большого здания. Повсюду валялся мусор, ржавели остовы каких-то машин.
— Нужно выбираться отсюда и найти где переночевать, — прошептал я Вике. — Скоро стемнеет.
Мы устремились к арке, которая вела на улицу, перпендикулярную центральной, но уже через несколько десятков шагов стало ясно, что путь отрезан — туда лучше не соваться. Были слышны выстрелы, пусть и не частые, но достаточные для того, чтобы привлечь к себе внимание зомби, которые стекались на звук стрельбы, выползая из всех своих закутков.
Сейчас создавалось впечатление, что центральная улица буквально кишела ими. Их тела, некогда человеческие, теперь двигались неестественно, рывками, словно марионетки в руках безумного кукловода. Они стягивались к месту, откуда доносились выстрелы, а те становились всё интенсивнее.
— Тем, кто за нами гнался, явно сейчас не до нас, — прошептал я, наблюдая, как нарастает волна мертвецов.
— Нам тоже по дороге никак, — хрипло сказала Вика, кивая на подъезд здания напротив, через дорогу. — Пошли через крыши.
Мы юркнули в подъезд, когда улица на мгновение опустела, и стали подыматься по лестнице. Она была завалена мусором, так что каждый шаг был как заявление: «Вот мы здесь». Тут лежали обрывки газет, разбитые бутылки, какие-то доски и даже детская коляска, перевёрнутая набок. Всё это свидетельствовало о поспешном бегстве бывших жителей — или об их последнем пути.
Мы подымались, стараясь делать это максимально тихо, но каждый шаг раздавался эхом от стен. Я шёл впереди, осторожно прощупывая путь и отодвигая особо крупный мусор. Вика прикрывала спину, время от времени оглядываясь назад, прислушиваясь к звукам снизу.
Радовало то, что двери на лестничных площадках все были закрыты, под одной даже увидели вбитый клин. Видать, тут не один раз были мародёры, раз приняли такие меры. Либо кто-то из жильцов, перед своим поспешным уходом решил защитить свое жилище.
— Как думаешь, там внутри кто-то остался? — тихо спросил я, кивая на одну из дверей, которая была забаррикадирована особенно тщательно.
— Если и так, то уже давно не в человеческом обличье, — отрезала Вика. — Не отвлекайся.
На четвёртом этаже нам пришлось протискиваться через наполовину обрушившуюся стену. Кто-то, видимо, пытался заблокировать проход наверх, но сделал это неумело. Камни и куски штукатурки рассыпались под нашими ногами, создавая новую волну шума.
— Тише ты! — прошипела Вика, когда я случайно задел локтем торчащую арматуру, и та загудела, как струна.
— Прости, — выдохнул я, пропуская её вперёд на следующий пролёт.
На последнем этаже люк на крышу оказался выбит. Видать, использовалось место как выход на крышу и раньше.
Выбравшись на крышу, мы на мгновение замерли, привыкая к яркому свету после полутьмы подъезда. Город раскинулся перед нами как на ладони — мёртвый, безмолвный, но не пустой. Внизу продолжался бой наших преследователей с зомби, которых прибывало всё больше и больше. Выстрелы звучали всё реже, крики — всё чаще.
— Пошли, — Вика дёрнула меня за рукав. — Нам туда.
Мы стали передвигаться в сторону соседнего дома. Кровля, по которой мы бежали, была неровной, местами с торчащей арматурой и поломанными воздухозаборниками. Шифер местами потрескался, создавая ловушки для неосторожных ног. Один раз я чуть не провалился, когда один лист треснул подо мной.
— Смотри под ноги, — бросила она, не останавливаясь. — Здесь везде такие сюрпризы.
Где-то вдалеке раздался взрыв — возможно, граната или что-то подобное. Наши преследователи явно решили покончить с зомби радикальным способом. Так они могли выиграть немного больше времени, но также это могло привлечь новых голодных мертвецов с других улиц.
Подойдя к краю крыши, мы посмотрели на соседний дом. До него было метра два, может быть, два с половиной. Пропасть между домами казалась бездонной, хотя на самом деле там было всего четыре этажа.
— Я прыгну первым, — сказал я, оценивая расстояние. — Потом ты.
Вика кивнула, не тратя слов. Я отошёл назад, набрал воздуха в лёгкие и побежал. Оттолкнувшись от края, я на мгновение завис в воздухе, а потом приземлился на крышу соседнего дома, перекатившись, чтобы погасить инерцию.
— Давай! — крикнул я, поднимаясь и протягивая руку.
Вика разбежалась и прыгнула. Как-то она в конце то ли запнулась, то ли отвлеклась, но в итоге чуть не сорвалась. Я выбросил в последний момент ей руку, за которую она ухватилась, и вытащил её на крышу соседнего дома. Её лицо побледнело.
— Спасибо, — выдохнула она, поправляя рюкзак за спиной. — Не думала, что промахнусь.
— Бывает, — я улыбнулся, пытаясь её подбодрить.
Перебежав по крыше к следующему дому, мы снова на него перепрыгнули. В этот раз без происшествий. Вика даже позволила себе лёгкую улыбку, когда приземлилась рядом со мной.
— Не так уж и сложно, — заметила она, отряхивая пыль с колен.
— Не зазнавайся, — усмехнулся я. — Ещё не вечер.
И словно в подтверждение моих слов, мы подошли к следующему зданию и увидели, что между домами было расстояние метра в четыре, не меньше. Слишком много даже для самого отчаянного прыжка.
Вика хмыкнула, мол, ей это нипочём, но я точно понимал, что у меня вряд ли получится перепрыгнуть.
— Придётся спускаться, — сказал я, оглядываясь в поисках пожарной лестницы или какого-нибудь другого пути вниз.
Вика лишь хмыкнула, подходя к самому краю крыши и оценивая расстояние.
— Вниз идти нельзя, — сказала она наконец. — Там может быть полно зомби, особенно после этого взрыва. Они все туда стекутся.
— А что ты предлагаешь? Летать мы пока не научились, — я развёл руками.
Вика указала на металлическую конструкцию, которая тянулась между крышами — старую телефонную линию или что-то подобное.
— Вот наш мост, — сказала она с решимостью в голосе.
— Ты с ума сошла? Эта штука не выдержит и кошку, не то что нас!
— Выдержит, — уверенно заявила она, проверяя крепления. — Смотри, она прикреплена к бетонным блокам на обеих крышах. И выглядит достаточно прочной.
Я подошёл ближе, с сомнением изучая ржавый металл. Конструкция действительно казалась относительно надёжной, но всё равно идея пересечь пропасть по ней выглядела самоубийством.
— У нас есть другие варианты? — спросила Вика, и я понял, что она права.
Внизу, на улице, снова раздались выстрелы. Кто-то из наших преследователей, видимо, всё ещё был жив и продолжал сражаться.
— Ладно, — сдался я. — Но я иду первым.
Вика лишь хмыкнула в ответ, но не стала
