нему.
По моей коже скользят словно перья. Отдыхай, волчица, он со мной. Слова произносятся шепотом, и я содрогаюсь от их силы.
Больше никто их не слышит. Я слышала богиню всего два раза за всю свою жизнь, но ты не забудешь это чувство. Я знаю, что это она. Она защищает нашу стаю, и по какой-то причине, кажется, говорит через меня, используя меня для исцеления и перемен.
Впервые я услышала ее в ночь гибели моей семьи. Она плакала вместе со мной.
Второй раз, когда Чан объявил, что готовит меня к роли альфы. Она была горда.
Теперь я снова слышу, как она скорбит вместе со мной, когда начинается вой моей стаи - траурный вой, песня любви и потери.
Я присоединяюсь, мой голос говорит Чану и богине все, что я не могу произнести.
Кому-то празднование после лунной церемонии может показаться болезненным или неправильным, но это совсем наоборот. Мы оплакивали их потерю, поэтому теперь мы празднуем их жизнь. Историями делятся у костров, раздают еду, которая помогает справиться с болью, а напитки льются рекой, чтобы унять наши слезы.
Это путь нашего народа, и Чан хотел бы этого.
Я сижу посреди всего этого, мои руки греют пиво, пока я оглядываюсь вокруг. Так много людей погибло или было ранено в битве. Сегодня у меня даже не было времени залечить многие раны, но шрам, оставленный охотниками, останется надолго.
Я не могу вернуть их, я не могу изменить то, что произошло, но я могу изменить то, как это закончится. Моя жажда мести должна быть отброшена. Чан ушел, и ничто не может вернуть его.
Это чертовски больно.
Мне нужно подумать о целой стае, и я, наконец, понимаю, что имел в виду Чан. Стая всегда на первом месте, даже над моими собственными эмоциями. Я должна позаботиться о них. Может, я и не навсегда останусь альфой, но прямо сейчас я ею являюсь. Им нужен лидер, кто-то, кому они доверяют, и, несмотря на мои ошибки, ясно, что они все еще ждут от меня ответов, а это значит, что они нужны мне.
Я не могу допустить, чтобы произошла еще одна битва, подобная той. Мы ее не переживем.
Я недооценила охотников, но это больше не повторится.
— Ты слишком усердно думаешь, — бормочет Вейл.
Я смотрю на него, когда он садится на бревно рядом со мной. Джей откидывается назад усаживая меня между своих ног, это слишком удобно, а Люсьен слева от меня. На самом деле они никогда не оставляют меня, и я должна ненавидеть это. В конце концов, мне нравится проводить время в одиночестве, но что-то в том, что они здесь, на кого можно опереться, делает нас с волком счастливыми.
Я всегда думала, что должна делать это одна, но, возможно, я ошибалась.
— Просто думаю о будущем и обо всем, что мне нужно сделать, чтобы обезопасить этих людей, — признаюсь я.
— Это все еще будет там завтра. Быть лидером - значит иметь возможность отключиться, когда тебе нужно, — бормочет он. — Завтра все равно наступит слишком скоро, так что перестань умолять, чтобы оно наступило быстрее. Просто наслаждайся сегодняшним вечером и этим моментом. Сосредоточься на нем. Прямо сейчас им не нужен альфа. Им просто нужно, чтобы ты почувствовала это вместе с ними.
Я встречаю его испытующий взгляд и смотрю на толпу, зная, что он прав. Я была так погружена в свои заботы и планы, что не заметила, как дети смотрят на меня, спрашивая, как им поступить, а бета проверяют меня, вместо того чтобы расслабиться. Каждый волк смотрит на меня, свою альфу, а я сижу здесь, неподвижная как доска.
Вздыхая, я тру лицо и наклоняюсь к Люсьену, отпивая немного из своего напитка. — Ты прав. — Я киваю, прежде чем допить остальное. — Давайте пообщаемся.
В течение следующего часа я сижу с разными членами стаи, слушая проникновенные истории о моем отце. Он был феноменальным человеком, и ему нет равных.
Я никогда не стану альфой, каким был он, никто никогда не сможет стать, но каждый день дает мне шанс, стремиться быть лучше, лучшей на что я способна.
ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ДЕВЯТАЯ
Я, возможно, немного подвыпила прошлой ночью, и парням, возможно, пришлось бы помогать мне лечь в постель, но, к счастью, алкоголь быстро выводится из организма. Нужно много времени, чтобы напиться, не говоря уже о том, чтобы оставаться пьяной. Итак, до восхода солнца я встала и оделась. Я оставляю ребят спать, выхожу и направляюсь к стае.
У меня много дел.
Сначала я захожу проведать маму, но обнаруживаю, что она разносит еду в спортзале. Беру тост и ем, наблюдая за ней.
— С ней все в порядке, — бормочет Белый рядом со мной. — Ей нужно быть занятой прямо сейчас, позволь ей.
— Ты уверен? — Спрашиваю я.
— Я… Пойдем, прогуляемся. — Я выхожу вслед за ним, доедая остальное. — Ты знала, что однажды я чуть было не стал парой?
Моя голова поворачивается в его сторону, и он ухмыляется моему изумлению. — Я расцениваю это как - нет. — Он хихикает. — Большинство не говорят об этом, опасаясь, что это расстроит меня. Это было очень давно, и я был молод, мне едва исполнилось двадцать. Она была из другой стаи, и мы встретились на саммите. Мой отец был альфой тогда, до Чана, и мы выросли вместе. Предполагалось, что я буду альфой, но я никогда не хотел им быть, поэтому, когда я встретил ее, мне показалось, что я нашел свое место. Я перешел в ее стаю, чтобы быть с ней, и мы должны были спариться в конце года. Ей только исполнилось девятнадцать, и она хотела отпраздновать свой день рождения. Я был слаб ко всему, чего она хотела, поэтому согласился. Несколько человек пробрались в местный человеческий клуб. Мы пили и танцевали. Это была лучшая ночь в наши молодые годы... Пока все не закончилось. — Я смотрю на него, пока он идет, и вижу агонию в его глазах.
— Ты не обязан мне ничего говорить. — Я сжимаю его руку. В любом случае, сейчас я чувствую его потребность в утешении.
Он похлопывает по ней, грустно улыбаясь. — Я знаю. В общем, на обратном пути
