на Софию нахлынули воспоминания о ежедневных утомительных, но захватывающих занятиях и процедурах во время ее обучения здесь. Мягкое кресло с откинутой назад спинкой снимало напряжение и упорядочивало мысли. Мягкий свет ламп и ровный поток свежего воздуха из вентиляции над креслом заставил задуматься над смягчением своего отношения к инциденту с Ахматовым, но она была настроена на выяснение всех подробностей.
Только девушка прикрыла глаза, чтобы сосредоточиться, настроить тембр голоса, подобрать слова, вопросы, погасить остатки яростного протеста, как за дверью послышались чьи-то шаги, а затем и мужской, и женский голоса. София невольно прислушалась.
– В этом я тебе не помощник. За тонкостями приема Гименея обратись к Ахматову. Это его излюбленный прием,– иронично сказал женский голос.
– Мне больше нравится название «прием Джеймса Бонда»!– рассмеялся мужчина.– Обязательно обращусь…
Дверь неожиданно распахнулась, и в кабинет вошла Сибил Кайл.
– Что ты здесь делаешь?
Мэдисон приветливо улыбнулась, сделав вид, что ничего не слышала из разговора за дверью.
– Зашла поздороваться, а вас нет. Вот присела в кресло, и так не хотелось с него вставать…
– У-ум,– протянула женщина и дружелюбно подала девушке руку.
Мэдисон подала свою. Сибил задержала внимательный взгляд на Софии и проницательно спросила:
– Вижу беспокойство в глазах? Хочешь это обсудить?
– Я обсужу это с директором,– сухо ответила Мэдисон, с лица которой мгновенно сошла улыбка.– А от вас я хотела бы получить ответы на вопросы. Вы провели со мной много сеансов. У вас на меня целый банк информации. Она доступна всем членам группы? Включая и видеозаписи…
В свете последних событий Сибил сразу поняла, что имеет в виду София, и не стала лукавить.
– Есть информация, которая необходима для эффективной работы группы. А есть та, которая не подлежит общему обсуждению.
– Но для руководителя группы получить эту информацию не проблема, да?– язвительно усмехнулась София.
– Ты сердишься. Из-за чего?– спокойно поинтересовалась Сибил.
– Неважно,– отмахнулась Мэдисон, спрыгнула с кресла и прошла мимо женщины к двери.– Все это уже не так важно. Я контролирую свои эмоции.
– Сомневаюсь,– не сводя глаз с девушки, ответила Сибил.
Мэдисон остановилась у самой двери и, не оглядываясь, жестко заключила:
– А я сомневаюсь, что и далее обязана обсуждать свои дела с психоаналитиком.
Дверь захлопнулась за девушкой. Сибил деликатно поправила свою бровь мизинцем и разочарованно проговорила:
– Да, Ахматов, ты перестарался…
***
– Здравствуй, Эд. Макстейн у себя?– появился Ахматов.
– Да, Алекс. Он ждет тебя.
– Спасибо. Сделай так, чтобы нас не беспокоили?
– Хорошо.
Стивенсон проводил Ахматова взглядом и только потом подумал, что мог бы сообщить ему о приходе Мэдисон, но Алекс уже закрыл за собой дверь.
– Проходи, Алекс, я как раз о тебе вспоминал,– доброжелательно улыбаясь, проговорил Билл.
– Сэр, я по поводу операции «Леди».
– Я догадался. Присаживайся, или так и будешь у двери стоять?
Макстейн невозмутимо пожевал в зубах сигару и проследил за приближением Ахматова к столу.
– Давай-ка присядем,– предложил он, указывая на диваны в дальнем углу кабинета.
Алекс проследовал за директором к дивану, подождал, пока тот удобно расположится, а затем сам присел напротив него. Внутренне Алекс был напряжен, но во всех его движениях ощущалась легкость, уверенность, разве что во взгляде читалась глубокая задумчивость.
– Майк уже доложил вам об инциденте в пятницу?– деловым тоном начал Ахматов.
– Да, я в курсе. Девушка сработала замечательно. И слава господу! Я вчера места себе не находил. И все-таки у нее задатки брата.
– Возможно, сэр, но…
Билл поднял указательный палец вверх, чем перебил Ахматова и продолжил свою мысль:
– Одного не понимаю, что там между вами происходит? Не разъяснишь?
Макстейн загадочно прищурился. Взглянув точно в глаза Билла, Алекс интуитивно понял, что тот догадывается о причинах такого поведения Мэдисон, но не стал подкреплять его догадки, высказав свою версию.
– Видите
