Дара не спускала с Анфима восторженных глаз с той самой минуты, когда в Тронной палате начала разыгрываться драма, точно не могла поверить, что он сумеет справиться со своим дядюшкой, и безумно радовалась, что ошиблась. Теперь же, услыхав от своего супруга столь разумные речи, императрица невольно хлопнула от восторга в ладошки. Хотел бы Крисп, чтобы она хоть раз взглянула на него так!
Он подавил укол ревности. На сей раз Анфим был прав. А для ревности нынче не время. Видя, что Пирр колеблется, Крисп проговорил:
– Сложись обстоятельства иначе, Петроний сам бы нашел эту мысль удачной, святой отец.
– А ты способный ученик, чтоб тебе обледенеть! – прорычал Петроний. И вдруг рассмеялся:
– Но где-то ты прав!
– Ладно, – кивнул Пирр. – Столь несвоевременное раскаяние было бы великим грехом, а с грехами надо бороться. Пусть будет по-вашему, ваше величество.
Сопровождаемый своим новым монахом, а также тремя широкоплечими бугаями-халогаями, игумен удалился из императорской резиденции.
– Анфим, ты победил еси! – выкрикнул кто-то из придворных древний видесский хвалебный клич Автократору. И в мгновение ока Тронная палата взорвалась неистовым ревом, в которой каждый старался перекричать соседа, дабы продемонстрировать свою преданность новому независимому правителю:
– Анфим! Ты победил еси, Анфим! Ты победил еси! Анфим!
Император, сияя, пьянел от ликующих криков. Не все они были искренни; многие придворные по-прежнему оставались преданны Петронию – просто искусство выживания при дворе научило их не выказывать своих подлинных чувств. Крисп напомнил себе, что нужно будет попросить Анфима расставить посты из халогаев вокруг монастыря святого Скирия, в помощь Пирровым монахам с дубинками. Но это могло подождать; как и Анфим, Крисп хотел насладиться победой, стоившей немалых усилий и ему самому.
Автократор наконец поднял руку:
– Первым декретом новой фазы моего правления повелеваю всем здесь присутствующим веселиться в том же духе до конца ваших дней!
Придворные дружно разразились смехом и рукоплесканиями. Крисп тоже захлопал в ладоши. И тем не менее подумал, что Анфиму не помешает более серьезная программа, если он желает не только царствовать, но и править. Крисп легонько улыбнулся. Эту программу кто-то должен составить. Почему бы не он?
Глава 12
Какова будет воля вашего величества? – спросил Крисп. – Будем мы продолжать войну против Макурана, хоть и менее масштабную, поскольку часть солдат отозвана обратно на север, или же заключим мир и уберемся из тех городишек, что занял Петроний?
– Отстань от меня, Крисп. – Анфим уткнулся носом в свиток. Находись свиток подальше от Криспа, его бы впечатляло усердие императора, потому что это была опись имущества, очень походившая на налоговый документ. Однако Крисп знал, что в списке перечислены вина Петрониевых погребов, которые перепали Анфиму вместе со всеми прочими несметными богатствами дяди.
– Весна на носу, ваше величество, – не унимался Крисп, махнув в сторону открытого окна, в которое влетал нежный ароматный ветерок и где сияло ослепительное солнышко. – Если вы не хотите встречаться с посланцем Царя царей, что мне ему сказать?
– Скажи ему, чтоб катился в лед, – отрезал Анфим. – Скажи ему что хочешь! Судя по этому списку, у Петрония было пять амфор золотистого васпураканского вина, а мои виночерпии нашли всего три. Куда же он дел еще две? – Автократор внезапно просиял. – Знаю! Я найду их с помощью заклинания!
– Как вам будет угодно, ваше величество, – сдался Крисп. Он надеялся, что будет направлять Анфима, но, как и Петроний, убедился, что это пустая затея. Почти все приходилось делать самому. И пока Автократор увлеченно занимался заклинанием, Крисп склонился в поклоне перед макуранским послом Чихор-Вшнаспом.
Посол поклонился в ответ, но не так низко – хотя и не из высокомерия. Как и у многих его соотечественников, на голове у Чихор-Вшнаспа красовалась похожая на ведро фетровая шапочка, которая могла свалиться при чересчур низком поклоне.
– Надеюсь, его императорское величество скоро оправится от недомогания, – сказал он на великолепном видесском.
– Я тоже надеюсь. – Крисп лгал из вежливости, прекрасно понимая, что Чихор-Вшнасп тоже прекрасно понимает, что это ложь из вежливости. – А пока мы с вами можем попробовать решить некоторые вопросы, дабы император их потом одобрил.
– Думаете, это имеет смысл, почитаемый и почтенный господин? – Посол, похоже, был отлично осведомлен о порядке ведения дел в Видессе. Задумчиво оглядев Криспа, он добавил:
– Так обычно поступал бывший Севастократор Петроний. – Более деликатно поинтересоваться, в состоянии ли Крисп заменить Петрония, было практически невозможно.
– Я думаю, Автократор ратифицирует все, до чего мы договоримся, – ответил Крисп.
– Ш-што ж… – Чихор-Вшнасп Превратил первый звук в змеиное шипение. – Это соответствует тому, что мне говорили. Давайте обсудим положение дел. – Он посмотрел Криспу прямо в лицо. Его большие черные глаза были ясными, невинными, доверчивыми, как у ребенка. Они напомнили Криспу глаза Ивая, конского барышника, который подлечивал животным зубы перед продажей.
И торговался Чихор-Вшнасп тоже не хуже барышника, что сильно затрудняло жизнь Криспу, который пытался закончить развязанную Петронием войну против Макурана; обстановка по обе стороны северной границы, осложненная невесть каким количеством наемников Арваша Черного Плаща, накалялась с каждым днем, и Крисп считал эту опасность более неотложной, чем ту, что грозила с запада.
Но просто взять и прекратить военные действия, начатые Петронием, тоже было опасно. Какой-нибудь рассерженный генерал мог запросто взбунтоваться. Все высшие офицеры видесской армии после падения Петрония присягнули Анфиму, но если кто-нибудь из них восстанет, трудно сказать, на чьей стороне окажутся остальные. Проверять это на практике Криспу не хотелось.
И так вспоминая, как Яковизий раунд за раундом сражался с Лексом из Хатриша, Крисп боролся с Чихор-Вшнаспом. В конце концов они поладили. Городки Артаз и Ханзит вместе с долиной, где они располагались, остались за Видессом. Васпуракане из соседних городишек, взятых Петронием, получили право переселиться на видесскую территорию, буде у них возникнет желание, но сами города переходили обратно к Макурану.
После того как Крисп поклялся Фосом, а Чихор-Вшнасп – Четырьмя Пророками донести до своих правителей условия соглашения, макуранец с торжествующей улыбкой заявил:
– v Только не ждите толпы переселенцев из Фиса, Телова и Бардаа. Мы еще в прошлогоднем бою это заметили – васпуракане больше презирают видессиан за ересь, чем нас за язычество. Потому и помогали они вашим так слабо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
