покер.
«Тебе интересно, как она вписывается в эту смесь?» — спросил я с некоторой тревогой.
Он кивнул.
«Ты знаешь, как мы близки. Мы делимся всем. На самом деле, она, наверное, знает меня лучше, чем кто-либо на земле. Она всегда была рядом, когда я в ней нуждался, даже если это означало шлепнуть меня по голове», — усмехнулся я, как и мой отец. — «Кстати, это было про Бекки. Проблема Стефани тогда, как и сейчас, заключалась в том, что она считает, что мы с Дженнифер должны быть вместе. Она думает так с тех пор, как я был в девятом классе. Она любит Дженнифер и хочет, чтобы у нас все получилось. Сейчас она расстроена, возможно, так же, как и я. Стефани всегда заботилась обо мне, и я прислушиваюсь к ее советам о девушках. Она довольно умна для четырнадцатилетней».
«Твоя сестра всегда была умницей. Может, она и не получает «A», как ты, но она действительно умна и обладает большим здравым смыслом».
«Так и есть», — согласился я. — «Когда произошел инцидент с Бекки, она, Кара и Бетани работали вместе, чтобы удержать меня на прямом пути. Мне повезло, что они были моими друзьями, и повезло, что Кара была моей девушкой. Дженнифер отрезала бы мне яйца и положила их в банку на своей книжной полке за то, что я сделал; в принципе, справедливо».
«Да, это была бы разумная реакция на измену», — сказал папа, усмехаясь, — «Я полагаю, ты усвоил урок?»
«О да, усвоил! И с помощью Триумвирата я вставил мозги на место».
«Подожди!» — усмехнулся он. — «Триумвират?»
«Да, Триумвират», — засмеялся я, — «Так мы в итоге назвали Стефани, Бетани и Кару! Но», — продолжал я, возвращаясь в нужное русло, — «какие бы проблемы ни были у мамы, я не могу позволить им помешать моим отношениям со Стефани. Дженнифер однажды предупредила меня, что не стоит портить отношения со Стефани, так как это может испортить и меня, и я думаю, что она права. Мы очень сильно зависим друг от друга, и я не могу позволить маме разрушить это».
«У вас странные отношения для брата и сестра, сын. Иногда кажется, что вы женаты! Ну, без секса, во всяком случае. Вы двое ладите лучше, чем многие супружеские пары!»
По крайней мере, это замечание «без секса» означало, что он ничего не подозревает. Либо это, либо он ждал от меня реакции. Я сохранял пассивное выражение лица и не отводил взгляд. Конечно, если бы Стефани продолжала пробираться в мою комнату, в конце концов, все пошло бы ужасно не так. Что касается того, чтобы вести себя так, будто мы женаты, что ж, даже Кара говорила об этом до того, как узнала о нашем со Стефани влечении друг к другу.
«Мои друзья тоже так говорили», — ответил я, — «И я хочу поблагодарить тебя за помощь с мамой. Я знаю, что это тяжело. Мне жаль, что у тебя из-за этого возникли проблемы».
«У нее есть сомнения по поводу добрачного секса. Она беспокоится, что твоя сестра начнет заниматься сексом слишком рано, и, конечно, ее беспокоит беременность. Я думаю, ты уже все понял, не так ли?».
Этот корабль отплыл несколько месяцев назад, по крайней мере, в том, что касается секса Стефани. Беременность Бекки, ну, этот секрет не будет раскрыт. А поскольку моя младшая сестра принимала противозачаточные таблетки, это не должно было случиться и с нами.
«Да, поскольку я родился через шестнадцать месяцев после вашей свадьбы, а у мамы был выкидыш до того, как вы меня зачали, математика работает только в одну сторону».
«Да, это так», — подтвердил мой папа, — «И это ее проблема. Она не может с этим справиться. В твоем случае, судя по тому, что ты сказал, ты очень осторожен, и то, что я видел, подтверждает это. Но это не мешает ей беспокоиться, и ее беспокойство выливается в иррациональное поведение».
«Это точно. Меня серьезно беспокоит то, что она собирается выместить это на Стефани. Мама будет искать все, что можно использовать, чтобы попытаться вбить клин между нами, и я просто не могу с этим смириться».
«Я знаю, сынок. Просто будь осторожен со своей матерью. Все шло очень хорошо месяцами. Мне жаль, что так не осталось до конца. До твоего отъезда в Чикаго осталось всего пара месяцев, так что если ты сможешь избежать конфронтации, я буду тебе благодарен».
Конечно, это было легче сказать, чем сделать, потому что я не был непосредственным инициатором конфликта. Мама возражала против моих ценностей и того, как я живу, и что я не могу измениться по ее вкусу. Я не тыкал ей в лицо, целуясь дома с подружками, не говорил о том, что я делаю, и не делал ничего специально, чтобы ее разозлить.
«Это легче сказать, чем сделать. Она просто не принимает то, как я решил жить. Я не знаю, почему она думает, что я вдруг начну с ней соглашаться. Я не выставляю это напоказ. По факту я даже избегаю приводить своих друзей, за исключением вечеринок и особых случаев. Но ей этого недостаточно. Хотя мне нужно, чтобы она перестала называть моих подруг шлюхами. Это просто неприемлемо».
«В этом я согласен. Я попросил ее прекратить и сказал, что она выглядит как сумасшедшая, особенно перед такими милыми молодыми женщинами, как Кара и Бетани».
«Спасибо. Надеюсь, она прислушается. Я бы хотел почаще приглашать друзей этим летом, но если я не смогу, значит, не смогу».
Мы закончили наш обед и отправились обратно домой. Было очень приятно посидеть и поговорить с отцом, что, вероятно, мне следовало сделать гораздо раньше. Я позволил своим ужасным отношениям с мамой и обращению отца со мной, когда я был намного младше, негативно повлиять на мое отношение к нему. Я решил изменить это в будущем.
Я пошел в свою комнату и почти сразу же вошла Стефани.
«Я получила от мамы лекцию о тебе и о том, какой ты ужасный», — сказала Стефани.
«Надеюсь, ты просто позволила ей разглагольствовать и не стала с ней спорить», — сказал я.
«Я не спорила. Она недовольна, наверное, потому что папа установил правило о нас с тобой».
«И говоря о нас с тобой. Тебе нужно быть намного осторожнее, пробираясь сюда. Если нас поймают, нам конец».
«Я знаю. Но ты мне нужен, старший брат! Я постараюсь. И
