краем уха слышала, что один случайно оказался на путях, «самоход» или что-то такое. Машинист забыл заблокировать, вот поезд и съехал.
– Это диверсия была. Пустой поезд специально направили, – встрял в разговор мужчина, несущий носилки с Ягой, но над ним тут же начали потешаться.
Я поняла, что если кто и сможет мне дать более правдивую информацию, так это Лёд. Но его нигде не было видно.
Наконец, мы достигли «лагеря». На пустыре стояло несколько машин, каких мне ещё не доводилось видеть: ярко-жёлтые, словно солнышки, чистые и совсем не похожие на те убожества на колёсах, которые так обожал Лёд. В эти фантастические машины грузили пострадавших, затем происходило совершеннейшее волшебство: на крышах отъезжающих автомобилей вспыхивали мигающие красно-синие лампочки. А чуть погодя раздавались протяжные звуки сирены. Я напрягла мозг и вспомнила, как наблюдала что-то подобное в одном из фильмов в каморке Льда. Но реальность была куда красочнее и сочнее тех кадров. Забыв обо всём, я ломанулась в ближайшую машину, казавшуюся мне сказочной каретой, но меня придержали.
– Тише, тише, – пробормотала женщина, стискивая мой локоть профессиональной хваткой, и я сразу поняла, что она и не таких усмиряла.
Меня усадили на жёсткую ткань, расстеленную на земле, и я с завистью смотрела, как Ягу грузят в машину моей мечты. К ещё большой досаде я заметила, что из-за пазухи шаманки задорно выглядывает игрушечный щенок, который так мне приглянулся. Жаль, она его первой нашла. Но мои унылые мысли прервал хриплый крик:
– Аня!
Не веря своим ушам, я обернулась и увидела Льда, который бежал в мою сторону. Его серебристые волосы слиплись от крови и стали багровыми, а левая рука была повёрнута под странным углом. Лёд неловко прижимал её второй рукой – алой от крови. Его одежда была изодрана в клочья, словно он только что вырвался из пасти кровожадной акулы и теперь несся ко мне так быстро, как только мог.
– Господи Иисусе! – всплеснула руками «белоснежная» женщина, выпустив меня из своей хватки. – Да что ж ты бежишь, миленький! Да в таком состоянии!
– Курица с отрубленной головой тоже какое-то время бегает, – хохотнул мужчина, приверженец диверсионной теории. – А потом – дрыг, и всё. Ощипывай. Рефлексы.
Лёд, конечно, выглядел получше, чем безголовая курица, но ненамного. Я вскочила, но от резких движений у меня потемнело в глазах и всё куда-то поехало.
– Аня, Аня! Эй! – срывающимся голосом кричал Лёд.
Упасть на землю мне не дал Врач. Он аккуратно поддержал меня и вручил задыхающемуся Льду, который тут же вцепился в меня как клещ, и даже «белоснежная» тётенька, вооружённая всей своей профессиональной мощью усмирения буйных пациентов, не смогла его от меня отодрать. Так нас и повели вдвоём в потрясающую солнечную машину. Я пыталась обратить внимание Льда на это чудо техники, но он не замечал никого, кроме меня. Его раны вблизи были ещё более чудовищными. Крупный красноносый мужчина мигом содрал со Льда его рваньё, обтёр какой-то жидкостью и принялся заматывать бинтами, словно мумию. Меня, как всегда, не вовремя разобрал дебильный смех. Масло в огонь моей истерики подлил Врач, который пытался втиснуться к нам в машину, но его не пустили, – тогда он, словно разъярённый бык, побежал следом, что-то мыча. И водителю пришлось остановиться и усадить строптивца к нам. Невесть откуда взявшаяся Булочка тоже сиганула в кабину, её тут же обнял Врач с таким воинственным видом, что водителю и красноносому мужику с бинтами оставалось лишь смириться. Не хватало лишь Тени.
Я прижималась носом к стеклу, стараясь увидеть его. Но всё было напрасно.
После того как нас привезли в поразившее меня чистотой и масштабом здание, а Льда и Врача увели на перевязки, я смогла вырваться и бегала среди толпы, совсем обезумевшая, но не теряющая надежды отыскать Тень. Но никто не встречал его. Я даже умудрилась прорваться туда, куда складывали погибших. Но и там его не было. Наконец, меня изловили и вкололи успокоительное, но даже во сне я продолжала носиться по безлюдному городу, забегая в пустые холодные дома, заглядывая в подворотни. Мне всё время казалось, что ещё чуть-чуть, и я встречу Тень, стоит лишь отворить эту дверь или завернуть за угол. Но он ускользал, повергая меня всё в большее отчаяние.
Я и сейчас периодически вижу этот кошмар и просыпаюсь с противно бухающим сердцем. Тогда я хватаю книгу, которая лежит возле моей кровати, вырываю одну из её станиц и бросаю в огонь в надежде, что Тень не стерпит такого злодейства и прибежит мстить. Но он не приходит, как бы громко я его ни звала и как бы жалобно ни трещали в пламени книги.
Воспоминания Анечки
Запись пятнадцатая
Мы со Льдом сбежали из госпиталя, поскольку опасались, что наша быстрая регенерация привлечёт ненужное внимание. Врач остался присматривать за Ягой. Она не была ранена слишком серьёзно, но ей понадобилась операция на ноге. Удивив нас со Льдом, Врач назвался её старшим братом, поэтому ему разрешили остаться ухаживать за «сестрёнкой». Возможно, Врачу просто нравилось болтаться по госпиталю среди такого огромного количества больных, вот он и нашёл лазейку. Мы договорились встретиться после того, как их выпишут. Лёд отыскал где-то карту города и обвёл Врачу вход в сквер, сказав, что мы будем ждать их каждое воскресенье в полдень. Я отнеслась к этому плану скептически, поскольку, пока Лёд тряс картой перед Врачом, тот отрешённо изучал какие-то медицинские справочники и даже не попрощался, когда мы ушли.
Этот молчаливый парень так и остался для меня загадкой.
Хотя Яга тоже изумила меня. Оказывается, до того как наш поезд сплющило, Тень писал в своём дневнике, и шаманка упросила его дать почитать. (Но я подозреваю, что она врёт и стащила тетрадь Тени без спроса, когда тот отвлёкся.) Как бы то ни было, после аварии Яге удалось спасти не только свою игрушку, но и дневник Тени, который она сунула мне с просьбой ему вернуть.
Я, Лёд и Булочка остались снова совершенно одни, абсолютно не зная, куда нам податься и где взять еду в этом новом чистеньком мире. Здесь никто не обгладывал кору с деревьев, не копал корни, а растительности и диких животных было непривычно мало. Люди, зовущие себя волонтёрами, выдали нам чистую одежду и дали крошечный бумажный прямоугольник, на котором было написано «Работа. Жильё. Помощь с оформлением документов». Мы долго со Льдом разбирались в этих словах, казавшихся нам волшебным заклинанием,
