сил, а мир вокруг всё быстрее перестраивался под его появление.
— Всё, надо отсюда сваливать, — приказал я сам себе и, развернувшись, полетел навстречу белой мгле.
В целом, разговор с Хранителем мне даже понравился. Не сказал бы, что узнал прямо уж много нового, но кое-какие детали зацепил. Достаточно, чтобы сложить картину. Походу, они здесь все напрочь двинулись на этой своей Моранe. Каждый по-своему, но всё сводилось к одному — она сумела обвести их вокруг пальца. Меня всерьёз заинтересовало, как именно ей удалось облапошить Фаергарна. Всё-таки он не какой-то слабак, а настоящий Хранитель, существо, которому поклонялись целые народы. Неужели он действительно не сумел справиться с ней?
Впрочем, вопрос был риторическим. Я не собирался копаться в чужом белье — пусть остаётся их проблемой. Моё дело простое: прикончить Хальдроса, передать кинжал с энергией Борею и навсегда закрыть для себя этот мир. Ноги моей здесь больше не будет. Разве что… разве что заберу с собой Шейлу и тех, кто захочет отправиться за мной в новый дивный мир. Но там уже я буду тем, кто диктует правила.
Добравшись до границы белой мглы, которая отступила ещё больше, я взглянул на труп.
— Сейчас прокатимся с ветерком… — усмехнулся я, переходя в изнанку.
Взмахом руки я сотворил новый каменный двухместный болид. Камень с характерным хрустом сомкнулся в прочный корпус. Я ещё немного усилил его, чтобы выдержал нагрузку. Внутри было тесно, но достаточно удобно, чтобы можно было держать баланс.
Я уложил труп на заднее сиденье, зафиксировал его, чтобы не болтался при ускорении, и сам устроился за «рулём».
— Ну, что, я ещё раз обратился к гуманоиду, поехали? — спросил я.
Ответом послужила серия воздушных взрывов, которая вдавила меня в каменное кресло. Болид затрясло, и мы устремились в белую пелену, которая моментально вгрызлась в корпус…
(Улан-Батор, военный корабль «Хуо Фэн»)
Хань Юи сидел в окружении десятков генералов, которые хоть что-то решали в Китайской Империи. Собрал он их не ради формальности — вопрос стоял ребром: кто виноват и что теперь делать. На кону была сама Империя.
Российский Император Романов вместе с главнокомандующим армией Потёмкиным появились так внезапно, что Хань Юи сначала даже не поверил своим глазам. Они просто вышли на палубу военного корабля, в самом сердце вражеского стана, будто это не смертельный риск, а прогулка на свежем воздухе. Наглость, граничащая с безумием. Впрочем, за последние часы Хань Юи и так понял, что он угодил в самую глубокую задницу, какую только можно было найти.
Он до сих пор не отошёл от уничтожения крейсера. Корабль унёс с собой всех специалистов высшего уровня и часть магов, которые не обладали возможностями полёта. Потеря оказалась колоссальной, и он не мог подобрать слова, которыми собирался оправдываться перед императором.
— Не дёргайся, — Потёмкин сжал кулак, и «защитный покров» Хань Юи засиял, словно закованный в стальные тиски.
Командир императорских гвардейцев и по совместительству главнокомандующий флотом инстинктивно дёрнулся, но тут же понял, что его зажали мёртвой хваткой. Гвардейцы, которые охраняли его по периметру. Попытались было среагировать, но просчитались.
Несмотря на невидимость, гвардейцы Романова вычислили их мгновенно. Стоило кому-то из китайцев пошевелиться, как рядом появлялся русский в боевой броне, направляя в лицо антимагический клинок.
— Отставить! — выкрикнул Хань Юи, понимая, что сопротивление бессмысленно. Голос его дрогнул, но он всё же сумел взять себя в руки. — Полагаю, вы пришли не затем, чтобы меня убить? — он горько усмехнулся, стараясь скрыть страх под маской иронии.
— Ты проницателен, мой друг, — Романов позволил себе короткую ухмылку. — Спать
Приказ прозвучал негромко и даже лениво, но эффект оказался мгновенным. Все без исключения гвардейцы, скрытые невидимостью, обмякли и рухнули на палубу, как будто лишённые воли.
— Наш разговор должен остаться втайне, — пояснил император голосом, который не терпел возражений. — Конечно, если ты захочешь слушать.
— А что будет, если я откажусь? — решился спросить Хань Юи, больше из любопытства, чем из надежды.
Потёмкин усилил хватку, и у Хань Юи в груди хрустнуло так, что он едва не вывернул кишки наружу.
— В таком случае все здесь погибнут, — спокойно сказал Романов. — А я найду себе правильного слушателя. Того, кто не станет задавать глупых вопросов.
— Я всё понял… — выдавил из себя Хань Юи, чувствуя, как холодный пот скатывается по спине. — Прошу… Ваше Величество.
Романов едва заметно кивнул Потёмкину, и хватка ослабла. Хань Юи смог сделать глубокий вдох, который отдался болью во всём теле.
— Хорошо, будем считать, что ты готов к переговорам, — произнёс Романов загадочным тоном, от которого у Хань Юи пересохло во рту. — А чтобы они прошли как можно продуктивнее…
Император щёлкнул пальцами, и позади появился гвардеец, который нёс на руках тело Лю Бана. Он аккуратно уложил его перед ними.
— Владыка! — вырвалось у Хань Юи и глаза его округлились от ужаса.
— Что ты орёшь! — рявкнул Потёмкин, и тот сразу прижал ладонь к губам, не смея больше издавать ни звука.
— Верно, — спокойно подтвердил Романов. — Владыка Китайской Империи пал от моей руки. И теперь у тебя два пути: либо ты начинаешь сотрудничать с нами, либо мы уничтожим твой флот вместе со всеми, кто осмелился выступить против меня.
Слова прозвучали холодно и безапелляционно, но на самом деле в них не было угрозы — это был подписанный приговор, который вступит в силу в любой момент. Разведка Романова заранее выделила все ключевые фигуры, что могли повлиять на будущее Китайской Империи, но именно Хань Юи был выбран не случайно. Относительно молодой и перспективный, он управлял императорской гвардией, а значит, мог расправиться с любыми несогласными с новой политикой.
Шестерёнки в голове Хань Юи. Теперь он ясно видел, зачем сюда пришёл император Российской Империи. Китайская Империя проиграла бой, и прямо сейчас решался вопрос о дальнейшей её судьбе. Но всё это Хань Юи уже не интересовало. На самом деле, он был готов пуститься в пляс, потому что всё, что сейчас происходило, было для него настоящим подарком небес!
— Ваше Величество… — голос его прозвучал гораздо спокойнее. — Я готов к переговорам.
— Вот и славно, — прищурился Потёмкин и усмехнувшись, он отпустил главнокомандующего. — Следуй за нами…
Глава 4
Хань Юи подчинился приказу без малейшего колебания и с видимым
