она во сне.
Действительно, что в этом плохого – иметь жилье, книги… и человека рядом с собой, который хоть и не является твоим родственником, но заботится о тебе…
Она бросила взгляд в темноту между ними. Там есть круглая железная дверь. За ней собраны самые незабываемые воспоминания из ее жизни… «Извини». Она произнесла это слово про себя. Ей необходимо сделать выбор.
– Мой брат… с ним всё в порядке?
– С ним всё в порядке, он пошел в школу. И тоже очень скучает по тебе…
Она долго стояла, опустив голову, а потом сказала:
– Дедушка Гу, я готова пойти с вами, но не сегодня.
– Почему?
– У меня здесь еще остались кое-какие дела, – с трудом выговорила она. – Я приду к вам, когда закончу.
– Чем ты планируешь заняться? Я могу тебе помочь…
– Нет, я сделаю это сама. Пожалуйста, не идите за мной. Вы можете уйти после того, как уйду я.
Помолчав несколько секунд, он произнес:
– Я буду ждать тебя. Ты должна вернуться ко мне.
– Дедушка Гу… – Она низко поклонилась старику в темноте. – Спасибо вам.
Он молча стоял, прислушиваясь к звукам шагов, постепенно удалявшихся от него. Сделал шаг вперед, пошарил по земле – и нащупал зажигалку. В трубе снова загорелся небольшой огонек. Однако, кроме Хао, здесь больше никого не оказалось.
Она бежала по ответвлению трубы, держа в руке свечу. Цель была ясна, направление найдено. Она сделала окончательный выбор, даже ценой отказа от мирной жизни, которая была так близка к ней…
Было ли это из-за Винсента, из-за дедушки Гу или из-за себя самой, но впервые с того дня, когда она устроила тот дикий забег, она разрыдалась.
Глава 24
Долгий день
Черный «Мерседес-Бенц S600» свернул на подъездную дорожку жилого района, и Ма Дунчэнь увидел едущую перед собой «Ауди 80». Он подался к водительскому сиденью и похлопал водителя по плечу. Тот, все поняв, посигналил машине впереди.
«Ауди» затормозила. Хань Мэй вышла из машины и с удивлением уставилась на «Мерседес». Дунчэнь поглядел на болезненное лицо жены и ее красные, опухшие от слез глаза – и его сердце тут же упало. Он тоже вышел из машины:
– Как дела? Есть какие-нибудь новости?
– Нет. Я проверяла во всех местах, куда ты велел мне съездить… – Хань Мэй выглядела так, будто могла в любой момент упасть в обморок, ее голос охрип от слез: – Дунчэнь, что нам делать?
– Поезжай домой. – Ма Дунчэнь снова сел в машину: – Я продолжу искать ее.
– Может, отдохнешь? Ты мало спал в эти дни… – Хан Мэй бросилась к окну машины: – Если с тобой что-то случится, нашей семье конец!
– Нет нужды, – холодно сказал Ма Дунчэнь и приказал водителю развернуться. – Если мы не найдем дочь, вот тогда нашей семье точно конец.
Оставив заплаканную Хан Мэй на обочине дороги, он выехал из поселка. Вернувшийся на главную дорогу «Мерседес» был похож на акулу, рыскающую в потоке машин. Ма Дунчэнь ощущал ужасное уныние. Не то чтобы он не понимал тревоги и горя своей жены – просто его физическая усталость была почти запредельной. Однако он не мог ни есть, ни спать. К тому же лучше выйти и проветриться, чем смотреть дома на плачущую Хан Мэй. По крайней мере еще есть надежда, что что-то получится…
Водитель, глянув в зеркало заднего вида, тихо спросил:
– Господин Ма, может, сначала заедем в компанию?
– Хм?..
– Только что звонил секретарь Ли – клиент ждет уже все утро…
– Пусть катится! – внезапно взорвался Ма Дунчэнь. – Сколько, черт возьми, сейчас времени? Я больше не хочу заниматься делами!
Водитель, не осмелившись возражать, послушно поехал дальше. Ма Дунчэнь нервно закурил. Через несколько минут он опустил окно машины, выбросил окурок и сказал:
– Езжай к Лао Су.
* * *
Зазвонил телефон. Обедавший Гу Хао отложил палочки для еды, подошел и снял трубку. На другом конце телефона было тихо. Сердце Гу Хао забилось.
– Су Линь? – неуверенно спросил он.
– А? – прозвучал удивленный голос Ду Цянь. – Что за Су Линь?
– А, да так… – Гу Хао издал долгий вздох, не понимая, испытал ли он облегчение или разочарование, услышав ее голос. – Я думал, ты обо мне забыла…
– Ты ждешь звонка? – голос Ду Цянь был тусклым. – Кажется, ты меня не ждешь.
– Это долгая история, я объясню все позже… – Гу Хао колебался. – Ты… ты что-то хотела от меня?
– Да. Вэй вчера ночевал у тебя?
– Да. Он пришел ко мне выпить и проспал здесь всю ночь. – Гу Хао улыбнулся. – Позавтракал – и ушел в приподнятом настроении.
– Это хорошо… – Ду Цянь вздохнула: – Мне неудобно расспрашивать его о работе. Он рано встает и поздно ложится, и я его почти не вижу…
– Такова работа в службе общественной безопасности. Не волнуйся, Вэй знает, что к чему.
– И отец, и сын – полицейские… Я полжизни беспокоилась о старшем, а теперь беспокоюсь о младшем…
– Тогда быстро найди ему жену; пусть о нем беспокоится невестка, а у тебя будет больше свободного времени.
– Тебе легко говорить, – в голосе Ду Цянь послышалась улыбка. – Скажи мне правду: ты больше не ходил на уроки бальных танцев?
– Нет… – Хао немного смутился. – В последнее время я был очень занят.
– Уж не знаю, чем ты там занят… Да еще и держишь это в секрете.
– Как будет результат, я тебе расскажу… – Гу Хао задумался на некоторое время. – В будущем моя жизнь может немного измениться.
– Как измениться?
– Может быть, со мной будет жить девушка.
– Девушка? Моложе тебя?
– Не пойми меня неправильно! – поспешил объяснить Гу Хао. – Ей всего шестнадцать или семнадцать лет; я могу стать ее дедушкой.
– Ты… удочеряешь девочку?
– Думаю, да… – Гу Хао внезапно вспомнил что-то. – В те выходные ты и учитель У…
Ду Цянь некоторое время молчала, затем произнесла:
– Мы вдвоем ездили в парк Цзиншуйтан.
– О… – Гу Хао неловко замолчал. – Ну и как?
– Что ты имеешь в виду?
Он словно растерял слова. Наконец Ду Цянь, не дождавшись ответа, прямо заявила:
– Я знаю, о чем ты хочешь спросить. Да, он признался мне.
– И как ты ответила? – напряженно спросил Гу Хао.
– Конечно, я не могла ответить сразу. – Ду Цянь, очевидно, была очень довольна его реакцией. – Я сказала, что подумаю об этом.
– Тогда… – Гу Хао немного расслабился. – И что ты намереваешься ему ответить?
– А ты как думаешь?
Гу Хао долго колебался, затем произнес:
– Я думаю, вам все же следует быть осмотрительнее…
– Я тебе нравлюсь?
Внезапный вопрос Ду Цянь застал Гу Хао врасплох. Он крепко сжал трубку,
