шумно отпил из кружки и на миг прикрыл глаза, блаженно вздыхая: — А-ахх…
— Так точно! Мы ждём их, все заняли позиции. Осталось активировать обсидиановые столбы.
— Вот как⁈ Столбы, говоришь? Кхм, — мужчина в кресле прищурился и провёл пальцем по подбородку. — Значит, Добрынин всё же с ними, как и предполагалось?
— Да, он попал в объектив камеры у подножия. Их кавалькада на джипах шла колонной по дороге, — поддержал разговор служащий в военной форме и почтительно кивнул.
— Чего и следовало ожидать, — ухмыльнулся братец Мурина, склонив голову набок. — Неужели Распутины и вправду считают, что мы не ожидаем от них нападения? Они там что, думают, будто у них одних разведка нормально работает? Вообразили о себе хрен знает что! — он недовольно скривил губы, демонстрируя крайнюю степень презрения.
Троюродный брат главы Рода Муриных, как и вся его семья, уже давно знал, какую карту могут вытащить Распутины. Когда-то они уже пытались штурмовать этот форт, но тогда у них ничего не вышло. Не зря же оборону здесь выстроили, будто в одной из самых надёжных крепостей.
К тому же всем было известно, что Добрынин давно водится с Распутиными — никакой это не секрет, да и раньше никто особо этого не скрывал. Как только разведка доложила, что готовится новая попытка к осаде форта, Мурины в первую очередь беспокоились не о Распутиных, а именно о Добрынине. И, как назло, именно под его возможный приход они готовились особенно тщательно.
Для многих людей в столице Добрынин стал чем-то вроде ходячей неубиваемой аномалии. Враги судачили о нём напропалую и охотно исследовали бы его способности, если бы подвернулся такой шанс. Уж слишком он был особенным, и это мягко сказано.
Никто уже не считал Добрынина неумёхой или слабым студентом. Но сейчас Муриным было важно не громкое имя, а то, что он может предпринять в реальном бою. И главное, что они примерно понимали, что от него можно ждать всяких сюрпризов.
Не зря в пределах форта уже стояли заготовленные двенадцать зачарованных обсидиановых столбов. И только глава Рода знал, сколько денег на них ушло. А судя по тому, какие у него в последнее время были нервы, потратили на это дохрена.
Каждый из этих столбов был настроен на определённый тип энергии, а их общее воздействие распространялось едва ли не на половину здешних гор.
Но сама суть этих столбов одинакова — они засоряют магический фон, ослабляя чужой Дар и мешая ему взять всё под свой контроль. Подобные штуки прежде применялись разве что в самых масштабных войнах.
Кто бы мог подумать, что в противостоянии двух Родов всё дойдёт до таких крайностей. Но граф Мурин всегда считал свой Род выдающимся и особенным, так что удивляться тут нечему.
Вот почему сейчас его троюродный брат, Иван Мурин, вёл себя столь уверенно под защитой этих самых обсидиановых столбов. Никто из присутствующих не сомневался, что и на сей раз удастся отбить очередную вылазку Распутиных.
Иван, лениво потирая свои уши, которые по сравнению с ушами у других членов семьи выглядели заметно больше, отдал приказ:
— Как только они окажутся на линии обстрела, действуйте, как обсуждали.
— Подземные мины тоже выпускать наверх? — уточнил служащий.
— Техники Распутиных наверняка сразу засекут наши поверхностные ловушки и попытаются их обезвредить, так что да, устройте им сюрприз, — Иван кивнул с явным удовлетворением.
Солдат крутанулся на месте и поспешил выполнять приказ. Сам же Иван попросил одного из бойцов настроить монитор прямо перед ним, чтобы следить за картинкой с камер наблюдения.
На экране было видно, что люди Распутиных ещё далеко от форта. Они двигались с явной осторожностью, порой собираясь в небольшие группы и что-то обсуждая, словно надеялись остаться незамеченными. Всё это откровенно забавляло Мурина, и он позволил себе короткий смешок:
— Они действительно верят, что мы не ждём повторного нападения? Удивительно… Просто поразительно…
Однако не успел Иван договорить, как вдруг пол задрожал у него под ногами. Зашатались и мониторы на стенах.
— Какого хрена⁈ — сорвалось у него, и он попытался вскочить, но, пошатнувшись, грохнулся лицом об пол. — Да что происходит⁈
С трудом приподняв голову, Иван уставился на дрожащий экран. Там был виден Добрынин, который, широко улыбаясь, вскинул руки к небу. Попытавшись сообразить, как именно он влияет на весь форт, Мурин снова хотел встать и окликнуть родственников. Но тут главный экран сорвался со своего крепления, рухнул прямо на голову Ивана и мгновенно размозжил её.
— Господин! Господин! — вбежал обратно солдат, хватаясь за стены, чтобы не покатиться на пол. — Обсидиановые столбы… Они ходуном ходят и могут обвалиться…
Однако он осёкся, увидев придавленного гигантским экраном Мурина. Глаза у него расширились, и он, шатаясь, отступил в коридор.
Там солдат вскоре натолкнулся на остальных родственников Ивана — те были взбудоражены не меньше. Вокруг них сгрудилась дюжина бойцов, и один из них, высокий гвардеец, оперативно доложил, сжимая в руках рацию:
— Только что сообщили, что один из столбов треснул, будто по швам, второй разбился вдребезги, рухнув на землю!
— Дерьмо! Чтоб меня! — выругался кто-то из Муриных. — А где Иван⁈
— Он… Он мёртв… Кажется, у него не был активирован щит. Когда я вбежал, он лежал под рухнувшим монитором. Голова… она была вся раскроена, — в голосе солдата звучали нотки ужаса.
— И ты не проверил, может, у него пульс ещё был? — широкоплечий аристократ уставился на служащего.
— Да там же никто не выжил бы… Крови — море… — солдат беспомощно развёл руками и в тот же миг рухнул на пол из-за новой тряски.
Тоннели под фортом тоже начали рушиться почти одновременно с главным каркасом укреплений. Никому уже не было дела до разговоров — важнее всего стало спасти собственную шкуру и, если получится, хоть как-то уберечь форт от полного уничтожения. Иначе глава Рода, если выживет, точно сдерёт со всех кожу.
— Чёрт возьми, все за мной! — заорал один из Муриных, стараясь перекричать грохот. — Надо держать оборону!
Но как бы они ни пытались наводить порядок в этом хаосе, обстановка ухудшилась пугающе быстро. Из-за обвалов прорвало несколько баков с горючим в подсобных помещениях, и внезапная серия взрывов убила тех гвардейцев, что оказались рядом.
И это, как вскоре выяснилось, было далеко не самым страшным. Тоннели продолжали рушиться, вместе с ними и коллекторы, что проходили немногим глубже. Сквозь проломы зашипели белошерстные рогатые змеи — те самые, о существовании которых ходили мрачные слухи.
Как раз граф Распутин и опасался встречи с ними, но теперь проблемы свалились и на головы Муриных. Им придётся
