дикарей, которые продолжали бродить по гребню. Переговоры затягивались, и к вождям с обеих сторон присоединялось все больше воинов с копьями, луками и топорами. Двое из юграков выехали в ложбину на тройке оленей, покрытых разукрашенными твердыми шкурами, и Макарин впервые увидел боевые нарты. Высокие, закрытые с четырех сторон дощатыми щитами. Возница был прикрыт неким подобием навеса, а сзади прятался лучник.
Маленький дикарь наскакивал на полосатого все откровеннее, и скоро должна была начаться драка, когда на гребне соседнего холма появились другие люди. Много, сразу несколько десятков, они высыпали на склон и тут же стали спускаться в долину, но остановились, увидев костры, стяги и переговаривающихся дикарей.
Они были ближе к пещере, и Макарин мог разглядеть их в деталях. Всадники в доспехах на маленьких татарских лошадках, бунчуки с конскими хвостами, пешая толпа в разномастных одежках.
- Не может быть. – пробормотал воевода. – Это ж наши старые знакомцы канасгеты вместе с их надымскими союзничками. Так вот кого перевозили те три разбойных корыта. То-то я подумал, больно уж народу на палубах много.
Впереди отряда выделялись сразу трое вождей, и в одном из них, грузном старике с седыми висячими усами, Макарин узнал князя Ассана. Рядом с ним стоял пегобородый атаман Сокол. Третьим, судя по всему, был атаман Кирей Безносый, чернявый детина с толстенными руками. Его лицо вплоть до глаз было обвязано тряпкой.
Ассан взмахом руки услал своих воинов обратно на вершину холма, а сам посмотрел в сторону пещеры, и Макарину даже почудилось, что он слегка поклонился.
Прибытие новых конкурентов всполошило племена, вожди разбежались по своим холмам, увлекая за собой людей. Теперь на трех холмах стояли три отряда, горели костры, трепетали стяги и били барабаны.
Они бы стояли еще очень долго, не приближаясь друг к другу и не спускаясь к пещере, чтобы не получить удар в спину, если бы на четвертом холме вдруг не показался четвертый отряд. Этот холм был самым дальним, и Макарину пришлось напрячь зрение, чтобы хоть что-то разглядеть. Он увидел всадников, и подумал сперва, что видит больших московитских коней, пока не разглядел на головах животных ветвистые рога. Под ногами верховых оленей сновали псы, и их лай разносился по всей долине, перебивая гул барабанов.
- А вот и ярганы, - сказал воевода. – Здесь становится тесно.
Князь Ассан отделился от своего отряда и поскакал вниз, в центр долины. В руках он держал длинное копье с привязанной белой тряпкой. Немного погодя туда же двинулся полосатый вождь в боевых нартах. И маленький дикарь, чьи нарты больше походили на детские санки. Они встретились в самой середине, там, где начиналась ведущая к пещере дорога и торчали колья с черепами. Некоторое время раскланивались, поглядывая в сторону четвертого холма. Но ярганы стояли недвижимо, и не собирались посылать переговорщика.
- Если они объединятся, и нападут на проклятых росомах, я, пожалуй, выпью на радостях прямо сейчас, - сказал воевода.
Но троица вождей, бурно, но недолго поговорив, с криками и размахиванием руками, вдруг в момент успокоились, повернули на дорогу и двинулись в сторону пещеры. До коча им оставалось не больше дюжины саженей, когда Кокарев вышел им навстречу и поднял руку.
- Ни шагу дальше, господа правители местных инородцев. Здесь земля государя московского.
- Воевода, - усмехнулся Ассан, – ты все-таки опередил меня.
- Это было нетрудно сделать. Человек поверивший ярганам, вряд ли может потягаться со мной в скорости.
- Ярганы заплатят за свое предательство!
- Оглянись. Они у тебя за спиной. Заставь их платить.
Ассан выругался. Двое вождей сидели в своих нартах и не сводили взгляд с пещеры, пытаясь разглядеть хоть что-то в темноте.
- Мы пришли за идол, - сказал наконец полосатый юграк и сверкнул узкими глазами. – мы его забрать.
- Мы его не отдать, - передразнил воевода.
- Тебя мало. Нас много. Отдать идол и все живы-живы. Не отдать идол и все закрыть глаза.
- Вы сперва между собой разберитесь, кому из вас идол нужнее. А потом победитель пусть приходит. И я с ним поговорю.
- Зачем тебе наш бог, воевода? – спросил Ассан. – Он же для тебя ничего не стоит.
- У нашего дьяка приказ доставить истукана в Москву. С радостью бы вам его отдал, но приказ есть приказ.
- Приказ недавно, - сипло сказал маленький дикарь. – А бог давно. Мы – народ Мга. Весной нам сказали, что явился Зверь-из-Леса. И мы пошли к Зверю. А недавно твой человек принес нам это.
Он достал из своих необъятных шкур большую медную бляху. Звериная морда тускло блестела оскаленными зубами.
- Если бог не хочет к народу Мга, зачем он подсказывает где его найти?
- Мой человек искал сведения об этом чудище, - сказал воевода. - Надеюсь, вы его отпустили?
- Он сбежал. Народ Мга не убивает посланцев. Мы пошли по следу Зверя и узнали, где он живет. И теперь мы здесь. Теперь это наша земля. Там, где зверь, там народ Мга. Мы не будем его забирать. Пусть стоит в Земляной Дыре и сторожит Земляных Оленей.
- Бог должен стоять в доме Священной Горы, - прорычал Ассан. – Там его место!
- Остров Мертвых, - не согласился полосатый. – Увезти через ледяная вода. Много-много идол. Много-много жертв.
- Вот видите, ребята, - рассмеялся воевода, - как много у вас противоречий. Решите как-нибудь без меня, что за бог вам нужен и где он должен стоять. А потом приходите. И про ярган не забывайте. У них наверняка своя точка зрения. Отличная от других.
Ассан сплюнул и резко развернул коня, так что тот даже захрипел.
Полосатый юграк огрел оленей шестом и укатил первым.
Только маленький дикарь задержался и сказал:
- Народ Мга никуда не уйдет. Край Мира теперь наша земля.
С резким свистом пронеслась стрела, влетела в снег рядом с дикарскими нартами, дрожа
