Павел пожал плечами, хотя в темноте этого жеста, конечно, никто не мог увидеть.
– Что нам делать-то? – не унимался сосед. – Когда стрелять?
– Эй, тише там! – приглушенно крикнул кто-то из травы.
Треск автоматов вдруг резко прекратился. Через несколько секунд как из-под земли вырос инструктор.
– Двое за мной, – тяжело дыша проговорил он, кивнув Павлу и его нервному соседу, – остальные ждите...
Павел поднялся и, согнувшись, побежал за инструктором. Сердце бешено колотилось – каждую секунду он ожидал, что навстречу ему начнут хлопать выстрелы. Он старался прислушаться, но шорох травы под ногами заполнял весь мир.
Они проскочили сквозь кусты, перебрались через разорванные ряды колючей проволоки.
– Тс-с, – едва слышно просвистел инструктор.
Павел замер, а его напарник шумно повалился в траву.
– Да тише!
Инструктор медленно обвел пристальным взглядом окружающую черноту. Потом посмотрел в небо.
– Все, пошли.
Павел тоже поднял глаза, и на мгновение показалось, что над ним нависает какая-то исполинская масса, грозящая раздавить все, что окажется под ней. Может быть, просто небо было сегодня таким тяжелым?
– Быстро, быстро, – подгонял инструктор.
Мутное пятно света впереди начало приобретать форму. Оказалось, десятка полтора людей с фонарями сгрудились в центре бетонной площадки и что-то делают там.
Глаза вдруг ослепил внезапно ударивший сверху поток света. Павел от неожиданности присел, одновременно взглянув на небо. Странное чувство не обмануло его – в небе висела огромная машина, свет падал из нее.
Теперь они уже не таясь подошли к людям на бетонной площадке, и стало видно, что те возятся с тяжелой металлической крышкой люка. Ее диаметр был не меньше двух с половиной метров.
– Это все? – спросил кто-то инструктора. – Давайте быстрее, времени мало.
Напарник Павла все время оглядывался и порывался что-то спросить. Похоже, он был из новеньких – не знал даже языка небесного острова.
Инструктор забрал у них оружие и указал на край площадки, где темнели в траве несколько неподвижных человеческих тел.
– Отнесите их в машины.
Павел кивнул напарнику, и они приблизились. У их ног лежали шестеро солдат – совсем юных, с перекрещенными пушечками на погонах. Они были опутаны каким-то белым волокном и не двигались, однако все оказались живыми.
– Пошевеливайтесь! – крикнул кто-то из старших. – Волоките их прямо по траве.
Павел ухватил одного из солдат за ноги и сразу почувствовал, как волокно прилипает к рукам и одежде. Солдат смотрел на него, не мигая, не пытаясь пошевелиться или что-то сказать.
Павел старался быть аккуратным и не причинять солдатам боль, но вокруг крутились нервные люди, они беспрестанно его торопили и ругали за медлительность. Когда солдаты были помещены в небесные машины, Павел сел, вытирая рукавом пот. Напарник тут же примостился рядом.
– Слушай, что с ними, а? – выпалил он.
Павел посмотрел на него едва ли не с ненавистью.
– Не говори больше ни слова, – холодно сказал он.
Парень, казалось, еще больше перепугался. И вдруг он, приподнявшись, воскликнул:
– Смотри!
Павел повернулся, сощурив глаза от слепящего света прожектора. Прямо под брюхом небесной машины качалась, окруженная клубами пара и светом электрических искр, огромная металлическая труба, с которой свисали обрывки шлангов и проводов.
– Ракета! – зачарованно проговорил напарник.
– Какая еще... – начал было Павел, но потом и сам понял, что это действительно была ракета – «земля – воздух» или «земля – земля», он не разбирался.
Они поспешно вернулись на бетонную площадку. Железная крышка уже валялась в стороне, на ее месте чернела пасть шахты.
Небесная машина, наконец, притянула к себе корпус ракеты, зафиксировала его и начала уменьшаться в размерах – так плавно и беззвучно, что Павел не сразу понял, что она просто поднимается вверх. Свет начал меркнуть.
– Вы закончили? – раздался рядом голос инструктора.
– Мы все сделали, – ответил Павел.
– Возвращайтесь к машинам. Через пять минут здесь никого не должно быть.
Пять минут – это много. Павел решил не очень торопиться, потому что ноги отяжелели от усталости и напряжения. Он направился к своей небесной машине, стараясь не вдыхать полной грудью – в воздухе витал какой-то резкий запах, видимо, ракетного топлива.
Темнота все сгущалась, но Павел успел заметить возле одного из бетонных зданий еще два лежащих тела, над которыми склонился кто-то из слуг, поливая их из белой канистры. В душе шевельнулась непонятная тревога. Ноги сами повернули в том направлении, и с каждым шагом все больше росла уверенность...
Улетающая небесная машина уже почти не давала света, но Павлу удалось разглядеть лица мертвых в отблесках взметнувшегося над ними пламени. Это были не солдаты. Это были слуги «Покровителя» – Павел запомнил их на общем сборе. Он не боялся смотреть на мертвых, потому что видел в жизни куда более страшные вещи. Но сейчас...
Это было невероятно.
«ПОКРОВИТЕЛЬ» НЕ УБЕРЕГ СВОИХ СЛУГ ОТ СМЕРТИ!!!
* * *
Павел полдня провалялся в кровати, глядя в потолок. С утра он позвонил начальнику и сказал, что плохо себя чувствует и должен побыть дома.
На самом деле Павел не был болен. Пока. Но он знал, что болезнь придет – так случалось после каждой операции. И так должно было случиться сегодня, хотя на этот раз не пришлось окунаться в ледяную воду и бежать в мокрой одежде по морозу.
Но болезнь, к сожалению, никак не приходила. К сожалению – потому, что она заполнила бы пустоту, образовавшуюся внутри после последней операции. Это была хищная пустота, она сжирала все – любовь и доброту окружающих, мечты о будущем и все хорошее, что было в жизни. Ничем нельзя было заткнуть ее.
После того как небесная машина доставила Павла к дому, он долго смотрел в небо. Он увидел, что оно перестало быть надежным щитом от несчастий, а превратилось просто в черную бездну. Было странно ощущать, что хрупкая человеческая плоть ничем, кроме тонкой воздушной ауры, не защищена от этого бескрайнего океана холода и мрака.
За эти минуты, проведенные один на один со звездами, его посетили видения. Чуждые раньше понятия – судьба, случайность – вдруг начали обретать почти материальные формы.
Оказывается, он смертен. Точно так же, как и тысячи живущих вокруг людей. Оказывается, он тоже должен опасаться за себя, остерегаться даже случайностей – пьяного водителя на пути, хулигана в подъезде, пожара в доме. Теперь все несло в себе опасность. Но в отличие от других людей у Павла не было многолетнего иммунитета перед роковыми случайностями.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
