class="p1">«Не пали!» – молю я. Знаю, на тебя можно положиться… обычно. Но я тебя поддела, раззадорила и разозлила немного. Ты хочешь поквитаться, я это чувствую. И ты остороооожно, легооооонечко толкаешь дверь моей кабинки. Она тонкая, как картонка, со стуком ударяется, приоткрывшись чуточку, и хлопает обратно. Как если бы ветерок дунул в полную силу. Словно привидение рванулось сквозь дверь. И вот тебя уже нет рядом.
Где все эти подружки с их звонким смехом, перекрывающим музыку торгового центра? Где мамаши с вопящими детьми? Вой автоматических сушилок где? Шаги. Стучат, приближаются, встают рядом с дверью моей кабинки так близко, что видно носы ботинок… В кино я бы забралась на унитаз с ногами, а потом потянулась наверх, отодвинула решётку вентиляции и влезла бы туда. Но я не в кино.
– Арабелла… Прости за Лиз… – голос Сирил из-за перегородки звучит печально. – Она нормальная вообще-то. Просто… она так разговаривает. Со всеми. Лиз каждый год организует наш стенд на конвенте. Фабрик Кон. Она немного повёрнута на этом… Мы обсуждали, что будем делать в этом году, в группе. И я прислала тебе ссылку… ну, на оргсобрание…
Может быть, я бы успела узнать об этом, если бы вылезла в интернет ещё раз уточнить, проверить, но телефона у меня уже не было… И что тогда? Не пришла бы? Наверное.
– Возвращайся. Мы будем ждать. Я буду.
Тупоносые ботинки исчезают, гулко топают обратно. А потом будто снова включили звук. Хлопки двери, разговоры по телефону, шипение воды и сушилок, смех.
Вот и всё, думаю. Я одна. Ещё больше одна, чем раньше, когда узнала и увидела тех, кто знает, о чём думаю целыми днями. Поговорить о том, как ты стояла на вершине горы и отпускала Мэгги, с людьми, которые понимают! Совсем не то же, что мысленно общаться с тобой. Когда мы рядом, нам не нужны слова. Это сложно объяснить… Как одно на двоих чувство! Но, чтобы разделить это… сама не подозревала, как мне не хватало собеседников! Неужели, найдя, я тут же их оттолкну? Только потому, что испугалась? Как поступила бы на моём месте ты? Знаю, знаю. Ты бы не оказалась в такой ситуации, потому что не стала бы прятаться.
✎
В детстве мне представлялось, что, если захочу, всегда могу начать сначала. Закрыть глаза, обнулить свои фейлы, и другие про них забудут. В английском языке есть слово undo – оно означает отмену уже совершённого действия. Как бы хотелось иметь такую кнопку в реальной жизни! Чтобы бац – и можно попробовать заново! Теперь я знаю, что у меня всего один шанс на первое впечатление. Я оставляю страх и стыд там, в туалетной кабинке, и молюсь, чтобы мой побег не расценили как окончательный, чтобы я не оказалась «странной» и для этой компании…
– Что такое конвент? Что такое Фабрик Кон?
Я прерываю Лиз, которая говорила что-то очень серьёзным тоном, но мне необходимо понять всё сразу, с самого начала, и я обезоруживаю себя, сдаюсь. Глаза Сирил округляются, как её очки. Джей-Джей таращится на меня, неестественно выпрямившись. Кайла бросает свои феньки. Этти застывает с открытым ртом, не донеся до него чипсы.
– Как? Ты никогда… Никогда не была на Фабрик Коне?
– Ни разу. Понятия не имею, что это такое.
Мне страшно признаваться. Ты стоишь неподалёку и киваешь мне: всё так, молодец. Я тебе улыбаюсь. Они думают, что им.
– Это самая крутая вещь на свете! – выпаливает Лиз, из сурового взрослого превращаясь вдруг в ребёнка, и это преображение так ей идёт!
Народ снова раздвигается, пропуская меня в центр. Они наперебой объясняют про сборище фанатов фантастических миров, которое в нашем зачуханном городе проходит, оказывается, уже пять лет! Они не высмеивают моё незнание, они хотят, чтобы я поняла, потому что знают, что мне это должно понравиться так же, как им самим. Так объясняют, когда горят тем, что больше скрывать не в силах. Так я сегодня говорила о тебе.
– На Фабрик Коне каждая вселенная показывает себя! – Сирил загибает пальцы: – «Властелин колец», «Майнкрафт», «Игра престолов»…
– У «Игры престолов» в прошлом году был крутой трон! – Джей-Джей показывает с телефона фотку, где у него точно такой же лук, как сейчас, только волосы фиолетовые, сидит на сооружении из мечей, как будто настоящих. Я не сдерживаю восхищённый вздох.
– Всё равно мы были лучше! – напоминает Лиз. – Просто среди судей были сплошь фанаты «Игры»! Это было нечестно!
– В этот раз утрём нос этим Ланнистерам. Построим Мэгги! – почти кричит Сирил.
– Да! – кричат все и одновременно дают пять друг другу. И мне тоже!
За соседними столиками на нас оборачиваются. Узнаю семью с близняшками из лифта. На лицах недовольство и волнение: им помешали есть пиццу. Но охрана не может нас выгнать, потому что Джей-Джей купил в «Макдоналдсе» картошки на всех, и мы уже не нарушители спокойствия, мы – клиенты.
– Поможешь со стендом? – спрашивает меня Лиз, и это уже не приказ, не угроза, не ультиматум, а предложение.
– Арабелла так клёво серии анализирует! – вдруг заявляет Сирил. – Может, викторину проведёшь? Придумаешь вопросы?
Тёплая рука Сирил на моём плече. Меня сто лет уже никто не трогал так по-приятельски, даже нежно. Это неловко и приятно одновременно, хотя моё плечо твёрдое, как камень. Я киваю на предложение, мол, конечно, придумаю викторину. Неужели мои знания, всё то, что я записываю в своей мысленной книжечке, теперь пригодится не только мне? До смерти хочется быть с ними на этом Фабрик Коне – частью чего-то большого!
Я сую в рот горсть жёлтых палочек, скроллю на чьём-то телефоне фотки прошлогоднего стенда, и мне хочется быть с ними тогда – как жаль, что это невозможно! Лиз показывает эскизы нового стенда, распределяет наши роли, и мне находится место. А ещё я буду строить Мэгги вместе со всеми. Сегодня прекрасный день.
Когда спустя несколько часов мы расстаёмся, я обнимаю каждого, даже Лиз.
– Народ, правда, в следующий раз регайтесь во встрече вконтакте! – бурчит она. – Я должна знать, на кого рассчитывать со стендом!
Я киваю. Они же простят меня в следующий раз, если… когда я не зарегаюсь? Мои друзья (как непривычно!) разбегаются и сразу теряются в толпе. Вот было здорово – не только думать о тебе, но и говорить о тебе с теми, кто понимает! Не хочется, чтобы это чувство проходило, и я решаю продлить его в «Сорок два». Карта торгового центра показывает магазин комиксов на втором этаже. Робот C-3PO из «Звёздных войн», всегда напоминавший мне Буратино, приветствует с плаката. Внутри
