спорить.
Осмотрев металлическую конструкцию ещё раз, я глубоко вздохнул и сбросил рюкзак, передав его Вике.
— Держи. Если эта штука выдержит меня без дополнительного веса, потом перебросишь его мне.
Я подошёл к самому краю крыши, где металлическая балка была закреплена в бетонном основании. Ржавчина покрывала её неравномерно, местами обнажая голый металл. Осторожно наступив на неё одной ногой, я проверил, насколько она прочна — конструкция слегка прогнулась, но выдержала.
— Если что, встретимся внизу, — бросил я через плечо.
Второй ногой я встал на балку, раскинув руки в стороны для равновесия. Металл угрожающе скрипнул под моим весом. Стараясь не смотреть вниз, я сделал первый шаг. Потом второй. Балка вибрировала при каждом движении, словно готовая в любой момент обломиться.
На середине пути порыв ветра качнул конструкцию, и я на мгновение потерял равновесие. Сердце подскочило к горлу, когда одна нога соскользнула с балки, и я повис, удерживаясь лишь руками. В ушах зашумело от страха, а пальцы судорожно впились в ржавый металл.
— Держись! — крикнула Вика с края крыши.
Я подтянувшись на руках, снова встал на неё. Мокрые от пота ладони скользили по металлу, но я продолжал двигаться вперёд, уже не заботясь о скорости — только о точности каждого шага.
Когда до края оставалось всего пара метров, я рванул вперёд и буквально прыгнул на крышу соседнего здания, перекатившись по гравию.
— Твоя очередь! — крикнул я, поднимаясь и отряхиваясь. — Бросай сначала рюкзак!
Вика перебросила мне мой рюкзак, потом свой, и я поймал оба. Затем она ступила на балку с той же осторожностью, что и я. Двигалась она легче, увереннее, словно делала это не первый раз. Балка пружинила под её шагами, но держалась.
Когда она преодолела половину пути, раздался зловещий треск. Металлическая конструкция внезапно прогнулась, и одно из креплений на стороне Вики с громким хрустом вырвалось из бетона.
— Вика! — я рванулся вперёд, но было поздно.
Балка накренилась, и Вика, потеряв равновесие, полетела вниз. В последний момент она успела ухватиться за конструкцию обеими руками и повисла над пропастью, раскачиваясь из стороны в сторону.
— Чёрт! — выругалась она, судорожно пытаясь удержаться.
Её ноги беспомощно болтались в воздухе, а руки медленно скользили по металлу. Она с силой ударилась о стену здания, и я услышал её сдавленный стон, но руки она не разжала.
— Держись! Я сейчас! — я лихорадочно осматривался в поисках чего-нибудь, что могло бы помочь.
Я лёг на край крыши, вытянув руки как можно дальше, но до неё было ещё слишком далеко.
— Ты можешь раскачаться и добраться до меня? — крикнул я.
— Попробую!
Она начала раскачиваться, используя инерцию своего тела, чтобы приблизиться к моему краю крыши. С каждым движением она подбиралась всё ближе, но и металлическая конструкция скрипела всё сильнее, грозя окончательно обвалиться.
— Ещё немного! — подбодрил я, когда она оказалась на расстоянии вытянутой руки.
С последним рывком Вика подтянулась и ухватилась за край куртки, которую я протянул ей. Я почувствовал, как ткань натянулась под её весом, и ухватил её за запястье второй рукой. Мышцы спины и плеч горели от напряжения, но я продолжал тянуть.
— Давай, ещё немного! — прохрипел я, чувствуя, как ногти Вики впиваются мне в руку.
Наконец, ей удалось дотянуться до края крыши и зацепиться. Я схватил её за воротник куртки и с последним усилием вытащил на крышу. Мы оба рухнули на гравий, тяжело дыша.
— Ну вот, меня выдержало, а тебя нет, — усмехнулся я, когда дыхание немного восстановилось. — А говоришь, что не толстая.
Вика, всё ещё пытаясь отдышаться, смерила меня взглядом, который мог бы заморозить лаву.
— Если бы крепление не проржавело насквозь, эта штука выдержала бы и слона, — фыркнула она, поднимаясь на ноги и отряхивая куртку. — А твои шуточки оставь для тех, кому они интересны. Например, для зомби — у них мозгов примерно столько же, сколько у тебя чувства юмора.
Я усмехнулся, но решил больше не испытывать её терпение. Мы оба знали, что шутки — способ снять напряжение после того, что могло закончиться трагедией.
Пройдя по крыше к её противоположному краю, мы обнаружили, что до следующих зданий расстояние ещё больше — не меньше шести метров.
— Вот теперь точно придётся спускаться через подъезд, — сказал я, разглядывая выход на лестничную клетку. — Другого выхода нет.
Вика молча кивнула, доставая пистолет и проверяя магазин. Открыв люк, мы аккуратно спустились на лестничную площадку верхнего этажа. Внутри здания было тихо, только наши шаги эхом отражались от стен.
— Пойдём медленно, — прошептал я, вынимая свой Глок. — Прислушивайся к каждому звуку.
Вика кивнула, и мы начали осторожно спускаться по лестнице, держа оружие наготове и внимательно осматривая каждый пролёт перед тем, как ступить на него.
Между вторым и третьим этажом стояло три зомби. Причём один из них был бирюзовый, два остальных — зелёных. Мы спускались тихо, и, по всей видимости, они нас не заприметили. А может, были заняты тем, что выглядывали в окно, слушая выстрелы и не зная, как спуститься.
Я кивнул Вике, чтоб та остановилась, замерла. Она мгновенно подчинилась, прижавшись к стене, затаив дыхание. Сам же внимательно смотрел на бирюзового в надежде, что у того есть какая-то способность и мой навык рунолога её заприметит, но ничего не произошло. Ни вспышки, ни характерного мерцания, которое обычно указывало на наличие особых свойств. Интерфейс оставался пуст — никаких новых данных.
Тогда, наведя пистолет ему в затылок, я сделал несколько выстрелов подряд. Глушитель приглушил звук до тихого «пфф-пфф-пфф», но даже этого хватило, чтобы эхо разнеслось по пустому помещению. Бирюзовый рухнул как подкошенный и стал растворяться. Полоска опыта в интерфейсе жалобно мигнула.
Оба зелёных же развернулись в мою сторону и быстро пришли в движение. Их движения были резкими, неестественными, словно кто-то дёргал за невидимые нити. Два выстрела — и я уложил их тоже. Первого — в лоб, второго — в висок.
Подошёл быстренько, собрал лут, не глядя закинул в инвентарь.
— Надо двигаться, — прошептала Вика. — Звуки могли привлечь внимание.
Когда мы вышли на улицу, оказались на дороге параллельной центральной. Звуки выстрелов почему-то прекратились, что настораживало еще больше. Не верилось, что те уроды смогли перестрелять всех зомби, но и вряд ли дали себя сожрать.
Мы пошли в сторону, где предполагали, что там будет выход из
