— А теперь спи, ангел, — прошептал он мне прямо в губы, и я тут же заснула.
Сладко и крепко, впервые за несколько недель.
6. ПРОБЛЕСКИ СОЗНАНИЯ
Я проснулась следующим утром отдохнувшая и довольная. Выпив чашечку чёрного кофе, чмокнув Доминика в щёку и пронёсшись по городу, как Михаэль Шумахер, я припарковала свою новенькую сверкающую чёрную «Ауди А4» у школы, и у меня осталось ещё много времени до звонка. Но я не шевелилась.
Желудок завязался в узел. Я сидела на переднем сиденье машины, которую не имела права водить, и ждала.
Искала…
Я наблюдала, как по парковке снуют туда-сюда школьники. Кто-то решил прийти в класс пораньше, кто-то собирается с друзьями. Все выглядят взволнованными перед встречей после длинных летних каникул.
Интересно, понимают ли они, как им повезло родиться абсолютно обычными. А не нести на своих подростковых плечах всю тяжесть этого мира.
«Хорошо им», — подумала я и вернулась к поискам.
Мои глаза обшарили всю парковку в поисках синего «Мустанга» Трейса, но безуспешно. Либо он ещё не приехал в школу, либо припарковался на другой школьной стоянке у спортзала. К этому моменту от неведения моя голова кружилась даже сильнее, чем по пути сюда. В голове шумело от тревожных мыслей и нахлынувших эмоций, слишком разрозненных, чтобы в них разобраться, и слишком громких, чтобы их игнорировать.
Наверное, с учётом всего произошедшего, это нормально. Прошло меньше суток — у меня даже не было времени осознать факт, что Трейс всё ещё жив. Я всё ещё пребывала в некотором шоке и оцепенении, как будто мой мозг просто не приспособлен к осмыслению чего-то столь грандиозно невозможного.
Одно я знала наверняка: сегодня я увижу его — парня, которого я любила и убила.
И я не готова к тому, как скоро это произойдёт.
Мне понадобилось ещё несколько минут, чтобы взять себя в руки, выйти из машины и направиться ко входу в школу. Всё словно бы происходило в замедленном режиме, окружающий пейзаж и люди были размыты, а я шла как в тумане, каждый шаг давался с трудом, будто мои ноги стали каменными, а на сердце было ещё тяжелее.
Мне пришлось зайти за расписанием, поскольку я пропустила собрание накануне, после чего я направилась к своему новому шкафчику на втором этаже. Нашла я его относительно легко и просто вытряхнула туда всё, что было в моём прошлогоднем рюкзаке, закинув папки, пенал и расписание на верхнюю полку.
Пока я рылась на дне рюкзака в поисках замка, знакомые мурашки пробежали по коже, предупреждая о чьём-то появлении. Моя спина напряглась. Я так увлеклась поисками куда-то запропастившегося замка, что даже не заметила, как ко мне кто-то подошёл.
— Привет, — произнёс Трейс своим глубоким, чуть резковатым, но в то же время странным образом успокаивающим голосом.
Я потеряла дар речи и счёт времени, пялясь на свой шкафчик, застывшая как вкопанная и едва ли способная на какую-либо реакцию. Серьёзно, я понятия не имею, сколько времени прошло, когда я всё-таки повернула голову к нему.
— П-привет, — всё-таки ответила я, хоть и с большим трудом. Вчера между нами было слишком большое расстояние, чтобы понять, возникает ли ещё между нами то жужжащее ощущение… Но сейчас, в этот самый момент, я готова подтвердить со всей уверенностью: ещё как возникает!
Ямочки заиграли на щеках Трейса, пока он разглядывал мои черты, и я чуть было не грохнулась в обморок, глядя, как он пытается запомнить моё лицо.
— Это ведь ты была вчера.
Это не было вопросом, но я всё равно сглотнула ком размером с бревно и кивнула.
— Возможно, это прозвучит странно, но у меня такое чувство, будто мы уже встречались, — задумчиво произнёс он, наклонив голову вбок, словно пытаясь собрать картинку в голове. — Ну, то есть до вчерашнего вечера.
Моё сердце едва не пробило дыру в груди.
Так он всё-таки помнит меня? Его память возвращается? Это точно хорошо? У меня не было ни малейшего шанса получить ответы на сотни вопросов, крутившихся в моей голове. Паника накрыла меня от осознания, что я вообще не представляю, что мне делать: то ли подталкивать его в нужном направлении, помогая восстановить воспоминания, то ли уходить от вопросов, продолжая держать в неведении…
— Я… эм… Перешла в эту школу весной, так что…
Я пожала плечами, не зная, что ещё сказать… или чего не стоит говорить в нашем случае.
— То есть мы уже встречались, — сказал он скорее самому себе, как будто собирал в голове недостающие кусочки.
Я снова кивнула.
— В таком случае я должен перед тобой извиниться, — добавил он и слегка наклонился ко мне, будто у нас тут очень личный разговор.
Только сейчас я заметила, что всё ещё прижимаю к груди школьный рюкзак. Опустила руки и спросила:
— За что?
— За то, что забыл тебя.
Он игриво улыбнулся, и на его щеках снова появились убийственные ямочки.
Мне внезапно захотелось разрыдаться. Ведь не он один забыл. Я тоже забыла его во многих отношениях. Мне пришлось. Я прикусила язык, сдерживая рвущиеся наружу слёзы и, что ещё хуже, извинения.
— Я попал в аварию перед каникулами, — пояснил он, очевидно, пересказывая ту чушь, что наплела ему Никки. — Немного потерял память.
— Вот ты где, — перебила Никки, обвивая рукой шею Трейса, и, качнувшись, встала перед ним, заслонив меня и едва не наступив мне на ногу. И у неё бы это получилось, не успей я вовремя отскочить.
— А я тебя повсюду ищу, — добавила она и приподнялась на носочках, чтобы поцеловать его в губы. По крайней мере, так это выглядело с моего ракурса.
В моей груди пробудился вулкан, извергая ядовитый пепельный дым, просачивающийся в каждую клеточку моего тела, пока я смотрела, как Никки впилась в Трейса прямо у меня на глазах. Дерзости ей не занимать.
— Может, оторвёшься от него, пока он не задохнулся? — съязвила я, дёрнув её за локоть.
Удивлённый взгляд Трейса остановился на мне.
— Ой, Джемма, я тебя не заметила, — сказала Никки, стирая смазавшуюся помаду под нижней губой. — Тебя легко упустить из виду, — добавила она и максимально фальшиво хихикнула.
От этого звука мои глаза застлала алая пелена.
— Не беси меня, Никки, — предупредила я, сжимая и разжимая кулаки.
Трейс перевёл взгляд с меня на Никки и обратно.
— Так вы тоже знакомы?
— К сожалению. — Я открыла школьный рюкзак и возобновила поиски замка.
— И, как я понимаю, вы не очень-то ладите? — уточнил Трейс, снова вперив в меня взгляд. Мне было жаль его. Он казался таким растерянным, а ведь он не знал и половины всего.
— Не говори ерунды, зай, — сказала Никки, обхватив ладонью его щёку и забирая себе всё внимание. — Мы тусили вместе весной. Потом случилось небольшое недопонимание, но мы уже снова друзья.
Я фыркнула.
— Ага, типа того.
— Ты ни разу её не упоминала, — заметил Трейс, отчаянно пытаясь разобраться.
Даже не представляю, каково ему сейчас. Столько недостающих деталей… Столько пробелов в памяти… Он блуждал в потёмках, не имея никаких подсказок о том, с чего всё началось и что он планировал делать дальше. У него была только Никки, мастер-кукловод, решавшая, какую лапшу вешать ему на уши.
Она небрежно взмахнула рукой.
— Я даже не знала, что она собирается вернуться в Уэстон, поэтому сочла это неважным. У нас всё-таки есть куда более важные дела, согласись? — Не давая никому времени на ответ, она быстро сменила тему: — Так какой у тебя сейчас урок, Джем?
Джем? Эта чёртова стерва в край обнаглела.
— У Трейса гуманитарные науки с мистером Уотсоном, а у меня математика с миссис Полански, — продолжала щебетать она как ни в чём не бывало, словно я не прожигала в ней взглядом дыры.
— Это твоё расписание? Дай гляну, — сказала она и схватила листок с полки моего шкафчика. В её глазах промелькнуло что-то жуткое, но она тут же это скрыла. — Гуманитарные науки, значит. Ясно, ну, может, на втором уроке нам повезёт, и мы окажемся в одном классе.
