просто не нравишься, хотя вообще-то ты хороший человек, — я похлопал его по плечу, стараясь его подбодрить.
— Звучит это, если честно, не слишком утешительно, — он скривился, словно от зубной боли.
— Слушай, я и не люблю приукрашивать: говорю по факту и все. Конечно, если надо, могу и покрасноречивее, но мне лень, да и незачем.
— Теперь мне почему-то стало еще хуже… — он вздохнул. — Может, поедем в мою лапшичную, выпьем там по пиву? Вы же ни разу у меня не были, а мне хоть как-то надо развеяться, друзей у меня почти нет.
День у меня был свободен, и мы рванули в его заведение. Оно не в центре города, да и назвать его большим сложно. Внутри все в красных тонах, окна замызганы, посетителей мало. В общем, видно, почему он хватается за любую подработку.
— Обидно: готовишь-то ты вкусно, а дела вот так идут, — сказал я прямо, осмотревшись.
— Да вот, надо деньги на ремонт, рекламу, расширение… А они у меня все тут же уходят на хорошие продукты. Повара, которые меня иногда подменяют, уже наверняка думают сбежать. Да я и сам бы на их месте ушел, — вздохнул Дайко, пригубив пиво у барной стойки, при этом ел лапшу с острым соусом.
Не успел я ответить, как шикарная азиатка с длинными волосами, чувственными губами и милой улыбкой наклонилась ко мне. От нее тонко и приятно пахло чем-то фруктовым, а глаза блестели так, что у меня в горле пересохло.
— Желаете еще что-нибудь заказать? — пропела она мягким голосом, глядя на меня.
— Вас… — протянул я, не в силах отвести взгляд от ее белоснежной кожи на груди.
— Что вы сказали? — она наклонилась еще ближе, так что я почти ощутил ее дыхание.
— Вас сейчас начнет щекотать таракан, — пояснил я, кивнув на рыжего усача, который нагло устроился на ее груди.
Она громко завизжала, стряхнула таракана и прихлопнула его меню. Я крутанулся на стуле и повернулся к Дайко:
— Лайка, тараканы — это серьезно плохо.
— Я не Лайка, а Дайко, и я знаю, что это плохо! Мы у себя следим за чистотой, но они постоянно лезут из соседнего комплекса. Денег у меня нет, чтобы только у себя их травить без конца, — он явно уже совсем раскис.
— Да вспомни, что ты служил в армии! — подмигнул я ему и положил руку на плечо. — Сходи и разберись с теми владельцами, пусть тоже травят. Не будешь же ты один отвечать за всех.
— Служил, но ведь поваром я был… — он явно перебрал с пивом.
— А какая, к черту, разница? Важнее, что ты умеешь воевать до конца! Так что действуй и не спускай деньги в пустую. Поговорите все вместе насчет обработки, а там и на остальное подкопишь!
— И ведь вы правы, граф! — он щелкнул пальцами и расплылся в довольной улыбке. — Я ведь и сам многое умею!
— Да хоть бы и лечь спать, — подколол я его, а потом тоже рванул к себе.
Дома перед тем как лечь, я успел покормить цыплят и курицу, а заодно собрать у нее яйца на завтрак. Заменил постельное белье, принял душ и мгновенно отрубился, так что проснулся на следующий день в отличном настроении.
Не спеша, отправился на кухню пожарить яичницу с беконом и сделать тосты. По дороге включил телевизор, чтобы заодно послушать новости. Сел за стол и начал потихоньку офигевать от того, что вещали с экрана: ночь для Империи выдалась чертовски тяжелой. Кровопролитные бои прокатились чуть ли не по всему городу. Список фамилий Родов, которые успели поучаствовать в столкновениях, казался бесконечным, союзники с обеих сторон носились, будто взбесились.
Дважды пытались совершить покушение на самого Императора. Армия, конечно, пытается навести хоть какой-то порядок, но когда два гиганта, вроде Распутиных и Муриных сцепились уже не на жизнь, а насмерть — остановить это почти нереально. И раз они вступили в схватку, пока кто-то один не падет, война не закончится. Самое любопытное, что Мурины, судя по всему, и не думают проигрывать: буквально сейчас диктор объявил, что у Распутиных за одну ночь отжали порядка десятка важных объектов, а их противники лишились лишь трех.
Дожарив яичницу и поняв, что в такой обстановке лучше бы утро начинать не с завтрака, а с вооружения, краем глаза увидел, как Император дает интервью. Он просит всех сохранять спокойствие, мол, скоро примет меры. Но это явно затягивание времени: Распутин мне уже описывал ситуацию в государстве. Говорит, многие аристократы зажрались, и война все равно неизбежна, как бы государь ни пытался всех утихомирить. Да и сам Петр Александрович явно выгоду свою выжимает, пока аристократы воюют между собой.
Империя, тем временем, погружается во всё больший раздрай. Хорошо хоть я был готов к подобному развитию событий. Теперь уже речь не столько о том, чтобы отбить долги, сколько про элементарное выживание в этом хаосе. Зато остальные настолько заняты междоусобицей, что им не до меня. У меня есть возможность спокойно восстановить и приподнять свой Род — глядишь, на это и год, может даже парочка, найдется. Неплохой вариант, если подумать. Черт, мобила звонит, даже поесть нормально не дают.
— Алло, Машка, это ты? Что случилось?
— Привет, братец. Ты будто в лесу живешь, а? Не слышал разве, что учебу отменили? Так что теперь я могу на законных основаниях заняться полезными делами и помочь…
— Помочь себе, — перебил я. — Сиди и учись дома.
— А смысл, если я и так все знаю?
— Прям всё? — ухмыльнулся я и завалил ее кучей вопросов по алхимии, магическим зверям и всему, что в голову пришло. Не зря я тоже в библиотеке закапывался, стараясь узнать об этом мире побольше. Правда, и в моем прежнем хватало всяких магических штук.
— Алло⁈ Что-то связь пропадает, — сказала мелкая и просто вырубила трубку, чтобы я не сверлил ей мозг.
Ничего, учиться она у меня все равно будет, куда денется. Думает, раз отличница, то можно расслабиться. Но я-то знаю, что она в душе тот еще ботан, просто сейчас у нее слишком много всего нового навалилось, вот она и не может уйти в свою привычную скучную учебу. Ну, до поры до времени. Как раз еще посмотрим, кто из нас первым сойдет с дистанции.
Позавтракав, я тут же отправился в бункер — работа не ждет. По дороге листал новостную ленту: вдруг у Распутиных успели отбить еще пару объектов? Сообщений о войнах и сражениях там было полно, но одно все-таки выделялось на фоне остального: писали, что некий
