женскую кисть прибило на ступени под Атаманским мостом. На место выехали Захар и Марат – как оказалось, они входят в следственную группу, которую возглавляет Юрий Васильевич, – и теперь ему предстояло обновить построенную им ранее карту, в ожидании заключения патологоанатома.
Телефон зажужжал в кармане. Белый достал его и отклонил вызов. На экране высветилось шесть пропущенных от одного абонента. Питер названивал ему с семи утра с определенной целью – узнать, как прошла его разведка среди Воронов. Но ему совершенно не хотелось говорить с Холтером. Ведь, к глубокому сожалению, у него не получилось узнать ничего существенного. Общение с братом основателя Академии Воронов ничего не дало, а попадание в поле зрения Николая Картунина и вовсе поставило под угрозу весь план. Александр не хотел признаваться Питеру в том, что провалил возложенную на него миссию. Да, он совершил ошибку, когда направился за Алисой в глупой надежде поговорить с любимой… Сейчас, вспоминая этот порыв, корил себя и не понимал, чего хотел добиться в тот момент. Объятий? Слов поддержки? Хотя бы теплоты во взгляде? Все это могло произойти только в фантазиях. Белый своими глазами видел, как его возлюбленная смотрит на другого мужчину. И как тот отвечает взаимностью на ее когда-то неразделенные чувства.
Эти воспоминания причиняли ему эмоциональную и физическую боль. Александр глубоко задышал, возвращая зашедшееся от ревности сердцебиение в более спокойный ритм, и мысленно укорил себя за проявление слабости. В переданном ему Баскаковым отчете он прочитал, что выделенная группа, в число которых входили Захар и Марат, не обнаружила никаких подозрительных автомобилей. Обида и бессилие соединились в одну колющую эмоцию. Он бы мог заняться этим сам, договориться с кинологами и обойти окрестные леса в предполагаемом им районе в поисках закопанных тел. «Но не могу, – признался сам себе. – Не позволят». К несчастью, Белый не обладал свободным временем, которое мог бы потратить на бесплотные поиски, что могут не увенчаться успехом. Слишком глупо и безрассудно. И раз сам он это понимает, то Баскаков и Щербатая – подавно. Значит, нужно придумать новый подход. Зайти с другой стороны. Но с какой?
Телефон вновь завибрировал. Александр взял его и уже готов был сбросить вызов, но замер, взглянув на высветившийся номер. И принял звонок.
– Милый, здравствуй, – обратилась к нему сестра. – Как ты поживаешь? У тебя все хорошо?
Он не мог не заметить дрожь в голосе Дианы, которую та безуспешно пыталась скрыть. Как обычно решив не загружать сестру своими проблемами, Белый заверил ее, что дела идут нормально.
– Как ты сама? Как мама?
– Маме уже л-лучше, – ответила она и помолчала. – У тебя точно нет проблем? Зарплату платят в полном объеме? Без задержек?
– Да, Диан, все хорошо. А что такое? Вам нужны деньги?
– Нет-нет, у нас все нормально. Только Сеня приболел чутка…
– Что с ним? – встрепенулся Александр, подскочив на месте.
– Он сильно скулил и плакал. Мы сначала подумали, что Сеня по тебе скучает и поэтому так себя чувствует. Но когда он перестал есть и начал гадить в квартире, я забила тревогу. Мы отнесли его к ветеринару. Оказывается, у Сени мочекаменная болезнь.
– Ему требуется операция? – догадался он.
– Да. Потребуется как минимум десять тысяч, это не учитывая стоимость лекарств и всех исследований до операции.
– Не важно сколько, – отмахнулся Белый. – Просто пришли мне все заключения ветеринара и список того, что именно ему будет нужно. Даже если мне придется отдать все свои сбережения и влезть в долги, соглашайся. Не думай о деньгах. Деньги – это фигня. Здоровье Сени куда важнее.
– Хорошо-хорошо. Тогда мы сегодня же поедем в клинику еще раз, пройдем обследование до операции… Я буду держать тебя в курсе.
– Спасибо, что рассказала, Диан. Надеюсь, что он благополучно перенесет операцию. Боже, как представлю, насколько ему больно, аж в дрожь бросает, – признался Александр и вздохнул.
– Он сильный мальчик. Как и его хозяин. Вы так просто не сдаетесь.
В трубке раздался скулеж и тявканье Есения. Белый ощутил покалывание в уголках глаз и зажмурился, сказав:
– Сеня, дорогой мой, будь умницей. Папа скоро вернется…
Услышав голос хозяина, пес гавкнул, словно спрашивая, не чудится ли ему. Поняв, что с ним в самом деле говорит Александр, Есений заскулил громче и, судя по звукам, попытался обнюхать телефон сестры.
– Держись, мальчик. Мысленно я всегда с тобой. Я бы очень хотел обнять тебя, но у меня слишком много работы. Обещаю, когда вернусь, привезу тебе самые вкусные сахарные косточки, и мы с тобой вдоволь нагуляемся. Выздоравливай скорее, мой хороший. Диан, поцелуй его в макушку за меня.
Сестра выполнила его просьбу и, шмыгнув носом, сказала:
– Он очень рад тебя слышать. Оживился и весь затрясся от счастья. Мы очень скучаем по тебе, братик.
– Взаимно. Спасибо, что позвонила. Я сейчас переведу тебе деньги.
– Хорошего тебе дня. Созвонимся еще. Пока.
Попрощавшись с Дианой, Александр отнял телефон от уха, открыл приложение банка и перевел на номер сестры двадцать пять тысяч рублей, почти все, что у него сейчас было. Он поднялся из-за стола, чувствуя накатывающее отчаяние. Коллеги еще не пришли в кабинет, поэтому Белый мог позволить себе вылить негодование без стеснения. Телефон остался на столе. Дверь была закрыта, а жалюзи занавешены с ночи. Александр сжал зубы, борясь с отравляющим комом из страха, беспокойства, смятения, ревности, боли и обиды, замахнулся и с размаху ударил кулаком в стену. Поднимающаяся в его душе буря переполняла до краев и искала выхода. С ресницы капнула слеза. Эмоции бурлили, кипели и прожигали внутренности раскаленным железом. Белый снова стукнул по стене, стараясь оставить в этом саднящем кожу ударе все навалившиеся на него испытания и неудачи.
Напрасно. На этот раз эмоциональная боль оказалась куда сильнее физической.
II
Томный выдох в полуприкрытые губы. Покрытые испариной тела вжимаются друг в друга на белоснежных простынях. Звуки шлепков соприкасающихся в страстном танце тел заполняют собой всю комнату. Голова кружится от жажды, жары и желания.
Николай отстраняется, от чего Алиса издает жалобное восклицание и тянется к нему руками. Невидящими от полуобморочного состояния глазами она пытается рассмотреть, что произошло и почему он остановился. Но спустя пару мгновений мужчина вновь нависает над ней и склоняется для поцелуя. Девушка содрогается от влажного холодного прикосновения и смотрит в темные насмешливые глаза напротив. Зажатый между губами кубик льда помогает освежиться и прийти в себя. Сознание проясняется, тело постепенно охлаждается.
Следующие полчаса они отдаются во власть порочной страсти, раскачивая кровать и оставляя влажные от тел следы на столе
