выжить самостоятельно, мне нужно выйти за пределы своей зоны комфорта.
Официант наконец замечает меня.
— Привет, — говорит он, оглядывая меня с ног до головы. — Что хотите?
— Извините, я ищу менеджера. Есть кто-нибудь здесь сегодня вечером?
Его брови хмурятся. — Менеджер? Я не знаю, я только что начал свою смену. Послушай, мы очень заняты.
Я прочищаю горло. — Кто сегодня главный?
Официант поджимает губы. — Босс здесь, так что он главный. Видишь вон там, наверху, маленький балкончик?
Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть в том направлении, куда он указывает, и тогда я вижу его.
Одинокий мужчина стоит на балконе высоко над танцполом, мерцающие огни танцуют над его телом.
Волосы на затылке встают прямо.
Голос официанта звучит приглушенно, как будто кто-то надел мне на голову стеклянный сосуд. — Это сеньор Де Росси.
Даже с такого расстояния он пугает. Высокий, с прямой спиной и безупречно одетый. На нем тщательно продуманный костюм-тройка, который облегает его тело, словно сделанный из пластилина. Я провела свою жизнь среди мужчин, одетых в такие костюмы, и я знаю, что они имеют в виду.
Мощность. Престиж. Жестокость.
Мои глаза расширяются, когда его темный взгляд скользит в мою сторону.
Стоп. Ты проецируешь.
Мой параноидальный разум все еще повсюду видит опасность. Он владелец клуба, а не самозванец.
Но он смотрит на меня так, как будто я существую исключительно для его потребления. Как будто он купил меня и заплатил за меня, и сегодня тот день, когда он завладеет мной.
Я стряхиваю это чувство.
Я здесь не для того, чтобы меня требовали.
— Он смотрит на вас, — говорит официант немного озадаченно, как будто это не обычное явление. — Вы знакомы друг с другом?
— Нет, — говорю я. — Но мне нужно поговорить с ним.
За моей спиной слышен ехидный смех. — Удачи.
Я оборачиваюсь, чтобы спросить у официанта, что он имеет в виду, но он уже ушел, наливая кому-то еще выпивку. Мне бы не помешало немного смелости, но я не в состоянии позволить себе коктейль за пятнадцать евро.
Когда я снова смотрю на балкон, внимание Де Росси приковано к чему-то другому. Рядом с ним стоит бородатый мужчина с темными, зачесанными назад волосами.
У новичка впечатляющее телосложение — рослое и мускулистое. У него к поясу привязана рация, как у вышибалы, но он не носит футболку с логотипом Revolvr, как другие, которых я видела бродящими вокруг. Он похлопывает Де Росси по спине в знакомом приветствии и что-то говорит мужчине. Я чувствую, что они двое друзей.
А если они уедут куда-нибудь вместе? Я не могу терять время.
К удивлению, абсолютно никого, меня останавливает вышибала у подножия лестницы, ведущей на балкон.
— Только персонал, — говорит он монотонным голосом.
— Мне нужно поговорить с мистером Де Росси.
Он бросает на меня беглый взгляд, принюхивается и качает головой. — А мне нужно пойти домой и трахнуть мою жену. У всех нас есть мечты.
Мои щеки краснеют, но я расправляю плечи. — Пожалуйста, это очень важно.
— Я сомневаюсь в этом.
— Мне нужно всего несколько минут.
Его глаза сузились. — Я сказал, только персонал. Хочешь, чтобы тебя выпроводили?
Мои ногти впиваются в ладони. Дерьмо. Что я должна сделать?
— Пусть она пройдет.
Я смотрю в сторону голоса. Это мускулистый парень, который разговаривал с Де Росси. Он только что спустился по лестнице и теперь смотрит на меня с любопытством. На его левой мочке уха маленькая висящая серебряная серьга.
— Рас, — говорит вышибала. — Ты уверен?
— Ella llamó su atención.
Перевод: Она привлекла его внимание.
Вышибала косится на меня, тяжело вздыхает и поднимает бархатную веревку. — Проходи.
Я не могу поверить в свою удачу. Понятия не имею, что этот Рас сказал вышибале, но это не мешает мне ослепительно ему улыбнуться. — Спасибо.
Он качает головой, как будто моя благодарность неуместна.
Внутри меня вспыхивает дрожь страха, но я игнорирую ее. Я сделала это так далеко. Я не поверну назад.
Чем ближе я подбираюсь к Де Росси, тем сильнее бьется мое сердце. Я чувствую, как оно бьется в моей шее, пальцах и даже ногах. Если я все испорчу, мне конец.
На балконе есть скрытая будка, которую не видно снизу. Там сейчас сидит Де Росси, раскинув руки на спинке сиденья. Широкие плечи, аккуратная талия и несколько дюймов распущенных волос, откинутых назад с его брутально красивого лица. Его брови нахмурены, когда он наблюдает за толпой. На его галстуке блестит зажим.
Я колеблюсь. Это похоже на короля Де Росси, который держит двор в своем замке.
Я полагаю, что это именно.
Когда я проскальзываю в кабинку и сажусь на край, эти глаза возвращаются ко мне. От него исходит смертельный заряд. Он пытается скрыть это под четкими линиями своего костюма и своей невозмутимой манерой поведения, но его глаза выдают его. Они кажутся старше, чем все остальное в нем, на его лице без морщин видны гусиные лапки. Что видели эти глаза?
Я делаю глубокий вдох и тут же сожалею об этом. Одеколон этого мужчины создан для того, чтобы вы захотели кутаться в него.
— Я могу вам помочь?
Его могучий тенор скользит по моей коже, как шелковый халат. Я слышу очень мягкий акцент.
— Привет, я Але.
— Але…?
— Ромеро.
— Что ты здесь делаешь, Ромеро? — Он берет с подноса перед собой запасной стакан, выплескивает в него что-то, похожее на виски, и пододвигает стакан ко мне.
Я беру его и прижимаю к груди. — Мне нужно было поговорить с тобой.
Он делает глоток своего карамельного напитка. Его взгляд скользит вниз, к моему стеклу, а затем мимо него к откровенному разрезу моего платья. Его взгляд беззастенчиво задерживается. — Тогда говори.
Мои руки чешутся поправить одежду, но я заставляю себя не делать этого и изо всех сил пытаюсь что-то сказать. — Де Росси — итальянское имя, не так ли?
Он кивает.
— Я тоже итальянка. Итало-канадка, — уточняю я. — Моя семья давно иммигрировала. Я не возвращалась сюда много лет.
Его брови хмурятся в ответ на мою бессвязность.
Ладно, пора все выложить. Я прочищаю горло. — Я ищу работу. Я надеялась, что смогу убедить тебя нанять меня.
На его лбу появляются морщины. Думаю, мне удалось его удивить. — Ты ищешь работу?
— Правильно. Я готова на все. — Мои щеки горят, когда я понимаю, как это звучало. — Я имею в виду, что займу любую доступную вам позицию.
Его губы дергаются, но ему требуется всего мгновение, чтобы снова стать суровым. — Мы наняли всех наших сотрудников несколько недель назад.
— Ах. Ну, я
