Конечно, только для тебя – самого дорогого и любимого моего мальчика.
Пока немытый Толик уплетал оладьи с вареньем, мама не сводила с него глаз. Она следила за каждым его движением, подкладывала на тарелку варенье, подвигала поближе стакан с кофе и, казалось, была вне себя от счастья, наблюдая, как Толик пережёвывает оладьи нечищеными зубами.
– Спасибо, – сказал Толик, прожевав девятую оладью.
Мама смутилась:
– Ну что ты, Толик… Это я должна сказать тебе спасибо.
– За что?
– За то, что ты так хорошо покушал.
– Не стоит, – сказал Толик. – Мам, я пойду уроки учить.
– Ты у меня умница, – сказала мама. – Учи хорошенько. Будешь учёным.
– Или пойду лучше погуляю? – спросил Толик.
– Конечно, лучше погуляй, – обрадовалась мама. – Зачем тебе уроки учить! Не всем же быть учёными. Расти лучше неучем.
Засунув коробок поглубже в карман, Толик вышел во двор.
Утро было солнечное, но во двор солнце ещё не пришло. Оно гуляло где-то над крышами, с которых свесились уже маленькие, истекающие последними слезами сосульки. В этот двор солнце приходило лишь к концу дня. И это было очень хорошо. Только поэтому сохранилась ещё в дальнем конце двора площадка с утоптанным снегом, на которой ребята гоняли шайбу.
Они были там и сейчас. Ровесники Толика и ребята поменьше, и даже совсем малыши. Первыми выходили гулять малыши: им не нужно было учить уроков. Они приносили палки, обломки дедовых тросточек, доски от ящиков и прочее деревянное барахло. У них не было ни одной настоящей клюшки, а шайбу заменял резиновый мячик. Малыши кучей носились по площадке, орали, били друг друга по ногам своими палками и воображали, что играют в хоккей.
Попозже, выучив уроки, выходили ребята из третьих, четвёртых и пятых классов. Малышей прогоняли с площадки, и начиналась игра уже посерьёзнее. Настоящих клюшек и у них было немного, но зато была шайба, а самодельные клюшки всё-таки походили на взаправдашние, потому что состояли из двух палок, прибитых друг к другу под углом.
Когда Толик вышел из дому, час малышей уже кончился. Некоторые, правда, пытались робко дотронуться своими палками до настоящей шайбы, прыгающей по площадке, но их «слегка» подталкивали, и они вылетали с площадки быстрее шайбы.
Играли без коньков. Воротами служили два ящика, поставленные набок.
– Иди сюда, Толик, – позвали ребята.
Толик нехотя подошёл. Играть ему хотелось. Но он знал, что никто не отдаст ему клюшки, а свою Толик сломал два дня назад.
– У меня клюшки нет, – сказал Толик.
– Становись на ворота.
– На воротах тоже клюшка нужна.
– А ты вон у него возьми.
Толик хмуро взглянул на последнего малыша, чудом уцелевшего на площадке. В руках у него было что-то вроде обломка костыля. Не очень-то большое удовольствие играть такой закорючкой! Но всё же это лучше, чем стоять в стороне.
– А ну дай сюда! – приказал Толик.
Малыш жалобно взглянул на Толика своими ясными глазами и протянул ему закорючку.
– А ну беги отсюда! – грозно сказал Толик.
Малыш понял, что до конца игры клюшки ему не видать как своих ушей. А если её сломают, то и вообще не видать. Но ничего не поделаешь. Малыш вздохнул и отошёл в сторону, мечтая о том времени, когда он вырастет и ему купят настоящую клюшку и он этой клюшкой огреет Толика по затылку.
Игра началась стремительно атакой на ворота Толика. Нападающие и защитники столпились возле ящика и молотили клюшками по шайбе. И так как они ударяли почти одновременно, то шайба не продвигалась ни назад ни вперёд, а лишь слегка подпрыгивала на месте. Наконец кому-то удалось вытолкнуть её на свободное место. Толик заметался в воротах, встал на одно колено, как это делают настоящие вратари. Бросок! Шайба попала Толику в колено и отскочила в поле. Тут же её подхватили защитники и помчались к другим воротам. Толик потёр ушибленное колено, но, увидев, с каким восхищением смотрят на него малыши, выпрямился и небрежно сплюнул.
Тем временем шайба застряла у чужих ворот. Её гоняли с края на край, швыряли по воротам издалека и с близкого расстояния, но никак не могли попасть. Там не было вратаря, и вместо ворот поставили совсем маленький ящик.
Наконец один нападающий из команды Толика вывел шайбу за ворота и забил её с другой стороны в щель между досками. Игра прекратилась. Ребята сгрудились в кучу и спорили, считать гол или нет. Толику было скучно. Не очень большое удовольствие торчать в воротах и ждать, пока к ним подкатится шайба. Может быть, ещё целый день будут гонять на серединке. Тем более, что скоро придут шестиклассники и семиклассники и погонят с поля всех до единого. У них своя игра.
Скучая, Толик оглядывал двор. Он увидел, как из парадной вышла мама и направилась на улицу. Она торопилась, наверное, в магазин.
Но вот шайба снова вернулась к воротам Толика. На этот раз его огрели клюшкой по другому колену и забили гол. Потом снова надолго застряли на противоположном конце площадки. Шайбу, забитую сквозь щель, не засчитали, и, значит, противник вёл один – ноль. От этого становилось ещё скучнее. Толик любил забивать, а не пропускать голы.
Снова появилась мама. Она что-то несла в руках. Нет, не что-то! Толик бросил ворота и побежал маме навстречу. Ребята остановили игру и с завистью смотрели, как мама Толика протягивает ему новенькую канадскую клюшку.
– Ты просил две, – сказала мама, – но в магазине осталась одна-единственная. Я уж с ними ругалась, ругалась… Говорят, одна, больше нет. И мячей нет. Просто безобразие! Я сейчас поеду в универмаг.
– Ничего, – сказал Толик, – потом купишь. Тебе ведь на работу надо.
– Ну, работа – не важно, – отмахнулась мама. – Важно, чтобы у тебя было всё необходимое для этой замечательной игры, хоть я и не знаю, как она называется.
– Мама, иди, пожалуйста, на работу, – нервно сказал Толик. Он видел, что ребята прислушиваются к их разговору. Он боялся расспросов.
– Если ты меня отпускаешь, я иду. До свиданья, мальчик, – сказала мама.
Ребята засмеялись. Толик небрежно швырнул клюшкой обломок сосульки, и ребята сразу позабыли, чему они смеялись. Тут было не до смеха. Настоящая новенькая полированная клюшка была просто замечательна.
– А ну-ка дайте шайбу, – сказал Толик.
Ему подвинули шайбу.
– А ну-ка отойдите от ворот, – сказал Толик.
Все послушно посторонились.
Толик поправил шайбу клюшкой, приладился и швырнул. Шайба с грохотом влетела в ящик. Клюшка, так хорошо спружинившая во время броска, нервно подрагивала в руках Толика. Толик ногой отшвырнул закорючку, с которой он стоял в воротах.
