я все еще хочу поговорить с тобой о Дженнифер».
«Это действительно пожирает тебя, не так ли, Мелкая?» сказал я, притягивая ее в свои объятия.
Как бы я ни злился на Дженнифер, я все еще любил свою младшую сестру и мог понять, через какую боль она проходит после всего, что произошло.
«Ты знаешь почему», — вздохнула Стефани, — «Я люблю ее так же сильно, как и ты! Я не могу поверить, что ты так легко позволил ей уйти. И я очень волнуюсь, что если ты снова будешь встречаться с Карой, то в итоге женишься на ней и никогда не дашь Дженнифер шанса».
«Почему я должен давать ей шанс после всего, что она сделала?» — мягко спросил я, — высвобождая Стефани из своих объятий и отступая назад.
«Потому что вы любите друг друга, Стив; вы любите друг друга!» — ныла она.
«Мы любили. Сейчас я не уверен, что она любит меня. Я не понимаю, как она может говорить, что любит меня, если она не может сказать мне что-то настолько важное для нашего будущего».
«Ты не мог бы поговорить с ней? Пожалуйста?» — умоляла она.
«Нет.» твердо сказал я. «Я не могу говорить с ней сейчас. И честно говоря, учитывая то, что она сделала, я думаю, что все сводится к Бетани или Каре. И прежде чем ты что-то скажешь, я не одержим и не схожу с ума. Хотя Катт сказала бы мне, что я спятил, думая о своей будущей жене в восемнадцать лет и только что окончив Старшую школу, теперь все иначе, чем когда мне было пятнадцать. Сейчас я совсем другой человек».
«Пожалуйста, не принимай это решение до того, как поговоришь с Дженнифер!»
«Я не приму его ни сегодня, ни даже на следующей неделе. Но я что-то решу до того, как уеду в Чикаго в августе. Я почти уверен, что знаю, чего хочу, но хочу еще подумать».
«Ты собираешься попросить Кару выйти за тебя замуж, не так ли?» — сказала она обвиняюще, но в то же время очень грустно.
«Я еще не знаю, что я собираюсь делать, Мелкая. Я сказал, что мне еще нужно подумать об этом».
Стефани встала и вышла из комнаты, не сказав больше ни слова. Я знал, что она была несчастна, но я не видел никакой возможности, чтобы у нас с Дженнифер все наладилось. Это предательство было, в некотором смысле, хуже, чем предательство Бекки. Хотя Бекки действительно пыталась заманить меня в ловушку, не принимая противозачаточные таблетки, она не лгала об этом. Я по глупости предположил, что она продолжает их принимать. И это стало для меня тяжелым уроком. В случае с Дженнифер — она давала обещания, нарушала их, скрывала, что нарушила их, а потом, когда я положился на эти обещания, только тогда она сказала мне об этом!
Я решил сделать то, чего давно не делал, — покататься на велосипеде. Я пошел в гараж, накачал шины и поехал по Оверлуку к Клондайку, а затем по Клондайку в сторону участка, где жили Ларри и Бетани. Я не собирался их навещать, просто проехал мимо. Эта поездка помогла мне очистить голову и выплеснуть накопившуюся эмоциональную энергию. Когда через час я вернулся домой, у меня была сильная ясность цели. Я был уверен, что поступаю правильно. Хотя я не стану действовать в соответствии со своими мыслями, пока не дам бы им отлежаться в течение нескольких недель, но я знал, чего хочу.
Я пошел в душ и оделся для свидания с Бетани. Я заехал за ней, и мы договорились поужинать в TGI Friday's, а после ужина пошли в кинотеатр Showcase Cinemas на фильм Чужбина с Шоном Коннери в главной роли. Нам обоим понравился фильм, хотя он и не был выдающимся. После окончания фильма мы пошли в Farrell’s.
«Мы избегали говорить о том, что происходит», — сказала Бетани, — «О чем ты думаешь?»
«Я не собираюсь ничего решать, по крайней мере, пару недель. Ты знаешь, какие у меня есть варианты».
«Да. Я или Кара, хотя Карин всегда мелькает на заднем плане. И я думаю, что у Джойс и Элис есть какие-то шансы».
«Это между тобой и Карой. Я не собираюсь рисковать, заставляя вас двоих ждать целый год, чтобы узнать, как обстоят дела».
Она вздохнула: «Это и хорошо, и плохо».
«Что ты имеешь в виду?»
«Это значит, что ты выбрал Кару», — вздохнула Бетани, — «Я уверена в этом».
«Я еще не принял окончательного решения. Мне нужно многое обдумать и проработать. Разве ты не предлагала мне вернуться к Каре прошлой ночью?»
«Предлагала, потому что знаю, что ты этого хочешь, а я хочу для тебя только лучшего. Это все, чего я когда-либо хотела».
«И ты не думаешь, что ты лучше для меня?»
«Ты идиот! Конечно, думаю! Но единственное мнение, которое имеет значение, это твое! Все, что я могу сделать, это быть рядом с тобой, как я делала последний год. И как ты был рядом со мной два года до этого. И я думаю, что ты уже выбрал Кару», — сказала она, по ее щеке текла слеза.
«Я не знаю, что сказать. Я не могу сказать тебе, что Кара не участвует в конкурсе, так же как не могу сказать ей, что ты не рассматриваю твою кандидатуру. Я пробуду в Чикаго четыре года. За это время многое может произойти. Я даже не знаю, согласится ли кто-нибудь из вас на такие отношения, которые нам потребуются, учитывая расстояние».
«Стив Адамс, ты прекрасно знаешь, что и Кара, и я согласимся на отношения на расстоянии!»
«А если я буду жить с Элис? И иногда спать с Кэти? И, возможно, с Элис, если она меня примет? Или Джойс?»
Бетани улыбнулась: «Значит, у меня есть шанс. Ты знаешь, что я могу принять это, на временной основе. Я не уверена, что Кара сможет».
«Как я уже сказал, мне нужно многое обдумать и многое обсудить, прежде чем я решу, что делать».
Мы молчали несколько мгновений, просто глядя друг на друга, причем Бетани, вероятно, задавалась вопросом, о чем я думаю, как и я задавался тем же вопросом о ней.
«Этот разговор заставил меня почувствовать себя лучше, — усмехнулась Бетани, — ты бы хотел, чтобы я почувствовала себя еще лучше?»
«Думаю, это можно устроить, Милая!»
Мы вышли из «Farrell’s» и направились обратно в
