но Лав вмешалась.
Ладно. Внутренние разборки Багрового Круга меня сейчас интересуют в последнюю очередь.
Спустя ещё три дня и пять мелких зачисток, первые отряды легионов показались в моей зоне контроля.
«Расшагались. Набрали темп», — радостно отчитывался передо мной Поций.
Войска проходили по 15–17 километров за день, что было отличным результатом, учитывая размеры армии. Следующим вечером уже можно будет встречать их в Бьорторне.
Город к визиту легионов был неплохо подготовлен. Надо сказать спасибо Геору и Иратиону за хорошо организованное, а главное децентрализованное хранение провизии. Покойный вождь федератов не просто забил зерном подвалы дворца. Там оно тоже хранилось, но нас не дождалось.
Несостоявшийся царь Севера просчитал возможность тяжёлой осады города и потери запасов во дворце. На этот случай в подземных тоннелях в разных частях Бьорторна были организованы склады по лучшим имперским стандартам. Зерновые ямы с внутренним слоем из обожженной керамики или облицованные камнем. Их запечатали около года назад. Многие из них так и не были вскрыты, несмотря на наплыв беженцев. Радан, вроде бы, планировал распродать часть этих запасов на территории Империи, но кризис в его землях развивался слишком быстро. В итоге нам достались сотни тонн зерна, солёного сухого сыра и меда, в котором были законсервированы орехи разных видов. Калории, которые наполнят силой руки живых солдат в борьбе с мертвым врагом.
Хранилища были организованы так, что некоторые из них замуровали, а о многих не знал практически никто, кроме редких приближённых Геора. Так что Радан и его сторонники некоторые зерновые ямы банально не нашли. Мне же помогала Орина. Что-то она знала сама плюс сумела убедить нам помогать часть слуг и даже знати, которые до конца не покорились власти Радана. Впрочем, особого красноречия тут не требовалось. Все, кто видел чудовищ Порчи в действии, понимали, что либо легионы Империи уничтожат центр распространения заразы, либо Север полностью вымрет.
Даже стены Бьорторна не спасут. Просто к каждой деревне по отряду бойцов с антимагом во главе не приставить, а без продовольственной базы города не выживут. Придётся всем уходить на территории других народов с высокой вероятностью понижения социального статуса. И даже это под большим вопросом, учитывая общемировой кризис в более-менее цивилизованных землях. Поэтому несмотря на не особую любовь к Империи вообще и ко мне лично, нам были готовы помогать.
И вот мои войска добрались до города. Под пасмурным осенним небом позднего вечера шлем их не блистали в закатных лучах. Но даже так армия выглядела внушительно с городских стен и башен Бьорторна.
— Это же сколько здесь племён? — удивлённо спросил некто из кребрийцев.
Когда-то было много, а теперь одно. Империя. Супер-племя. Новый принцип организации людей.
Легионы приближались. Я через стратегию смотрел на лица этих воинов и думал о смерти. Они могут погибнуть, если Азарду придётся выпустить силу Неридии для уничтожения Сердца. Они могут погибнуть в сражениях с ордами чудовищ, если я попытаюсь ликвидировать источник Порчи самостоятельно. Не просто погибнуть, а потерять свои души в круговороте вечных страданий.
Но они все равно шли сюда, потому что я призывал их. Они верили моему слову полагают гораздо больше чем любым эдиктам Сената. Ощущая эту власть, я понимал почему так боялись её убеленные сединами мужи из древних семей Рега. Даже целого Бога запретили и заключили сделку с чужеродными силами, лишь бы сдержать потенциал стратегов. Однако сейчас иного способа защитить Империю просто не существовало.
Я практически физически ощущал, как на меня давит ответственность. Благодаря уже пережитым испытаниям мне удавалось сохранить хладнокровие. Однако тяжкая ноша долга пока ещё лежала на моей душе.
— Надо устроить пир, — объявил я Орине. — Причем такой, чтобы пиво и вино лились рекой.
На лице девушки можно было заметить сомнения.
— Стоит ли так поступать когда…
— Стоит, — решительно ответил я. — Знаю, о чем ты хочешь сказать. Время тяжелое. Местные жители настрадались. Смотреть на пир чужестранцев им бы сейчас не хотелось. Однако у меня есть все основания отдать такой приказ. Сегодня ночью пир. Завтра отдых. Затем день подготовки и мы выступаем.
— Как скажите. Не могу ручаться, что в городе осталось много вина, но поищем.
— Надо найти, — фактически потребовал я, положив руку девушке на плечо.
— Х-хорошо.
Когда Поций Арвин заехал в ворота, то сообщил мне через откровение что:
«Думал, придётся залезать в этот город по лестнице или заходить по мосточку осадной башни. А хорошо Геор отстроился. Славный был бы штурм, но теперь впускают сами».
«Не только впускают, но ещё и нальют. Я уже раздал указания. Ночью праздник — днём отдых».
«Значит не зря так спешили», — ответил первый центурион.
«Это будет длинная ночь. Мне надо раздать все долги».
«Накопились?»
«Да. И перед тобой в том числе».
Следовало раздавать многие долги перед последним боем, чтобы не жалеть потом.
Город готовился к пиру, а почетные гости все прибывали и прибывали. Благо, в Бьорторне сейчас было полно пустующих домов. Разумеется их подготовили для размещения гостей. Залатали крыши, вытерли кровь, убрали фрагменты тел.
Люди, которые не одну неделю провели в битвах и на дорогах, рады были любому тёплому жилью. Над городом поднималось множество столбов дыма от очагов. Они тянулись к вечернему небу, не закручиваясь по спирали. Обычный дым от чистого огня. Символ жизни, а не погибели.
А во дворце Бьорторна разгоралось пламя в кузницах. Там готовились плавить золото и серебро. Я собирался расстаться с запасами этих драгметаллов, серьёзно облегчив походную казну.
Уже стемнело, когда легионы разместились в городе. Однако ночной мрак разгоняло пламя очагов, костров и жаровен. Мне вспомнились два праздника в Кринторне. Один до финального боя, другой после. Оба они закончились появлением какой-то летающей дряни. Первый раз это была дочь Погибели, второй — древний демон. Надеюсь, теперь обойдемся без лишних крылатых гостей.
Когда все было готово, то на улицах разместили столы. К легионерам присоединились как кербрийцы, так и местные жители. Кажется, среди беженцев полно свободных женщин. Это хорошо.
«Пейте до дна. Ешьте, пока не надоест. Любите или думайте о тех, кого оставили далеко», — так начал я свою речь. — «Запомните эту ночь. Она понадобится вам позднее, чтобы понять причины, по которым мы
