Аида.
Персефона призвала свою магию и превратила землю у противника под ногами в грязь. Когда он пошел в атаку, то поскользнулся и упал, и прежде чем он успел среагировать, появился Гермес и вонзил острый конец своего кадуцея ему в спину.
Персефона сорвала шлем с головы полубога. Это был Дамиан, сын Фетиды, и он был мертв.
– Один готов, – сказал Гермес.
Персефона протянула ему шлем.
– Передай его Дионису.
– Будет сделано, леди Персефона, – сказал Гермес, схватил шлем и исчез в золотой дымке.
Когда адреналин вышел из ее организма, Персефона вспомнила, что ранена. Ей показалось, что она тонет, как будто ее легкие были полны крови. Она приложила руку к груди, и на ней осталась кровь.
Она повернулась к небу в поисках Артемиды, но успела заметить только жестокую атаку Ареса на Махаона, прежде чем почувствовала приближение другого воина. Когда она повернулась, Кай бросился к ней. Земля ушла у него из-под ног, но он не споткнулся, легко передвигаясь по кочкам с поднятым оружием. Персефона отшатнулась, но оказалась недостаточно проворной, и острие его меча вонзилось ей в грудь, хотя она едва почувствовала боль, судорожно пытаясь глотнуть воздуха.
Сквозь пелену на глазах она увидела, как Кай взмахнул клинком, готовясь нанести ей смертельный удар, но тут его остановили два острых зубца, пронзивших его грудь насквозь, – наконечники двузубца Аида.
Полубог упал на колени, а затем лицом вниз.
– Аид, – произнесла Персефона, но ее слова были невнятными. Она знала, что ядовитый яд Гидры уже течет по ее венам.
– Артемида! – приказ Аида прозвучал издалека, но она почувствовала его вибрацию в своей груди. – Сюда!
Что-то острое пронзило ее грудь, а затем по телу разлилось блаженное тепло, и внезапно она снова смогла дышать.
Когда ее зрение прояснилось и она смогла разглядеть лицо мужа, она обвила руками его шею.
– Аид!
– Ты в порядке, любимая? – спросил он, крепко прижимая ее к себе.
– Теперь я в порядке, – ответила Персефона.
Он помог ей подняться на ноги как раз в тот момент, когда земля начала дрожать.
– Что это? – спросила Персефона. Она посмотрела на Аида, а затем на Гекату, которая появилась рядом с ней.
Это было совсем не так, как в тот час, когда Новые Афины сотрясались во время погребальных игр. Это не была непрерывная вибрация. Это была прерывистая дрожь, которая напомнила ей о… звуках шагов.
Затем Персефона увидела его – существо, которое она знала только из истории, сына Геи, змееподобного монстра. Он передвигался на четвереньках, его тело, покрытое чешуей, напоминало тело рептилии, и у него был длинный смертоносный хвост, но больше всего ее пугала его голова – она состояла из сотен змей. Он был огромен, и она знала, что если он встанет на задние лапы, то заденет головой звезды.
– Тифон, – прошептала Геката.
Из существа вырвался ужасный крик, Персефона никогда не слышала ничего подобного – пронзительный рев со странным шипением. Когда оно проревело, ядовитый яд пролился на землю и на их армию, расплавив несколько воинов на месте.
Те, кого яд не задел, были раздавлены его лапами и отброшены взмахом его огромного хвоста.
– Цербер! – приказал Аид, и чудовище бросилось на гиганта, вонзив зубы всех трех голов в разные части монстра – в заднюю лапу, спину и шею. Тифон взревел, и змеи, из которых состояла его голова, яростно зашипели, изрыгая еще больше яда. Цербер взвизгнул, когда отравленные струи ужалили его, прожигая до костей.
– Цербер! – позвала Персефона, он отступил и попятился, чтобы она могла прикоснуться к нему своими исцеляющими руками.
Раны от яда зажили, но Тифон обратил на них свое внимание, змеи на его голове пронзительно кричали.
Вдруг мелькнула вспышка света, и Гермес пробежал мимо, взмахнув кадуцеем и на ходу отрубив несколько змеиных голов. Гефест сделал то же самое своим хлыстом, а затем Афродита взмахнула мечом. Афина вонзила свое копье в монстра, несколько раз ударив Тифона в спину. Персефона вызвала из земли виноградные лозы, а Аид – свои тени. Они обвились вокруг ног и талии чудовища. Тифон взревел, прогибаясь под их натиском. Скованного, его внезапно окружили как боги, так и смертные, нанося удары во все части его тела.
– Вот так, – сказал Гермес, вонзая свой клинок в живот твари, – это было гораздо проще, чем когда это делал Зевс!
Тифон взревел. Тени Аида задрожали, лозы Персефоны оборвались, и чудовище сумело подняться на ноги.
– Зачем тебе понадобилось открывать свой гребаный рот? – Афродита набросилась на Гермеса, перекрывая гневный рев Тифона. Он сделал большой шаг, и земля задрожала и раскололась. Сотни смертных были раздавлены и захлебнулись, когда огромные капли его крови упали на землю.
– Послушай меня, – сказал Гермес. – Мы подставим ему подножку и попробуем еще раз.
– В первый раз это не сработало, Гермес. Почему это должно сработать во второй? – Персефона показала на монстра.
– Вы же видите, что сейчас он стал слабее, – вмешалась Артемида.
Это было правдой, и это было видно по тому, как много крови покрывало чешуйчатое тело гиганта. Если им не удастся убить его, то, скорее всего, это сделает яд Гидры, но невозможно было сказать, сколько времени потребуется для такого большого тела. К тому времени он может уничтожить весь мир.
– Возможно, сейчас самое подходящее время пустить в ход те шары, о которых ты говорила, Геката, – сказал Гермес.
Все они знали, что это опасный вариант. Никто не мог сказать, что могут сотворить яйца Зевса, и, что еще хуже, к каким разрушениям они могут привести.
Прежде чем Геката успела подумать об этом, в небе появился Гефест и выстрелил расплавленными копьями в Тифона. Чудовище закричало, пошатнулось, но не упало.
Вдруг что-то вылетело из темноты, окутанное пламенем. Прометей, – поняла Персефона.
Он врезался в Тифона с такой силой, что прошел прямо сквозь монстра. Чудовище застонало, покачнулось и упало. Сила его падения была так велика, что земля пошла под ним волнами. Боги смогли подняться в воздух и избежать падения, но обе армии были повержены на землю.
Прометей завис в воздухе, с него капала кровь гиганта.
– Да, черт возьми! – закричал Гермес.
Но радость была недолгой, поскольку за спиной бога огня появился Кронос, схватил его за голову и вывернул ее. Тело Прометея упало с неба, приземлившись подобно огненному метеору.
– Чертовы мойры, – сказал Аид.
Все произошло так быстро. Персефону затрясло от ярости и ужаса, когда она увидела, как Кронос отбросил голову титана в сторону, как будто это был лишь камень.
Стоявшая рядом с ней Геката вдруг исчезла и появилась у Кроноса в своей тройственной форме, окружив его, держа в руках черный огонь, который она выпустила на бога пылающим потоком. Кронос исчез, но вслед за ним исчезла и Геката. Когда они появились снова, то врезались друг в друга, и звук был подобен раскату грома.
