тебя на плечах, когда ты еще не умел ходить. Очевидно, что он имел право выяснить, что за девушку ты везде с собой таскаешь. В том числе на встречу в кругу самых близких… — если бы у тебя были друзья, то я использовала бы именно это слово.
— Он поплатится не за то, что щупал тебя в своем доме. Хотя и за это тоже. Он посмел меня оскорбить, — мрачно изрек Голдмайер.
— Чем же? Он всего лишь ляпнул в сердцах, когда поднимали тост за недавно соединившуюся чету Лучезарных, что одни находят нормальных женщин, а другие — бегают за порченными.
— Ты позабыла, что он через весь стол узнавал у меня, что в тебе такого особенного. Почему я никак не назову невесту из оставшихся претенденток, а увиваюсь вокруг твоей юбки⁈
Их диалог постепенно терял берега в опасном для нее направлении. Голдмайера не следовало выводить из себя. Но остановиться сложно. А ведь до встречи с ним она гордилась своей невозмутимостью.
— Чего же ты не повторишь его дословно, босс? Он спросил — какого ты весь вечер лапаешь под столом своего главного редактора вместо того, чтобы выполнить то, что от тебя требуется, и наконец жениться.
На один короткий миг Кру показалось, что дракон повторит ее финт в ресторане и опрокинет на нее столик с едой. Хорошо, что напитки уже остыли.
— Это не его дело, — взревел вместо этого Голдмайер. — Моя семья дала ему все. Он продлил свою жизнь на наших сделках и скорее всего переживет моего отца.
В чем-то дракон прав. В тот вечер не случилось безобразного скандала только потому, что все присутствующие притихли от неожиданности и предчувствия беды. Старик не желал униматься. Он доказывал Голдмайеру, что тот выбрал неправильный момент, чтобы первый раз в жизни думать не головой, а тем что у него между ног. И неправильную девушку — мол, повернутая на аферах клоунесса, рано или поздно, обманет и дракона.
— Дед до последнего сохранял тебе верность и только, когда ты начал его топить, откликнулся на предложение Сиятельных. И потом отказался от него в последний момент, понимая, что тебя подставляет. Он любит тебя. Он предан тебе. И не спрашивай, какого Ришны меня это касается. Я не позволю уничтожить его репутацию на наших страницах, пока работаю в холдинге. Если не устраивает, ты знаешь, что надо делать.
Арчибальд поймал летящий ему на колени столик. Почему-то и в этом ресторане на террасе поставили столы из легкого дерева. В этот раз обе руки у него были свободны. Сыграло свою роль и то, что дракон не умел дважды наступать на те же грабли.
— Кру, — прошипел он. — Ты берешь на себя слишком много. Да, ты на взводе, но не забывай, пожалуйста, что все механизмы для того, чтобы превратить оставшийся тебе срок в тюрьме в ад, по-прежнему у меня.
— Я не принадлежу тебе, ты свободен от меня… Почему ты за меня так взялся? Я уже уяснила, что драконы — собственники, но со своими любовницами они обращаются куда мягче, чем ты со мной. А ведь мы не любовники, один раз не считается! То, что ты творишь — это патология. Дергаешь меня ежеминутно, я даже в туалет иду с блокнотом, Ришна, чтобы не пропустить, что ты пишешь. Иначе ты снесешь кабинку!
Дракон насупленно молчал, вокруг них суетились официанты. Арчибальд знаком показал им, что они пересядут за соседний столик. Ничего пояснять не стал.
— Брукс был тебе как отец. Все коллеги пребывали в шоке, когда узнали, что ты решил стереть его бизнес и разрушить семью. Он перегнул палку, вмешиваясь в твою личную жизнь, не больше, — воскликнула Марианна.
Золото в его глазах стало еще горячее. Потемнело. Он подхватил ее, будто она ничего не весила, и на глазах у всех прижал к стене. Одной рукой при этом удерживал девушку за шею. До Кру доносился испуганный гомон официантов.
Интересно, найдется среди них хоть один, кто бросится под разъяренного и почти невменяемого Голдмайера, или предпочтут наблюдать за убийством?
— Пожалуйста, Кру, — опять этот нежный шепот. — Никогда не повышай на меня голос, не пытайся ударить или чем-нибудь бросить. Я воспринимаю это как мятеж. Ты не должна так поступать со мной, ради собственной безопасности.
— Как мне с тобой… быть? — она едва шевелила губами.
— Расслабься и закрой глаза.
От этих слов ее передернуло. Она помнила обстоятельства, при которых он произносил их в последний раз. Ее тело, тем не менее, обмякло. Она послушалась. То ли опять отдал ментальный приказ — но так, что даже не заметила. Или же применил гипноз. Не зря золотая лава его глаз несколько раз меняла цвет.
Она закрыла свои, он нес ее куда-то. Вот звякнул лифт, начав движение. Они с Арчибальдом поднимались наверх.
Глава 9
Иногда они женятся
Он всего лишь вернулся в ее номер, а Кру успела представить бог весть что. Например, какой-нибудь роскошный люкс с кроватью больше, чем у нее. Существовал специальный термин, который обозначал привязанность жертвы к агрессору. Неужели и ее не миновало?
Голдмайер распахнул дверь ногой. Значит, успел приложить браслет-ключ. И, главное, получить его! Ее снова накрыло волной паники.
— Ты вся дрожишь. Я столько раз говорил, чтобы ты перестала бояться. Сними это ужасное платье, — опять пауза, в которой ее напряжение натягивалось, как струна. — Хорошо, сделай это, когда я уйду.
Тем не менее, Марианна не торопилась расслабляться. Она наблюдала за своим мучителем из-под опущенных век. Он уложил ее на простыни. Всего-то час назад Арчибальд кое-как совладал с собой в такой же ситуации. Сейчас дракон все равно задержал лицо рядом с ее куда дольше, чем требовалось для его и ее спокойствия.
— Ты же видишь, что так не должно быть. Не смей это отрицать, — она прошептала прямо в его губы. — Так ведет себя представитель твоей расы, одержимый жаждой.
— Я себя контролирую, — так же тихо ответил он. — Ну, почти полностью.
Ей вдруг показалось, что у него жар. На загорелом лице проступил лихорадочный румянец. Кру подавила в себе желание поверить температуру, коснувшись губами его лба. Он будто прочитал ее мысли и резко отстранился.
— Я в порядке. Не смотри на меня так, — отрезал он. — Лекарей звать еще
