чувствуя, как кровь приливает к голове; даже его волосы, казалось, вспыхнули от ее жара.
– Я…
– Быстрее!
– Нравишься!
Когда это слово наконец вылетело из его уст, Гу Хао с облегчением выдохнул – оказалось, не так уж и сложно…
Ду Цянь вздохнула:
– Я потратила кучу сил, чтобы докопаться до твоих истинных чувств… – ее голос почему-то звучал подавленно. – Лао Гу, мы оба знаем, о чем думаем. Но ты просто-напросто заставил меня, женщину, снова и снова приходить к тебе… Иногда мне казалось, что ты не мужчина, и я думала, что просто отпущу это. Однако как только загорается старый дом, его невозможно потушить…
– Ду Цянь, ты же жена Чжиляна, в конце концов, – прошептал Гу Хао. – Я не мог прыгать в омут с головой…
– Я понимаю, что ты имеешь в виду. Лао Тай был моим мужем, а я – его добропорядочной женой; когда его не стало, жизнь продолжилась, но в моем сердце образовалась дыра. Вэя целыми днями не было дома, и я даже не могла с кем-то поговорить… Это чувство одиночества, я думаю, ты тоже понимаешь?
– Я понимаю. Ду Цянь, мне правда жаль тебя…
– Давай не будем об этом, – голос Ду Цянь стал веселее: – Послезавтра я пригласила учеников из группы бальных танцев к себе домой, и учитель У тоже придет.
– А? – Гу Хао сначала удивился, но потом понял: – Ты хочешь, чтобы я тоже пришел, да?
– Да, ты обязательно должен прийти, – твердо произнесла Ду Цянь. – Нам нужно прояснить наши отношения, чтобы мне не пришлось отвергать его с глазу на глаз. Учитель У хороший человек, но мы сделаем всё так, чтобы избежать излишней неловкости и сохранить хорошие отношения…
– Нет проблем, – тут же согласился Гу Хао. – Во сколько?
– В десять утра. – Ду Цянь сделала паузу. – Лао Гу, на этот раз, если ты снова не сдержишь обещание…
– Даю голову на отсечение, я приду! – Гу Хао похлопал себя по груди: – Я не дурак, не волнуйся.
– Ты как раз таки дурак… – Ду Цянь рассмеялась. – Пугаешь меня этими фразами… Увидимся послезавтра.
– До послезавтра.
Повесив трубку, Гу Хао дважды обошел комнату, чувствуя, как его сердце все еще бешено колотится. Подошел к шкафу, выбрал несколько приличных вещей, оделся, встал перед зеркалом и начал расчесывать свои седые, давно не стриженные волосы. Может быть, сначала пойти подстричься, а затем уже выбирать подарок?
Хао смотрел на свое воодушевленное лицо в зеркале – и не мог сдержать смех. Он прекрасно знал, что сделать этот шаг – значит, не просто наконец-то пожениться, но и принять искреннее доверие старого друга. В любом случае ему нужно было пойти к могиле Тай Чжиляна и все прояснить. Если б его друг узнал об этом, он понял и поддержал бы его с Ду Цянь решение…
При мыслях о Чжиляне волнение Гу Хао улеглось. Но он не мог перестать думать о будущей совместной жизни с Ду Цянь.
Семья из трех человек… Счастливая и гармоничная… И Тай Вэй, этот щенок, тоже близок ему… Если еще будет Су Линь, Ду Цянь окружит этого бедного ребенка заботой. Хао не мог и помыслить о том, что на склоне лет у него будет такая полная, такая прекрасная семья…
И он погрузился в фантазии.
* * *
Лао Су, отерев рот, открыл дверь квартиры 101. Увидев Ма Дунчэня с бледным лицом, он в ступоре остановился на пороге:
– Почему ты здесь?
Ма Дунчэнь, не сказав ни слова, толкнул его в грудь и ворвался в квартиру. Жена и сын, обедавшие за столом, в панике вытаращились на незваного гостя. Осмотрев гостиную, тот бросился к спальням. Проверив обе, вернулся в гостиную и пошел прямо к Лао Су.
– Где твоя дочь?
– В каком смысле «где»? – Су рассердился. – А я как раз собирался спросить тебя, что это ты делаешь… Ты что, пришел обыскивать мой дом?
– Я спросил, где твоя дочь? – закричал Ма Дунчэнь. – Она, мать твою, все еще жива! Она пришла в школу несколько дней назад и украла платье у моей дочери!
– Су Линь? Она приходила в школу? – Су был ошеломлен. – Тебя точно не подвело зрение?
– Ты думаешь, все в зале слепые? – Глаза Ма Дунчэня выпучились от гнева. – Лао Су, не притворяйся идиотом, покажи мне свою дочь!
– Я не знаю, где она. – Су заморгал.
Его жена, бросившись к ним, схватила Ма Дунчэня за рукав:
– Ты сказал, что Линь-Линь вернулась? Где она? Кто ее видел?
Ма Дунчэнь оттолкнул ее и указал на Лао Су:
– Су, ты должен сейчас объяснить мне все!
Но женщина не унималась.
– Скажи, это и правда была Линь-Линь? – умоляющим голосом спрашивала она.
– А ну заткнись! – крикнул на нее муж, затем быстро облизнулся. – Давай поступим так, Лао Ма: я могу вернуть тебе половину денег, но прописка у моего сына останется, хорошо?
Ма Дунчэнь в изумлении уставился на Су, словно был не в состоянии понять его слова. Тот стиснул зубы:
– Хорошо, я верну тебе две трети – ты же не можешь не дать мне никакой компенсации, так?
– Мне плевать и на деньги, и на прописку! – истерично заорал Ма Дунчэнь. – Моя дочь пропала! Ма На пропала!
Лао Су несколько секунд изумленно смотрел на него, затем развел руками:
– Какое это имеет отношение ко мне?
– Твоя дочь вернулась, а моя пропала… – Ма Дунчэнь схватил Су за воротник. – Посмеешь сказать, что это не дело рук твоей дочери?
– Мы ее даже не видели. К тому же она еще ребенок, как это возможно… – Тот вдруг презрительно усмехнулся: – Хотя… Ма На тоже ребенок, но она смеет делать все что угодно!
Ма Дунчэнь, задохнувшись от гнева и яростно тыча пальцем в Лао Су, продолжил:
– Не неси чушь! Скажу тебе так: если ты не сможешь найти мою дочь, я от тебя не отстану!
– Ничем не могу помочь. – Лао Су бесцеремонно оттолкнул его, поправляя смятый воротник. – Ты сказал, что это сделала Су Линь, – так иди и спроси ее сам. Все равно мы ее не видели.
Ма Дунчэнь шагнул вперед:
– Су, я встречал много таких, как ты; не нужно проделывать со мной эти грязные трюки…
– Расплата! – крикнула жена Су. Вспыхнув гневом, она сжала кулаки и затопала ногами: – Это все расплата!
Ма Дунчэнь удивленно застыл на месте, уставившись на женщину. Та, с растрепанными волосами и обезумевшим взглядом, смотрела на него. Он не мог произнести ни слова.
Да, это действительно было возмездие. Не так давно все они сидели в этой самой комнате, торгуясь после исчезновения девочки… Теперь роли поменялись.
В это
