— Значит, от того чудовища ты этот запах ощутила? — хмурится папа.
— Да. И тот человек был тоже напуган — это читалось в его взгляде, да и по поведению было заметно, ведь он блуждал среди тёмного леса… Но Залия — волк, а не подобие того чудовища, и её запах пропал при беременности. Что— то их связывает, и я никак не могу это уловить, — хмурюсь я, глядя на испуганную секретаршу.
— Залия, ты пользуешься какими— то духами? Ставила где— то какие— то прививки или принимала препараты? — спрашивает папа.
— Эм… — сглатывает она. — Знаете, я ведь работала в рекламном агентстве шесть месяцев назад, и там обязывали поставить прививку, мол, среди людей ходит опасный вирус. За прививку выдавали денежный бонус. В общем, я была в обычной больнице и поставила её. Мне потом плохо было три недели, но бонус того стоил, — отвечает Залия, и я понимаю, что ниточка нашлась.
— Ты сейчас идёшь и сдаёшь свою кровь, — говорю я и беру её за руку, чтобы успокоить.
— Я сообщу Севастьяну, — хмыкает папа, явно уловив суть.
— А что происходит? — хмурится Селим.
— Существует какой— то препарат, который скрывает запахи, но его можно обнаружить по кислотному запаху, который почему— то проявляется при выработке адреналина. Очевидно, этим препаратом и пользуется новая стая, — хмыкает Данар, поясняя своему очевидно недалёкому отцу.
— Найдём препарат — а значит, отыщем его покупателей, что выведет нас на след третьей стаи, — добавляю я.
— Или можно сократить поиски и дать нашей стае свободу действий, а именно прекратить патрулирование и сбросить все свои запреты. Мы внушим страх людям и быстро выйдем на новую стаю, — заявляет Данар, самодовольно улыбаясь.
Его предложение повисает в воздухе тяжёлым грузом. Я чувствую, как напрягается отец, как Селим переглядывается с остальными.
Такой подход может привести к массовым жертвам среди людей, к хаосу и панике.
— Это слишком рискованно, — возражаю я. — Мы не можем подвергать опасности значимый для нас ресурс. Есть другой путь — через препарат.
— А я говорю, что время работает против нас, — рычит Данар. — Чем дольше мы будем возится с этими поисками, тем больше людей сожрут и стая наберет силу.
В комнате нарастает напряжение. Каждый понимает: от принятого решения зависит судьба не только оборотней, но и людей. И выбор между быстрым, но кровавым путём и долгим, но гуманным решением - становится всё более острым.
— На такой шаг мы не пойдём, Данар, — рычит отец.
— Значит, решение будет принимать конклав, — хмыкает он, оскалившись. — Да, отец? — вопросительно выгибает бровь Данар, глядя на него.
— Да, — улыбается Селим своему сыну.
Смотрю на Залию, которая всё ещё сидит бледная и напуганная. Её судьба теперь тесно переплетена с судьбой целого мира оборотней. И от того, какое решение будет принято, зависит слишком многое.
— Время работает против нас, — повторяет Данар, словно читая мои мысли. — Мы не можем позволить себе роскошь гуманности, когда на кону безопасность нашего вида.
— Безопасность нашего вида не должна достигаться ценой жизней невинных людей, — возражаю я. — Есть другой путь, и мы его нашли.
Данар усмехается, лениво глядя на меня. Затем встаёт во весь свой рост передо мной и тихо произносит:
— Боишься, что слишком много падали вам достанется? Мы потрапезничаем, а вы потом, как всегда, за нами приберёте и объедками насытитесь? — подмигивает он мне и уходит.
Смотрю ему вслед и злюсь, яростно сжимая кулаки. Сейчас я чётко увидела, как Данар манипулирует своим отцом. И кажется, я уже примерно понимаю причину, по которой Селим его сослал на север.
Этот ублюдок, похоже, метит в альфы!
Его амбиции очевидны — он не просто хочет власти, он жаждет стать лидером. Использует любую возможность, чтобы показать свою силу и превосходство, даже если для этого приходится идти по головам.
Вспоминаю его слова о том, что я «запрыгну к нему», его насмешки и провокации. Теперь всё становится на свои места. Для него это не просто личная вражда — это часть его плана по утверждению власти.
Отец всё ещё стоит рядом, и я чувствую его беспокойство. Он тоже видит игру Данара, и, похоже, именно поэтому был рад, когда его сослали.
— Данар не просто силён, Луна, — вздыхает папа. — Он коварен, умён, расчётлив и везде извлечёт свою выгоду. В отличие от Селима, он мыслит гораздо глобальнее и амбициознее. Когда его отец живёт лишь одной враждой со мной, как и предыдущие наши предки, — говорит он.
Папа покидает мой кабинет, а я, нахмурившись, приступаю к рабочим делам. После быстро бегу к Динаре. Подруге уже лучше — как только я ворвалась к ней в палату, мне прямо в лоб прилетел её тапок.
Злая Динара мне категорически не нравится, но я всё же сажусь и начинаю рассказывать ей всё по порядку — с момента, когда ей сломали рёбра, и до того, что произошло сегодня в моём кабинете.
— Я поправлюсь, и меня забирают старейшины к себе на работу, — вздыхает Динара.
— Что?! — сглатываю я, не веря в услышанное.
— Я думала отказаться, но после услышанного я соглашусь. Ведь там я буду слышать больше и держать тебя в курсе. А может, и шею Хайре сверну, кто знает, — пожимает подруга плечами.
Я киваю, усмехаясь. Предложение Динары неожиданно, но разумно. Если она будет рядом со старейшинами, это даст нам огромное преимущество в сборе информации.
— Только будь осторожна, — предупреждаю я.
— Знаю, — улыбается Динара. — Но я не собираюсь играть по их правилам. Они получат преданную помощницу, а мы — глаза и уши в их логове.
— Я всю жизнь буду тебе благодарна, — шепчу я и беру Динару за руку. — Ты столько раз мне помогала и спасала меня, — подношу её руку к своим губам и нежно целую.
— И я ещё не раз прикрою твою задницу, Луна. Только ты дождись, когда мои рёбра срастутся, а то за двое суток без меня у тебя уже проблемы вселенского масштаба, — хмыкает она, и я усмехаюсь.
В её словах есть доля правды. Без поддержки Динары справляться с навалившимися проблемами становится всё сложнее.
— Обещаю дождаться, — киваю я. — И буду осторожной.
— Вот именно, — подмигивает подруга. — А теперь иди. У меня ещё есть силы только на то, чтобы лежать и злиться на старейшин.
Сажусь в машину и мягко давлю на педаль газа — возвращаться в дом, где находится Данар, совершенно не хочется. Выезжаю на трассу и уже почти подъезжаю к его дому, как вдруг замечаю на обочине автобус с включённой аварийной сигнализацией.
Чутье требует остановиться и проверить — и я подчиняюсь. Пересекаю дорогу и заглядываю внутрь автобуса, застывая от ужаса. Внутри лежат несколько истерзанных останков.
Оглядываюсь на лес и улавливаю сладковатый запах крови. Сглатываю и иду на этот запах. Каждые четыре метра на земле лежат части человеческих тел.
Чем глубже я продвигаюсь в лес, тем сильнее сжимается моё нутро от ужаса. Впереди открывается кошмарная картина: трое чудовищ, похожих одновременно на людей и оборотней, рычат друг на друга, разрывая плоть людей, лежащих кучами.
Задерживаю дыхание и уже собираюсь отступить назад, как вдруг один из монстров поворачивает голову в мою сторону и издаёт угрожающий рык. В ту же секунду на меня смотрят ещё двое.
Понимаю, что, если побегу к машине — не выживу. В долю секунды оборачиваюсь волком, издаю в их сторону своё грозное рычание и, не дожидаясь, пока они набросятся, срываюсь с места…
9. Кровь
Луна
Монстры несутся за мной, их когти царапают землю, а дыхание тяжёлое и хриплое. Я мчусь сквозь лес, уворачиваясь от деревьев, чувствуя, как адреналин пульсирует в венах. Как мне впервые страшно, зная, на что способен один, а когда их несется за мной трое, очевидно, что меня ждет смерть.
Мой волчий инстинкт работает на пределе. Я знаю — нельзя дать им окружить себя. Они сильны, но я быстрее. Так я думала, пока не увидела рядом с собой одного из монстров, бегущего вровень со мной.
