— О, это вполне понятно, я бы даже сказал — типичный случай. — Он шёл, глядя строго перед собой, и в какой-то момент сложил руки за спиной. — Ты уверена, что не хочешь просто сосредоточиться на учёбе? Охота никуда не денется. Ты не первая и не последняя, кто берёт перерыв.
— С чего бы мне этого хотеть? Я уже понимаю, что после школы мне не светит ни колледж, ни карьера, — ответила я без каких-либо эмоций. — Это моя жизнь. И я не хочу растерять навыки до выпуска.
Он сделал паузу и взглянул на меня.
— Ты проделала большой путь, Джемма.
Я кивнула, прекрасно это понимая. Та Джемма, которой я была три месяца назад, бесконечно далека от той Джеммы, которой я являюсь сейчас. Это не то, чтобы заметно внешне, потому что по большей части я одевалась и разговаривала так же, как и раньше… Но внутри я изменилась. Стала жёстче. Сильнее.
И смирилась с судьбой.
— Можете для начала дать мне что-нибудь простенькое, если сомневаетесь в моих способностях, — предложила я. Мне несложно показать им, как много я могу сделать с одним деревянным колом в одной комнате с толпой воскрешённых.
— Нисколько. Тесса всё лето информировала нас о твоих успехах.
Да, это было ожидаемо. Она та ещё стукачка.
— Отлично. — Я остановилась и развернулась лицом к нему. — Так когда я могу приступать? Демоны? Гнездо воскрешённых? Ещё одни врата ада? Давайте всё, что у вас есть. Я справлюсь.
Господи, я даже не осознавала, как сильно мне нужна работа, пока не заговорила об этом. Я чувствовала себя наркоманкой, ищущей новую дозу.
Уголки его губ приподнялись. Он благосклонно смотрел на меня. Некий блеск в его глазах подсказал мне, что ему хорошо знакомо это чувство — он сам когда-то таким был в молодости.
— Вообще-то, — произнёс он после недолгой паузы, улыбка сменилась хмурым видом, — у меня есть кое-что для тебя. Особое дело, для которого нужна твоя помощь.
— Окей… — протянула я. — Насколько особое? Типа бродячей горгульи или… Апокалипсиса на носу?
Я прищурила глаза в ожидании, пока он прояснит.
— Это очень большое дело, дорогая. Намного больше, чем всё то, с чем мы сталкивались до этого.
Я недоверчиво свела брови.
— Что, даже хуже Люцифера?
Что-то я сильно в этом сомневаюсь.
Он кивнул, чуть поведя в сторону подбородком, словно не знал, с какой стороны подступиться.
— Несколько иначе, но столь же непросто. Мы уже несколько недель ведём слежку. Нам бы не помешал свежий взгляд.
Так, ладно, он зацепил моё внимание. Я, пипец как, заинтригована. Аж руки трясутся.
— И что же это?
Он поджал губы и сузил глаза, но ответа я так и не дождалась.
Мои глаза удивлённо распахнулись.
— Всё настолько плохо?
Вместо ответа он сказал:
— Совет собирается завтра, чтобы обсудить наши дальнейшие действия. Приходи на собрание, и мы посвятим тебя во всё, что тебе необходимо знать.
На пару секунд я ощутила тревогу в груди. Ну, серьёзно. Это может оказаться очередной ловушкой. Подставой. Они ведь уже делали так раньше. Вопрос в том, правда ли они настолько тупы, чтобы попытаться снова?
Я пыталась разглядеть на его лице хоть какие-то признаки вранья, но он смотрел на меня как на надёжного союзника. Это было полной противоположностью того, кем он считал меня раньше — исключительной, но слишком опасной, как огонь, который лучше погасить, чем как-то использовать.
Конечно, мы оба понимали, что они не смогут ничего со мной сделать, даже если захотят. Я несокрушима, и все это знают. Включая меня.
— Чудненько. Тогда до завтра.
8. РАЗГОВОРЫ О МЁРТВЫХ
Солнце уже потихоньку покидало ясное небо, когда я вышла из Храма вскоре после разговора с Уильямом. Забравшись на переднее сиденье машины, я поехала через город к поместью Хантингтон, чтобы встретиться с Домиником. Мы ни разу не разговаривали за сегодня, и я понятия не имела, удалось ли ему переговорить со своим знакомым, но я старалась быть оптимисткой. Доминик почти всегда выручал меня, когда я его просила, и я помнила об этом.
Я включила радио, стараясь не прокручивать в голове встречу с Уильямом, который просто ошарашил меня новостью о матери. Нет, я могу разбираться только с одной катастрофой, переворачивающей мою жизнь, за раз.
Вместо этого я начала вспоминать те прекрасные летние деньки, когда мы с сестрой охотились на демонов, а Доминик учил меня водить машину. У него в голове не укладывалось, как я прожила семнадцать лет без этого навыка. Тогда я открылась ему и рассказала, как я провела год перед приездом в Холлоу Хиллс.
О том, как потеряла отца.
О том, как попала в больницу.
О том, что было между этими событиями.
И я не боялась говорить с ним обо всём этом. Просто до этого мы слишком мало времени проводили вместе. Но разговаривать с Домиником очень легко — наши беседы протекают естественно и свободно. Такого я не испытывала ни с кем другим. Он никогда не осуждал меня. Не смотрел свысока, не разочаровывался во мне. Возможно, потому что его представление обо мне уже было высечено в камне: что я неуязвима, что я ходячая тайна, воплощение идеала. И ничего из того, что могла бы я или кто-либо другой рассказать обо мне, не изменит его мнения.
Это и благословение, и проклятие одновременно.
К тому времени, как я доехала до поместья, солнце уже полностью скрылось за линией горизонта. Я схватила сумку с пассажирского сиденья, поставила машину на сигнализацию и поспешила к ступенькам. И только открывая дверь, я осознала, как сильно предвкушаю нашу встречу. За последние месяцы я привыкла не видеть его днями, а то и неделями, и как бы ни было тяжело без ежедневной дозы его самого или всех тех изумительно порочных вещей, которые он творил с моим телом, я всё-таки научилась обходиться без них.
— Милый, я дома, — шутливо крикнула я, закрыла за собой дверь и скинула обувь.
— Ах, какая услада для моих ушей, — отозвался Доминик, выходя из гостиной и встречая меня в коридоре. На нём, как обычно, были чёрные строгие брюки, такого же цвета рубашка и умопомрачительная ухмылка на лице.
Я охотно сократила расстояние между нами и прижалась губами к его щеке.
— Надеюсь, у тебя есть для меня хорошие новости.
Я опустилась обратно на пятки и хотела было сделать шаг назад, но Доминик ловко обнял меня за талию, не позволяя отстраниться.
— Я разве тебя когда-нибудь разочаровывал? — спросил он, погладив меня по щеке тыльной стороной ладони.
Я сделала вид, что задумалась.
— Ну… А какой период мы рассматриваем?
Он прижал ладонь к сердцу, словно я задела его своими словами до глубины души. Я невольно засмеялась.
— Ты готова к поездке, любимая?
Я не могла бы спрятать улыбку, даже если бы захотела, а я не хотела.
— Готова, если там нас ждёт некромант.
— Тогда идём к моей машине, — сказал он и чмокнул меня в лоб.
Моё сердце пустилось вскачь. Я была преисполнена благодарности к Доминику. Поверить не могу, что у него получилось. Есть ли вообще что-то в этом мире, на что он не способен?
— Я буду в огромном долгу перед тобой за это.
— Это точно. Обязательно расплатишься потом, — ответил он с кривой улыбкой.
— Натурой, я так понимаю?
— А есть другие варианты? — уточнил он и вновь погладил меня по щеке.
Другие варианты я даже рассматривать не хотела.
Два с половиной часа спустя у меня совершенно затекли ноги. Я подумывала попросить Доминика сделать остановку, чтобы размять ноги, но это только затянет поездку, а у меня уже такое чувство, словно время на исходе.
— Я сегодня заезжала в Храм, — буднично произнесла я, глядя в окно на ряды магазинчиков, которые мы проезжали.
— Зачем? — ровно спросил он. Даже если он это не одобрял, то никак это не выказал.
— Мне нужно чем-то заняться, чтобы отвлечься.
Я разминала руки, пытаясь побороть это дикое желание кого-нибудь убить… Принести пользу тем единственным способом, которым я точно владею.
