class="p1">— Ах, да, на друзей ваша подлость не распространяется.
— Сколько еще раз я должна извиниться?!
Она встала и теперь смотрела на него, ярко сверкая огнем своих глаз. Наверное, все дело было в пережитом за несколько часов адреналине. Возможно, уже сейчас снимки его картин просматривал какой-то редактор, подготавливая материал для печати — Игорь не мог этого знать. Он был настолько бессилен, что чувствовал, как почва уходит из-под ног. Но на Аню злиться так долго не получалось. Внезапно пришло осознание — она как этот ее котенок. Может наделать глупостей и получить за это по шапке, но она все равно остается кем-то беспомощным и маленьким. Можно винить ее, злиться, прогонять — это ничего не изменит.
— Назначьте мне встречу с вашим другом, — это даже не было планом. Это были какие-то наброски, что только сейчас вырисовывались в голове.
Аня внимательно посмотрела на него, а потом понимающе кивнула.
— Хорошо.
— Прямо сейчас позвоните ему и назначьте встречу. И предупредите, что мы будем вдвоем.
* * *
Платье неимоверно жало. Она уже и забыла, когда надевала его в последний раз. Короткое, черное, совершенно неприличное, оно обтягивало ее тело, сдавливая его со всех сторон. Но она себе нравилась в этом платье, а Игорь назначил Лёлику встречу в баре в центре города, и прийти сюда в джинсах было бы странно.
Они заняли столик у дальней стены — оттуда был лучший вид на вечерний город и на дверь, в которую с минуты на минуту должен был войти Лёлик. Аня мысленно засмеялась, представив его в той единственной рубашке, которую он носил всегда и всюду.
— О чем вы думаете? — Майков расправил манжеты и сделал глоток вина из бокала. Если на свете существовал мужчина, рожденный, чтобы носить классические белые рубашки, то этим мужчиной точно был Игорь. Рубашка сидела на нем, как вторая кожа, подчеркивала каждый мускул и красивые, пронзительные глаза. Она делала его привлекательным. Аня могла чувствовать горячие взгляды женщин, направленные на него.
Сама же Аня под взглядом Майкова замерзла за долю секунды. Игорь был из тех мужчин, что смотрят, пронзая тело взглядами, как булавками. Вот так он смотрел на ее голые плечи. Будто колол, жалил мелкими ранками, оставляя незримые символы на ее коже.
— Что?
— О чем вы думаете? — повторил он. — Мне интересны ваши мысли.
Аня отвернулась, обхватила ножку своего бокала пальцами, но пить не стала. Сейчас ей нужен был трезвый разум.
— Думаю, согласится ли он на предложение.
— Согласится, — вот бы и ей такую уверенность. — Когда еще я сам приду к нему в руки?
— Вы ведь не собираетесь на самом деле давать ему интервью?
— Я точно знаю одно, — он наклонился к ней, заглядывая в глаза. Аня готова была поклясться, что сначала он мазнул секундным взглядом по зоне ее декольте. — Я больше не посвящу вас ни в одну из своих тайн.
— Господи, Игорь, сколько раз мне еще повторять, что…
— Тише. Наш парень в здании.
Игорь выпрямился, и Аня последовала его примеру.
— Вот так удача!
Игорь оказался прав — Лёлик от его предложения пришел в восторг и светился сейчас, аки солнышко. Ане захотелось случайно пролить вино на ту самую единственную рубашку, в которой он пришел.
— Так вы согласны немного подождать? — Майков держался уверенно, спокойно. Он говорил с Лёликом на равных, но в то же время полностью, во всем его превосходил. — Сами понимаете, это первое официальное появление в СМИ, мне нужно подготовиться.
— Вас, господин Майков, я готов ждать хоть целую вечность.
— Вот и отлично. И я надеюсь, что материалы, которые у вас имеются, будут удалены?
— Разумеется, — Лёлик перевел взгляд с Игоря на Аню. — Сразу после выхода нашего интервью. Так когда мы встретимся в следующий раз?
Майков откинулся на спинку стула.
— Думаю, в конце месяца я решу все вопросы.
— Тогда я буду ждать звонка, — он не переставал улыбаться, чем раздражал Аню все сильнее. Ей жуть как хотелось сделать ему какую-нибудь пакость, желательно — с летальным исходом. — И, Ань, возвращайся домой, без тебя там скучно.
Она засмеялась, как это делают барышни на светских вечеринках, когда им совершенно не смешно, но нужно поддерживать видимость. Игорь встретил ее взгляд своим и, поймав молчаливый вопль о помощи, ответил за нее.
— Думаю, у Ани уже есть жилье, но спасибо.
Лёлик насторожился. Зная его журналистскую фантазию, она могла себе представить, что он там надумал.
— Живу у сестры, — поспешила добавить она, отрезая все возможные предположения.
Лёлик кивнул, поблагодарил их обоих, вежливо попрощался, пожав Игорю руку, а Аню чмокнув в щеку, и, наконец, ушел.
Когда дверь за ним закрылась, Аня осушила залпом свой бокал. Майков сделал то же самое.
* * *
Зеркало в общественном туалете было не самым чистым. Майков криво провел по нему мокрой ладонью и, увидев свое отражение, резюмировал:
— Пьян, как фортепьян.
Почему-то эта фраза показалась ему смешной в два часа ночи, но он сдержал нервное хихиканье, потому что был в уборной не один.
— Оказывается! — дверца кабинки открылась, с грохотом стукнувшись о стену, и Аня выпорхнула оттуда, как птичка из клетки. Сравнение было странным, учитывая их местоположение. — В мужских туалетах намного чище.
Она пошатнулась, споткнувшись о собственную ногу и полетела на пол, лицом вниз. Непонятно, откуда в Игоре взялись силы и координация, учитывая его состояние, но он подхватил ее за секунду до падения, а в следующее мгновение крепко прижимал к своему телу.
Их лица были так близко. Игорь чувствовал запах духов Ани и гладкость шелка ее платья под пальцами. А еще дыхание — немного алкогольное, немного мятное, но горячее, щекочущее кожу в районе шеи…
Она подняла взгляд. Яркие глаза ее светились жизнью, и Игорю вновь захотелось прочесть ее мысли. Разгадать ее, понять, что же кроется там, внутри, под этой почти еще детской непосредственностью и упрямством… Под этой глупостью, за которую ему следовало ее ненавидеть, несмотря на то, что у него не получалось.
Ему не хотелось отпускать ее. Ему нравилось, как ее тело — ее хрупкое, тонкое тело — подходит ему, как кусочек паззла. Мысль об этом вскружила ему голову, и он произнес:
— Мы подходим друг другу.
Аня моргнула. Ее рот был приоткрыт, будто она задыхалась и не могла контролировать себя.
— Что?
Игорь пожал плечами.
— По комплекции. Вы мне подходите.
От последней фразы пересохло в горле. Так странно. Они все еще обращались друг к другу на «Вы», а он думал о том, как
