возвышенности, либо там, откуда хорошо просматривалось поле или берега озера. Я ни разу не смог увидеть, когда же он спит. Он не спал и не ел. По крайней мере, мне так казалось.
Глава 2. Новая жизнь.
Сотрудник ДПС внимательно рассматривал документы.
– Борис Сергеевич, выйдите, пожалуйста, из машины, – сказал он.
Борька вышел. Владелец машины Васька, но документы оформлены на обоих, поэтому у Борьки не было проблем волноваться. Но всё же он разволновался. Он машинально сунул руку в карман и стал поглаживать Пеликена. Этот жест не ускользнул от внимания сотрудника.
– Документы не ваши, – продолжил сотрудник. – Оформлены на Волкова Василия Александровича.
"Начинается", – с досадой подумал Борька и мысленно добавил: "Спокойно ничего не произошло, обычный сотрудник, обычные вопросы". И вслух произнёс.
– Да, машина друга. Он попросил меня съездить домой, пока охотится, – "Ох, и зачем я ему про охоту сказал?" – начал злиться на себя Борька.
– А сам он почему не поехал?
– Так ведь охота же, сезон, – Борька старался поддерживать будничный тон. А рука предательски шарила в кармане, то сжимая, то разжимая статуэтку. Борька вынул руку из кармана. И тут же снова разозлился на себя: "Зачем я руку вынул? Да ещё так быстро! Ну, была она в кармане, кому мешала?"
– Откройте, пожалуйста, багажник, – высказал новую просьбу гаишник.
Борька распахнул дверь. Багажник по своему обыкновению был завален разным походным хламом. И сверху, как на зло, лежал чехол с ружьем.
– Ваше оружие?
– Д-да, – заикнувшись произнес Борька. И добавил, предупреждая следующий вопрос: – Разрешение с собой, всё в порядке.
Но бдительный сотрудник ДПС невозмутимо продолжал:
– Покажите разрешение.
Тут уже Борька заволновался всерьёз, но героически пытался сохранить спокойный вид, что у него не особо выходило. Он сунул руку в карман, сжал Пеликена, снова высунул, опять засунул. "Да что ж такое со мной?" – подумал он. "Если уж влип, то рассказывай, как есть, без ехидства, всё равно не поверят." Он вынул руку из кармана и решительно пошёл к своему рюкзаку, в котором лежали оставшиеся документы.
– Вот, – Борька развернул охотничий билет, взял из него голубую карточку разрешения и протянул инспектору.
Инспектор мельком взглянул и высказал очередную просьбу:
– Достаньте оружие из чехла, пожалуйста.
Борька взял чехол с ружьем и ужаснулся. Это было ружье Васьки. "Влип!" – лихорадочно пронеслось в голове. Майка тут же стала мокрой от внезапно выступившего пота.
– Понимаете, – начал Борька, – Это не мое ружье. Мое вот тут, – и он начал копаться в вещах.
– А это чье ружье?
– Это друга… Васьки… Ну, Василия, чья машина. Понимаете?
Но инспектор уже перестал что-либо понимать. Он махнул своему напарнику, подзывая к машине, а Борьку строго спросил:
– У вас есть разрешение на это ружье?
– Да, есть, но не мое, друга, – Борька хватался за последнюю надежду. – Вот его рюкзак, тут все документы. Сейчас я найду.
Инспектор был неумолим:
– Борис Сергеевич, я вынужден вас задержать. Пройдемте на пост для составления протокола. Возьмите с собой документы и оружие для сверки.
Борьку привели на пост и усадили в углу на стул. Рюкзаки с документами и ружья в чехлах лежали тут же, у его ног. Инспектора достаточно вежливо сообщили, что согласно какой-то там статье они должны привести понятых. Пока искали понятых, один из них начал составлять протокол. Борька всё думал, как же он умудрился оказаться в такой ситуации? Нужно было ружья спрятать поглубже! Почему же он раньше об этом не подумал? Так он себя винил и винил, а веселый Пеликен подставлял под Борькины пальцы то живот, то лысую голову. Сотрудник ГИБДД попался очень умелый в допросах, так что Борька очнулся, когда тот уже почти всё узнал. И Борька не понял, как же смог рассказать всё, что произошло, сам того не понимая. Хотел же сначала что-то приврать более естественное, но не получилось. Рассеянность.
А инспектор сидел с застывшей кривой усмешкой. Невозможно было догадаться, верит он или же просто всё записывает, потому что так необходимо по долгу службы.
Борька сидел с поникшей головой, постоянно лезли мысли о безысходности положения. Ввели понятых. Процедура досмотра личных вещей прошла для Борьки, как в тумане. Проверили оружие, личные вещи в обоих рюкзаках. Потом вышли на улицу к машине, чтобы дальше продолжить осмотр. А он всё думал только о том, что уже ничего не исправить. И даже Пеликен одиноко лежал в кармане, всё реже чувствуя прикосновения Борькиных пальцев. Досмотр закончился, понятых отпустили.
Инспектор захлопнул дверь Васькиной машины, и Борька увидел своё отражение в стекле двери. Борька посмотрел в свои поникшие глаза. Вдруг, за спиной появилось ещё одно отражение. Он перевел взгляд и увидел… О, боже! Он увидел того самого продавца статуэток с московского рынка! Борька молниеносно обернулся. Сзади стоял инспектор ГИБДД и больше никого не было. Борька метнулся в сторону, разыскивая промелькнувшего продавца. Он же здесь, где-то рядом, наверное, зашёл за машину! Инспектор движения Борьки понял по-своему и среагировал соответствующе. Ударил своей ногой по Борькиной ноге. Борька тут же споткнулся и растянулся на грязном асфальте, больно ударившись ладонями и поцарапав их до крови.
– Стоять! – одновременно с ударом громко крикнул инспектор и мощно навалился сверху.
Тут же подоспел напарник. Они вдвоём ловко завернули руки ему за спину и надели наручники. Впрочем, Борька и не сопротивлялся.
– Вызывай, пусть едут уже быстрее! – сказал инспектор, обращаясь к напарнику. И уже Борьке: – Куда ты дернулся? Ох и дурак же!
– Вы неправильно меня поняли, – невнятно затараторил Борька своё оправдание. – Я не хотел убегать. Мне нужен один человек, он тут стоял. Вот только что… За вами… Я хотел его догнать… Вы не поняли…
Но сотрудник даже не стал вникать в Борькину речь:
– Ага. Верю. Другим будешь объяснять. А этот случай мы в протокол сейчас с тобой занесём. – И повел Борьку опять на пост.
Борьку везли в полицейском "козлике". Был он тут не один. Непонятного вида человек в темной одежде спал в углу напротив, плотно надвинув на глаза до самого носа меховую шапку не по сезону. Из-под шапки были видны только черные усы и жиденькая острая бороденка, такая же темная. Борька старался не обращать на него внимания, но взгляд то и дело попадал на вынужденного попутчика. Борьке казалось, что лучше бы было ехать одному. Этот бродяга, как его окрестил Боря, не внушал никакого доверия. "Надеюсь, он хотя бы не бомж?" – мелькнула мысль, но он тут же устыдился своему предположению. "Не суди человека
