книги
The Last Yakuza. – Якудза принимали всех. Это была последняя инстанция» [474]. Теперь, рассказывает игра, якудза открыто встали на сторону сильных мира сего. Они практически отвергли и предали простых людей, и последние были вынуждены податься в другое место.
Тема сакральной новообретенной семьи, все еще центральная в саге Yakuza, перешла в пору друзей и соратников – накама по-японски. Именно в этом, в конечном счете, и заключается революция нового эпизода. Накама. Слово повторяется как социальная повестка на протяжении всего приключения. Если нет больше настоящих якудза, нет больше и вторых семей. Единственная школа жизни – это школа закадычных друзей и попутчиков. Обращение к духу накама – очевидно, еще один шаг в сторону произведений сёнэн с их прославлением товарищества и пристрастием к разнузданному поведению: пока мы идем по улицам Иокогамы, члены нашей команды перебрасываются фразочками и подшучивают друг над другом. Но, как и в Persona 5, накама – это также способ восстановить общество путем оптимистического сопротивления; коалиция, которая не может оставить настоящее на произвол коррупции и цинизма; возможность поверить в конструктивную силу преданности, выкованной опасными обстоятельствами и приключениями.
Гордые изгои из Yakuza: Like a Dragon очень напоминают разношерстную банду из нуарного фильма Такаси Исии «Гонин» 1995 года, где пятеро неудачников, оказавшись не у дел в условиях экономического «пузыря», объединяются и мстят якудза, укравшим у них все. Эти изгои образуют пеструю группу лузеров (обремененный долгами менеджер ночного клуба, преступник, безработный сарариман, бывший полицейский, только что вышедший из тюрьмы, и бывший боксер, ставший сутенером). Гротескный тон фильма, своего рода нигилистический фарс, связывает их жалкие жизни и показывает самоубийственную миссию против японского преступного мира. В менее грязной и более светлой форме в Yakuza: Like a Dragon также рассказывается история о мести угнетенных против самодовольного общества, которое десятилетиями низводило своих изгоев до состояния полнейшей невидимости, чьей рукой тайно действует алчный и индивидуалистичный преступный мир, лишенный какого-либо героизма. Таким образом, игра говорит от имени фриков, угнетенных и безголосых – тех, кто был брошен всеми, особенно изнанкой общества.
На пути Касуги встает популистская ассоциация с вызывающим названием «Отбелим Японию». Группа образцовых и безупречных граждан, чье влияние постоянно растет, поставила перед собой задачу «отбелить серые зоны Японии». Речь идет не столько об оспаривании установленного порядка черного и белого, света и тени, сколько о его переопределении. Очистить «серые зоны» значит искоренить то, что находится вне закона и не соответствует незыблемым нормам. Иначе говоря, группа стремится избавить страну от нелегальных рабочих, вольных проституток, маргиналов и бродяг со всеми вытекающими проявлениями ксенофобии, поскольку большинство мишеней «Отбелим Японию» принадлежат к сообществам иммигрантов.
К сожалению, авторы Yakuza: Like a Dragon оказались слишком вежливыми и нерешительными, чтобы исследовать этот важнейший вопрос, предпочитая во второй половине игры полностью отдаться фантазии. Возможно, в Yakuza 8 мы увидим, как Итибан Касуга сменит свою личину уличного клоуна и станет настоящим глашатаем «грязных и отвратительных сторон жизни» [475], как однажды сказал Рёсукэ Хории, но на данный момент разработчики из Ryu Ga Gotoku Studio очень стараются никого не обидеть. Нацелив игру на более широкую международную аудиторию, авторы впервые стали консультироваться с иностранными командами, чтобы «в содержании игры не было ничего, что могло бы вызвать культурный дискомфорт или беспокойство». Как эта откровенная, но многозначительная доброжелательность контрастирует с иконоборческими речами Тосихиро Нагоси в самом начале саги! Времена, как и сама серия, изменились. Тем не менее верный своим предшественникам эпизод продолжает задавать вопросы современной Японии даже в ее самых тревожных тенденциях и, как хроника страны в настоящем, все еще выступает спасительным возражением со стороны создателей саги. Где были французские произведения, когда кандидат, избранный президентом Пятой республики [476] несколько лет назад, кричал, что собирается «вычистить» жилые кварталы? [477] Представители определенной части японской игровой индустрии теперь, похоже, полны решимости разбудить массы и разоблачить злодеев, скрывающихся за маской добродетели. С этой точки зрения неудивительно, что шок от Persona 5 прямо последовал за Yakuza, которая с 2005 года всегда придерживалась стороны отбросов.
Во время прогулки по улицам Иокогамы Итибана Касугу останавливает девушка по имени Каэдэ – она утверждает, что давно ищет его. Более восемнадцати лет назад, когда он был простым солдатом семьи Аракава в Камуро-тё, Касуга помог даме, защитив ту от банды головорезов. Но бывший якудза ничего не помнит, да и сама девушка слишком молода, поэтому не могла встретить его до тюремного срока. Заинтригованный Итибан проводит день с Каэдэ, добывая игрушки из кран-машины, показывая сердечки в фотобудке пурикура и предаваясь воспоминаниям за чашкой кофе. Каэдэ, живущая в Камуро-тё, рассказывает, что во время долгой болезни она периодически видела Касугу, смотря в окно, и это скрасило ее постельный режим. Вид добросердечного юноши, занятого выполнением заданий для своего клана в любую погоду и время года, помогал ей исцелиться. Но наступает ночь, и Каэдэ пора уходить. Касуга сопровождает ее в порт. Представ перед огнями Минато-Мирай 21, переходящих в изменчивую цветную рябь на воде, девушка просит его прожить долгую жизнь – ради нее, – а затем испаряется. В недоумении Касуга обыскивает свои карманы. На фотографии из кабинки пурикура он один. Каэдэ не существовало.
Вернее, Каэдэ была обманчивой фантазией Касуги, эманацией обычной мечты всех якудза о прошлом в отрыве от реальности [478]. Давным-давно о них говорили, что они – рыцари улиц, защитники попавших в беду детей, невинных и угнетенных. Серия Yakuza? Ее народные герои никогда не жили вне мифов. Но, точно как призрак Каэдэ просит Касугу прожить долгую жизнь, мы сами хотели, чтобы эти мифы оставались с нами.
Точно так же, как слово «якудза» – оппортунистическая замена оригинальной фразе «подобный дракону» – не подходило к реальной теме этой саги, славных якудза, как они себя определяли, не существовало. Их никогда не было. В конечном счете, если чему и научили нас эти игры, так это тому, что в нашем мире есть только подлецы и лицемеры и на его задворках бродят лишь считаные единицы хороших людей.
Постскриптум[479]
Хроники дракона
В финале Yakuza 0, после того, как угрюмый Мадзима прощается с Макото и растворяется в толпе, вместо титров зрителю показывают хронику дальнейших событий – небольшое слайд-шоу, описывающее судьбы героев после кровавой разборки за ничем не примечательный на вид пустырь в Камуро-тё. Хотя подобный художественный прием обычно не свойственен сериалу, именно здесь он пришелся к месту: с его помощью сценаристы умудрились элегантно, без лишних движений
