позвал с собой? — юноша недоверчиво взглянул на заместителя.
— А что не так? По-моему, тебя нужно отвлечь.
— Ну, возможно. Просто настроения нет.
— Это из-за того, что Маркус тебя не взял с остальными? — Люк пытался нащупать больное место.
— Нет, просто… Да, но…
Алекс не мог сформулировать свою мысль и подобрать слова. Либо же просто боялся довериться.
— Маркусу я ничего передавать не буду, — мягким тоном сказал Люк, успокаивающе поглядывая на того. — Просто хочу как-то поддержать.
Алекс поджал губы и спустя несколько секунд продолжил:
— В общем. Да. Наверное, из-за этого. Ещё и Дэнни…
— А что Дэнни?
— Не то что бы в нём дело… — Люк не стал его перебивать, дожидаясь, пока Алекс сам объяснит то, что пытается донести. — Я думаю, Маркус меня не воспринимает всерьёз.
— Потому что не взял на вылазку?
— Да.
— Но меня-то он тоже не взял.
— Это другое, — спорил Алекс. — У тебя сегодня занятие. А у меня вообще выходной. Хотя он сказал, что я нужен ему на базе. Сказал это, потому что не успел придумать причину.
— Я думаю, тебе не стоит из-за этого так переживать. Не забывай, что ты самый младший в обороне. И явно слабее. С этим я спорить не буду. И обижаться на Маркуса не за что. Он лишь бережёт тебя. Здесь совсем неуместно говорить, что он не воспринимает тебя всерьёз. В таком случае, он не взял бы тебя в Совет.
— Почему нельзя было просто сказать всё напрямую? — этот вопрос был риторическим и содержал в себе явную обиду.
— Хочешь сказать, тебе не было бы обидно такое слышать при всех?
Алекс промолчал, так как и сам понимал, что Люк прав.
— И всё же при чём здесь Дэнни? — снова спросил Люк.
— Если честно, я на фоне него вообще чувствую себя… мелким… и тупым. Мы вроде лучшие друзья, но, например, сегодня его взяли, а меня нет. Мы как будто не равны.
— Никогда не сравнивай себя с другими, — Люк сочувственно толкнул того в плечо. — Не бывает абсолютно одинаковых людей. И оценивать их, сравнивая между собой — иногда глупая затея. Если ты слабее, это не значит, что тот, кто тебя сильнее, лучше. Тем более, Дэн жив благодаря тебе. Разве это для тебя ничего не значит?.. Через год-два станешь крепче и будешь ходить вместе с нами везде. А пока наслаждайся тем, что не приходится на опасные вылазки выбираться.
— Так я чувствую себя бесполезным, — Алекс понурил голову.
— Ох, это ты зря, — Люк заметил, как поплавок погрузился под воду, и вытащил из воды небольшую рыбу, запустив её в ведро. — Ты со своим слухом незаменимый член группы.
Алекс смущённо улыбнулся.
Спустя два часа в ведре плавало уже около двадцати рыб. Эту «охоту» можно было считать удачной.
— Люк, ты где? — послышался в рации голос Маркуса.
— Мы с Алексом на берегу, — ответил тот.
— Возвращайтесь на базу. Желательно быстрее.
— Что-то сучилось? — Люк встревожился, а Алекс нервно переводил взгляд с него на рацию.
— Не совсем. Мы тут подобрали кое-кого.
Алекс и Люк переглянулась, после чего как можно быстрее пошли на базу.
Они оставили вещи у входа в склад и направились в медпункт, где и должен был находиться Маркус. Они вбежали в помещение. Маркус, Дэнни и Бен были в большой своего рода палате, где Карлос оставлял пациентов после лечения. Обычно там никто долго не задерживался (в хорошем смысле).
— Наконец-то, — развёл руки Маркус в явном недовольстве.
— Я же сказал, что мы были у реки. За минуту мы бы не прибежали.
— Ладно, всё нормально, — Маркус не злился, просто «поворчал» ради приличия. — В общем, мы приехали туда. И там был один человек, которого мы не сразу заметили. Ну и… Бен сцепился с ним, и тот случайно ударился головой, когда упал. В общем, несчастный случай.
— Не понял, — Люк нахмурился. — Кто ударился-то? Бен?
— Да нет же. Тот мужик.
— А сцепились по какому поводу?
— Мы ничего так и не поняли. Бен сказал, что всё произошло слишком быстро. В общем, ничего непонятно.
— И где он? Жив хоть? — спросил Люк.
— Да, жив. Сейчас в операционной. Карлос его «чинит», а Джек ассистирует.
— Не опасен? — Люк хотел узнать информацию, которая даст ему хоть какое-то представлении об этом человеке.
— Мы ничего не успели понять, говорю же — ответил Маркус.
— Но решили перестраховаться и взять его с собой, — вступил Дэнни, чьей идеей это было, судя по тому, что он первый об этом заговорил. — Может, это вообще была его база, а мы туда вторглись с оружием. Или вдруг как-то был связан с тем трупом, который вы нашли. Тогда сможем его допросить.
— Карлос не сказал, когда он очнётся? — Люк обращался к обоим.
— Нет, — ответил Маркус. — Будем караулить по очереди, когда он закончит с операцией.
***
Расходиться ни у кого не было желания, и несколько часов эти шесть человек (за исключением Джека, который ушёл сразу после того, как помог Карлосу) находились в палате и раз в полчаса сменяли друг друга в операционной, чтобы следить за больным. И только в час ночи, когда большинство уже разошлись и в палате остались только Маркус и Карлос, Алекс выбежал к ним, сообщая о том, что тот человек очнулся.
Маркус по рации вызвал Люка. Дэнни и Бен, которые на тот момент были у него, пришли вместе с ним.
Человек этот был недурной внешности. Правильные черты лица и серо-зелёные глаза добавляли ему какой-то таинственности, а тёмно-рыжие волосы, проглядывавшие из-под бинта, и ровно постриженная борода — индивидуальности (на фоне остальных он заметно выделялся). Его взгляд не источал ничего, кроме осмотрительности и недоверия. Никакого страха. Несмотря на то, что он был безоружен.
Он сидел на краю операционного стола, осматривая каждого поочерёдно. Неловкое молчание стало какой-то неуклюжей тишиной. Никто не знал, какой вопрос задать. «Кто ты?» — самое глупое, что можно спросить у кого угодно. Что на него можно было ответить? Что он человек?
— Вы все немые? — флегматично спросил мужчина низким голосом. — Может, уже спросите хоть что-то ради приличия? А то мне стрёмно.
Дэнни с Алексом переглянулись и тихо прыснули. Бен только в неловкости поджал губы, так как ему было смешно, но причастность к тому, что этот человек был без сознания пару минут назад, даже хохотнуть ему не давала.
— Ну… Как зовут-то? — спросил Маркус, отчего новая волна подавленного смеха накрыла уже троих из них.
— Ого. Не немые всё-таки, — самоуверенно и с ноткой сарказма произнёс человек, поправляя перекосившуюся от долгого
