Мелиэль, молча устроилась в кресле, но Арна выглядела встревоженной. Её лицо было бледным, а в глазах плескались страх и волнение.
— Мелиэль… — начала Арна серьёзным голосом. — Этой ночью я размышляла над одним древним текстом. Пророчество, которое передала мне когда-то давно мать… Оно может изменить всё.
С этими словами она достала потёртый свиток. Пергамент был старым, края потемнели от времени и прикосновений множества рук. Когда она развернула его, все почувствовали лёгкое покалывание магии — древнее знание всегда оставляет свой след. Её голос, обычно мелодичный и уверенный, сейчас звучал глухо и непривычно:
— Когда сберутся воедино
Маг эльфийский, маг людской,
Эльфийка не наполовину,
То глас певицы непростой
Поднимет рать на битву с тенью,
И воин будет награждён,
Проклятья снимут наважденье,
И высший пост получит он.
После её слов повисла тишина. Лайолана, стоявшая в дверях, застыла. Её обычно спокойные руки нервно сжимали дверной косяк, а в глазах читалось понимание чего-то неизбежного.
— Ты тоже это чувствуешь? — тихо спросила она, входя в комнату. — Каждая строка… Они описывают нас. Это не просто совпадение, верно?
Арна кивнула. Её пальцы теребили свиток, будто пытаясь извлечь из него дополнительные смыслы.
— Маг эльфийский — это Мелиэль, со всей мудростью Великого Леса за её плечами. Маг людской — ты, Лайолана, с даром управления огнём. Эльфийка не наполовину — Гайя, в чьих жилах течёт лишь четверть эльфийской крови… А я… певица непростая, ведь я и маг, и во мне течёт кровь архов…
— Вы не понимаете… Это не просто пророчество, это подсказка мне. Я не говорила вам, чтобы не пугать, но теперь, видимо, придётся. Отец сказал мне, что они с мамой пытались что-то исправить, но не смогли. Мама погибла, и я уверена, что её гибель связана с проклятием. И я единственная теперь, кто может что-то исправить. Я думала, что мне придётся делать это в одиночку, хотя надеялась найти верных людей, на которых опереться в бою с проклятыми. А эти слова… Это прямая подсказка, что мы встретились не просто так. Что так было нужно.
Мелиэль бросила взгляд на мечи.
— И воин… — с какой-то затаённой надеждой промолвила она. Сердце забилось чаще, словно предчувствуя важность момента.
Стук в дверь прервал напряжённый разговор. На пороге стоял Дофф. Его появление в этот момент казалось предопределённым, словно сами звёзды решили подтвердить их догадки. Когда девушки, обменявшись странными взглядами, оставили командира с подругой наедине, воздух, казалось, звенел от напряжения.
— Что случилось, Мелиэль? Почему вы все, как в воду опущенные? — его голос был мягким, но в нём чувствовалась сталь. Девушка знала этот тон — так говорит воин, готовый принять вызов судьбы.
Она рассказала ему о пророчестве, о своей, пока не очень ясной миссии, чувствуя, как каждое слово меняет что-то между ними. Его взгляд стал задумчивым, в нём появилась та же глубина, что Мелиэль видела у отца, когда тот размышлял о судьбах Великого Леса.
— Судьба редко говорит напрямую, — наконец произнёс он, и в его словах звучал отголосок древней мудрости. — Но иногда она даёт нам шанс выбрать свой путь. Не просто следовать предначертанному, а сознательно принять его. Ты готова к этому пути?
Мелиэль молча протянула ему руку, и какая-то искра словно проскочила между ними. В этот миг древнее пророчество стало их реальностью. Дофф неожиданно задержал её ладонь в своей.
Стук в дверь вернул их к действительности.
— Караван ждёт! — голос Хьёрга звучал нетерпеливо.
Мелиэль выдернула руку, смутившись и поднялась.
— Пора в путь.
Впереди лежала дорога, и теперь она вела их не просто к Голым топям, но к разгадке тайны, которая началась задолго до их рождения.
Глава 4
Окрестности Эрлина. Месяц Зрелости. Год 1286 от Падения Равновесия
Утро нежно приветствовало караван прохладой. Воздух, наполненный ароматами свежей травы и диких цветов, обещал спокойный день. Позади остался Грод, а впереди простиралась дорога, ведущая через холмы и поля к небольшому городку Эрлин, расположенному почти у подножия Бурых гор.
Мелиэль шла рядом с одной из повозок, изредка поглядывая по сторонам. Её душа впервые за долгое время ощущала тишину. Она слушала, как скрипят деревянные колёса, как ветер шуршит в ветвях деревьев и как впереди Дофф с Хьёргом обсуждают что-то вполголоса.
— Ты помнишь, как я учил тебя прятаться в тени? — донёсся до неё голос Хьёрга.
Дофф усмехнулся.
— А то! Особенно тот раз, когда ты забыл, что я спрятался, и начал искать меня по всему лагерю.
Хьёрг хмыкнул и почесал затылок, делая вид, что не помнит.
— Это потому что ты выбрал слишком удачное место.
— Конечно, удачное! — Дофф бросил на него весёлый взгляд. — Ты сам же сказал, что лучший способ спрятаться — это раствориться в пейзаже. Я слился с кучей мешков, а ты два люмина (люмин — единица времени, равная часу) искал меня в кустах.
Мелиэль, услышав их диалог, улыбнулась. Впервые за это время она видела, как Дофф смеётся без тени напряжения.
— Подожди, это было не в кустах, а у речки! — запротестовал Хьёрг. — Ты специально дождался, пока я отвлекусь на рыбалку.
— Ну, ты сам сказал, что нужно использовать момент! — Дофф пожал плечами.
— Ах ты, хитрец! — Хьёрг притворно нахмурился, но в его глазах светилась доброта.
— Расскажите ещё! — вмешалась Мелиэль, догоняя их. — Вы часто так играли?
— О, эти игры были легендарными! — вставил Хьёрг. — Дофф в детстве был таким ловким, что я даже начал подозревать, что он тайком тренируется по ночам.
Дофф усмехнулся и покачал головой.
— Это ты просто стареешь, дядя. Сколько веков ты уже разменял?
Мелиэль улыбнулась, слушая их беседу.
К обеду караван сделал привал у реки. Арна, взяв на себя роль повара, уже что-то колдовала у костра, а Лайя сидела в тени дерева, углубившись в книгу. Мелиэль воспользовалась моментом, чтобы подойти к воде и умыться. Её взгляд задержался на своём отражении, и она заметила, как её черты изменились за последние месяцы.
«Сколько всего случилось…» — подумала она, опустив руки в прохладную воду.
— Тяжёлые мысли? — голос Доффа вывел её из раздумий.
Он стоял неподалёку, держа в руках флягу с водой.
— Не совсем. Просто думаю, как быстро всё меняется.
Дофф сел рядом с ней, его взгляд устремился к горизонту.
— Мир всегда меняется, Мэли. Но есть вещи, которые остаются неизменными. Например, дружба. Или чувство долга. — Почему-то в его голосе звучала печаль.
Она посмотрела на него, и в её глазах мелькнуло понимание.
— Ты прав, Дофф. И я рада, что нашла вас. За это
