Верно. Действительно, если ее показания лишат возможности брата и отца когда-либо обидеть женщину, она должна их дать. Медленно Дора повторила все рассказанное когда-то Пэйсу, старательно подчеркнув, что события того дня походят больше на кошмарный сон, нежели на воспоминания о реальном событии.
Сэр Арчибальд кивнул, что-то записывая, задал несколько вопросов, затем тщательно спрятал листок с записью.
– Леди Александра, я сожалею, что все эти годы вы жили с кошмаром в душе. Я также сожалею, что поверил объяснениям вашего отца и не поверил обвинениям того молодого свидетеля, который утверждал, что вы остались живы. Недавние события раскрыли мне глаза. Я подал графу прошение об отставке, и боюсь, ему очень трудно будет найти нового поверенного или адвоката после того, как ваша история станет известна, а именно так и случится, если за разъяснениями обратятся ко мне.
Дора сцепила руки на коленях, глядя в пол. Она даже не заметила, как Джози незаметно покинула комнату, чтобы уложить дочку спать.
– Наверное, я должна ненавидеть этого человека за все, что он сделал, но не могу при этом не думать, что это обернулось пользой для меня. Здесь мой дом. А туда я никогда не вернусь.
Пэйс встал за спиной Доры, положив руку ей на плечо, чтобы поддержать морально. Поверенный утвердительно кивнул.
– Так и должно быть. Вас не могут заставить вернуться в Англию, если вы этого не желаете. И я хотел бы сказать, что ваше сегодняшнее признание спасло еще одну женщину от страданий. Моя сестра хотела принять предложение графа, когда Гарет просил меня помочь отыскать вас. До тех пор я считал, что вы погибли вместе с матерью. Разница версий особенно заинтересовала меня, когда я понял, что у графа возникли финансовые трудности. Я всегда считал его благочестивым христианином, не поддающимся соблазнам и порокам, так часто подстерегающим подобных людей. Я никогда не имел оснований сомневаться в истинности его слов. Однако отрицание им самого факта вашего существования до тех пор, пока не возник вопрос о вашем праве наследовать приличное состояние, заставило меня в этом усомниться. Я уже сообщил сестре о своих сомнениях, и она согласилась подождать моего окончательного решения. Я немедленно сообщу ей о том, что граф неподходящая пара для нее. А как только вернусь, об этом узнает вся Англия.
Дора подняла голову и посмотрела в его холодные серые глаза. Она едва заметно кивнула.
Благодарю вас. Пусть страдания моей матери не достанутся на долю другой женщины. Я хотела бы предупредить также о жестоких наклонностях Гарета. Я не знаю, передается ли это от отца к сыну, но Гарет не делает тайны из своей жестокости. Он слабый человек, стремящийся подчинить себе тех, кто слабее его. Вот об этом необходимо сообщить всем.
Этого я не обещаю. Он подкупил дочь одного из арендаторов вашего отца, которую граф так жестоко избил, что она даже не могла ходить. Но я не могу разглашать эти сведения. Если же я узнаю, что он решил жениться, я обязательно предупрежу родителей невесты. Однако в один прекрасный день он сам станет графом. Поэтому мои предостережения не всем будут интересны. Может быть, он и сам изменится. Порой происходят странные вещи.
Пэйс сжал пальцами плечи жены, и Дора положила на них свои руки. Возможно, Пэйс стал бы куда более жестоким человеком, чем Гарет, но он обладает врожденным чувством благородства, чего Гарет не имел никогда. Пэйс скорее сам погибнет, чем погубит более слабого. Дора улыбнулась, вложив в улыбку всю свою убежденность.
Вглядываясь в его полные любви глаза, она почти не расслышала слов адвоката. Только когда они расширились, и он оторвал свой взгляд от нее, чтобы взглянуть на гостя, Дора снова прислушалась к разговору.
Харриет фыркнула и постукивала палкой по полу, словно чему-то радуясь. Джози спустилась по лестнице и стояла на пороге, поглядывая с улыбкой на Дору. А когда Дора посмотрела на нее ничего не видящим взглядом, Джози буквально влетела в комнату и заставила Арчибальда встать.
– Арчи, да она просто не слышит тебя! Ты сказал, что у нее денег больше, чем стоит весь этот город, а она даже не слушала тебя. Ты с таким же успехом мог бы просто бросить деньги в океан.
Дора перевела взгляд на краснолицего поверенного. Он вцепился в тугой воротничок рубашки и смотрел на Джози, как голодающий на пиршественный стол, но Джози даже не замечала его взгляда.
– Будет лучше, сэр, если вы повторите то, что сейчас сказали, – вежливо заметил Пэйс, – о бабушке Доры.
Все снова уселись. Сэр Арчибальд откашлялся и оторвал взгляд от женщины, цеплявшейся за его рукав.
– Леди Александра, ваша бабушка с материнской стороны после смерти вашей матери изменила свое завещание. Она возненавидела лорда Бомонта и возложила на него вину за несчастье, несмотря на то что суд признал его невиновным. Она предпочла поверить единственному свидетелю обвинения и позже даже пожертвовала большую сумму Обществу друзей. Она была убеждена, что вы остались живы и благоденствуете. Бабушка завещала вам все свое состояние, если вас найдут. Если бы вы не объявились к моменту своего двадцатипятилетия, все перешло бы различным благотворительным организациям и Обществу. Теперь все ваше, и я обеспечил передачу денежных средств.
Дора смотрела на него невидящим взглядом. За нее ответил Пэйс.
– Я думал, что в завещании есть пункт, не одобряющий возможность брака с человеком моего звания.
Поверенный расплылся в улыбке.
– После вашего выступления в суде я сообщил опекунам, что вы более чем подходящий супруг для леди Александры. Я выслал им все необходимые документы, подтверждающие этот факт. Опекуны полностью удовлетворены.
Дора все еще молчала. Пэйс сжал ее плечи и вдруг ощутил подвох.
– В соответствии с законом Кентукки муж Доры имеет полное право на ее имущество. Уверен, опекуны пересмотрят свое решение.
Дора очнулась. Она постучала туфелькой по полу и взглянула на мужа.
– Не будь смешным, Пэйсон Николлз. Что мне делать с целым состоянием? Оно твое, если хочешь. И оно пригодится, если у нас будет полдюжины детей.
Все присутствующие обернулись к скромной молодой женщине, сложившей руки на коленях.
– Полдюжины детей? – заикаясь, произнес Пэйс. Подхватив юбки, Дора встала и величественно, как королева, направилась к двери. Не поворачиваясь, она ответила:
– Один в колыбели, а второй – на подходе. Что касается меня, это, кажется, неплохое начало. Пойду наверх и, кстати, проверю, как там Эми. – Но тут она остановилась и посмотрела на остолбеневшего мужа. – А ты должен обеспечить Эми. Чарли бы тоже этого хотел.
Радостные крики и смех на лужайке, казалось, соответствовали веселью присутствующих в комнате. Пэйс, лишившийся дара речи, опустился на стул, на котором только что сидела его жена.
