Выбор царицы после некоторых размышлений пал на Евдокию Лопухину, красивую девушку, принадлежавшую к старинному московскому роду, скромную, тихую, религиозную. Увы, она не получила серьезного образования, да и умом не блистала. Своему будущему мужу эта особа не подходила совершенно, но этого не понимали ни мать царя, ни ее будущая родня. Мнение невесты не интересовало никого, Петру же было все равно. Его голову занимали будущие армия и флот.
Свадьба состоялась в конце января 1689 года. Какое-то время молодой царь вел себя прилично, в соответствии с новым статусом семейного человека. Мать не могла нарадоваться, Лопухины ходили с гордо поднятыми головами. Но очень скоро Петр снова уехал на Плещеево озеро.
Софья почувствовала, как над ней сгущаются тучи. Одно дело – править страной, ссылаясь на малолетство всеми признанного царя, и совсем другое – когда он уже женился. Ведь на Руси такой мужчина считался полностью дееспособным. Иван, правда, завел семью еще за пять лет до этого, но «старший царь» не проявлял никакого интереса к делам государственным. Он был полностью занят своей частной жизнью. Его жена, царица Прасковья, как раз ждала первенца.
При Иване Софья могла бы оставаться фактической правительницей неограниченно долго, но не таков был Петр. Появляясь в Москве, «младший царь» все чаще интересовался делами государства. При этом он задавал все более неудобные вопросы.
Положение Софьи осложняло то, что оба похода на крымских татар, возглавляемые ее любимцем князем Василием Голицыным, кончились полным провалом, и скрыть это не удалось. Собственно, после второго неудачного похода Софья охладела к своему фавориту, и его место занял Шакловитый.
Первой женой Петра I по выбору матери стала скромная, религиозная Евдокия Лопухина, принадлежавшая к старинному московскому роду
В. А. Серов «Петр I на псовой охоте», 1902
В июле того же 1689 года произошло первое открытое столкновение. Во время крестного хода в праздник Казанской иконы Божьей матери Петр потребовал от Софьи покинуть процессию. По традиции женщины не должны были в ней участвовать. Сестра вместо этого взяла образ Богоматери в руки и пошла вслед за крестами и хоругвями. Разъяренный Петр покинул праздник, не желая превращать его в балаган.
Софья не собиралась сидеть и дожидаться, когда Петр потребует от нее освободить трон. Да и ее ближайшие подручные – Шакловитый и Голицын – тоже не были настроены отдавать власть без боя. Знал об этом и Петр. В ночь на 8 августа в Преображенском появились двое стрельцов, которые сообщили, что Шакловитый замыслил убить Петра и его мать, Наталью Кирилловну. Петр сразу поверил им.
Неизвестно, насколько это было правдой. Шакловитый возвысился стремительно, поэтому завистников у него хватало. Некоторые историки полагают, что враги Федора несколько сгустили краски. Верно то, что накануне днем Шакловитый действительно начал стягивать стрельцов к Кремлю под предлогом сопровождения Софьи на богомолье в Донской монастырь. Среди них тут же пошли слухи, что на деле Петр замыслил захватить Кремль и убить сестру. После чего начальник Стрелецкого приказа заговорил уже о нападении на Преображенское «в наказание за злоумышление» и даже приказал выслать к селу наблюдателей на тот случай, если царь куда-то уедет.
Петр хорошо помнил события семилетней давности. Без долгих сборов он бежал из Преображенского в тот самый Троице-Сергиев монастырь, где прежде скрывались от взбунтовавшихся стрельцов Софья и вся царская семья. Укрыться там ему подсказал Борис Голицын, двоюродный брат князя Василия. Он не просто выбрал сторону Петра, но и стал одним из его ближайших советников. Вместе с царем ночью Преображенское покинули лишь несколько приближенных. На следующий день в монастырь прибыли мать, сестра и жена Петра.
Друг Петра I Франц Лефорт прошел карьерную лестницу от простого офицера до адмирала (грав. П. Шенка, 1698)
Чуть позже у стен монастыря объявился Франц Лефорт, причем не один, а с сильным отрядом. За это, точнее сказать, за то, что он поступил так первым из офицеров-иноземцев, Петр впоследствии произвел его в генералы. Примеру Лефорта последовали и другие офицеры из «немцев». Чуть позже в монастырь пришел стрелецкий Сухарев полк, вставший на сторону Государя.
Сторонники Софьи к стенам монастыря почему-то не спешили. Через три дня к Петру пришли оба его потешных полка вместе со всей артиллерией и огневыми припасами. 16 августа Петр разослал по стрелецким полкам приказ отправить в Троицу командиров и по десятку рядовых. Шакловитому в этот раз удалось удержать стрельцов, но 27 августа от Петра снова пришел приказ. Теперь уже всем войскам велено было идти к нему.
Пять полков подчинились царскому повелению, проигнорировав запрет Шакловитого. Это означало, что перевес сил был теперь на стороне Петра. Более того, в начале сентября к царю перешла наемная иноземная пехота, которой командовал генерал Патрик Гордон. Бояре и чиновники направлялись в Троицу чуть ли не один за другим, чтобы лично выразить царю свою преданность.
Софья попыталась спасти ситуацию, которая оборачивалась для нее полной катастрофой, и отправила к Петру патриарха Иоакима в надежде, что тот помирит их. Царевна-правительница и не вспомнила, наверное, что накануне бунта именно Иоаким провозглашал Петра царем, а до того резко выступил против планов короновать саму Софью. Прибыв в Троицу, Иоаким тут же объявил, что он на стороне законного Государя и дальше будет держаться того же. Его слова стоили едва ли не дороже всех войск, имевшихся у Петра.
Ощутив за собой силу, 1 сентября Петр потребовал от Софьи выдать Шакловитого и прочих зачинщиков. Софья попыталась приехать в Троицу, но Петр ей не верил и видеть ее не хотел. Царевну перехватили на пути и заточили в Новодевичий монастырь.
Ее любимцу повезло меньше. Шакловитый был схвачен и после пыток обезглавлен. Василия Голицына вместе с семьей выслали далеко на север, в Пинегу, что в Архангельском крае. Вернуться оттуда ему так и не позволили.
Иван V, как официально титуловался «старший царь», отдал власть, что называется, без драки и, наверное, с немалым облегчением. Петр умел быть благодарным. Иван умер 29 января 1696 года, так и не перевалив через тридцатилетний рубеж. До самой смерти он считался соправителем меньшого брата.
Иван V отдал власть брату с немалым облегчением и до самой смерти считался соправителем Петра I (неизв. худ., XVIII в.)
Н. Н. Ге «Петр I допрашивает царевича Алексея в Петергофе», 1871
Избавившись от властолюбивой сводной сестры, Петр словно охладел к своему царскому титулу. Он продолжал строительство армии и флота. Реальными вопросами внутреннего управления занялась его матушка, Наталья Кирилловна, и ее родственники. Впрочем, эти пять лет ничем особенным народу не запомнились.
Петр тем временем продолжал возиться со своими потешными полками и понемногу строить корабли. Семейная жизнь его совершенно разладилась. Евдокия так и не сумела найти с ним общего языка, несмотря на то что родила ему трех сыновей. Алексея знают все. Александр и Павел умерли во младенчестве и потому известны лишь знатокам истории.
В 1692 году Петр, переоценив крепость своего организма, тяжело заболел и едва не умер. Люди его ближнего круга готовились бежать из России. Но уже на следующий год он побывал в Архангельске и даже совершил свое первое морское путешествие, отчего его любовь к корабельному делу лишь выросла.
В январе 1694 года умерла Наталья Кирилловна. Петр искренне скорбел по любимой матушке, но ее смерть, можно сказать, развязала ему руки. Теперь молодому царю не на кого было оглядываться. Любимая сестра Наталья в дела не вмешивалась, с женой он практически не общался. В апреле царь придумал для своих кораблей флаг из полос белого, синего и красного цветов, тот самый, который позже превратился в государственный символ России.
Петр I в иноземном наряде перед матерью своей царицей Натальей, патриархом Андрианом и учителем Зотовым (Н. В. Неврев, 1903)
В июле 1694 года Петр устроил свою последнюю «Марсову потеху», получившую название Кожуховского похода. Полноценные учения продолжались целый месяц. В них участвовали оба потешных полка, которые, выражаясь современным языком, отрабатывали ведение различных видов боевых действий. По итогам похода Петр счел свои новые войска готовыми к настоящей войне.
Потенциальным противником России оставались турки и крымские татары. Предыдущие цари оставили крымско-черноморский вопрос нерешенным. России нужны были эти южные земли, плодородные и богатые.
Попытавшись учесть просчеты Голицына, Петр избрал целью своего похода не Крым, а турецкую крепость Азов, расположенную намного ближе. Однако взять ее не удалось. Русское войско отступило после трех месяцев осады, но неудача лишь раззадорила царя. Он пришел к выводу, что для доставки войск к Азову нужно создать флот, способный спуститься по Дону. В Воронеже спешно начали строить сперва верфь, а потом и корабли.
