Потому что события, вышедшие из-под контроля, продолжают происходить. Его же забота — сделать так, чтобы не осталось доказательств этих событий. Кое-что он уже предпринял, теперь следующий этап. Рядом с ним стояли две пивные бутылки, наполненные бензином. Человек подобрал их возле «Лесного дома» — придорожного бара, где любят бывать лесорубы и водители грузовиков. На бутылках отпечатки пальцев кого-то из них. Человек не боялся оставить свои отпечатки, потому что у него просто-напросто не было отпечатков…
Ливень сменился обычным дождем, еще не моросящим, но уже и не грозящим всемирным потопом. Скалли согрелась под пледом. Малдер все так же сидел на ковре и неспешно продолжал рассказ.
— Мне было двенадцать лет, ей — восемь. И вот однажды она просто исчезла. Испарилась. Из закрытой комнаты. Была — и нет. Ни следа… и с тех пор — ни записки, ни телефонного звонка, ничего… И что самое страшное — вся семья как сговорилась… ну… будто бы считать, что ее просто не было.
Не говорить о ней, не вспоминать…
— И что же ты сделал?
— Что я мог сделать?… Закончил школу, университет, завербовался в ФБР. Занялся разработками моделей поведения преступников. Добился успеха. Большого успеха. И этот успех обеспечил мне определенную независимость, так что я смог уделять внимание тому… словом, я добился права работать с тем, что обозначено как «секретные материалы».
Знаешь, сначала мне этот массив показался просто свалкой…
Но потом я научился в нем ориентироваться и отделять зерна от плевел. Оказалось, что есть немало действительно достоверных свидетельств о пришельцах, НЛО, чудовищах, похищениях людей, различных культах. И еще… как бы тебе это сказать… В общем, я неожиданно обнаружил, что доступ к сведениям определенного рода блокируется, притом чрезвычайно жестко. Мне, я думаю, вообще не дали бы работать, если бы не мои связи в Конгрессе…
— Блокируется? Кем?
— Не знаю. Кем-то, у кого очень много власти. По настоящему много. И вот что, Скалли… только постарайся не обидеться… Ты — именно ты — по их замыслу, тоже являешься частью этой системы блокировки…
— Перестань. Я не…
— Ты не действуешь сознательно во вред проекту, да? Не сомневаюсь ни на секунду. Но те, кто тебя послал ко мне, предполагают в том числе и таким способом сбить меня… с темпа, что ли…
— Ты должен мне верить. Я здесь потому же, почему и ты: чтобы разгадать тайну этих смертей.
— Я тебе верю. Именно поэтому все и говорю. И потому еще, что ты видела сегодня то же самое, что видел я… и видел не только сегодня.
— Малдер…
— В конце восьмидесятых я работал с доктором Хейтцем.
Он ввел меня в глубокий гипноз… и я вспомнил все. За окном в ночь… в ночь похищения Саманты… был такой же свет. Яркий свет. И так же пропало время. Я чувствовал, что парализован, не могу шевельнуться… а она звала меня, понимаешь? Она кричала… Это все существует, Скалли, существует на самом деле. Под гипнозом не врут даже самим себе… А знаешь, что меня убеждает в этом больше всего? Даже не мои несчастные воспоминания, нет. А именно существование этой свирепой завесы секретности над определенной категорией материалов. Я ведь, по большому счету, занимаюсь тем, что роюсь в отвалах, пытаясь понять, какой элемент извлекли из этой породы… И знаешь что еще? Сейчас мы ближе к разгадке, чем когда бы то ни было… Я чувствую себя старой ищейкой, наконец-то не просто унюхавшей, а увидевшей того, кто оставлял след. Кстати, Скалли… а ты не обратила внимание, что в городе не видно собак?
Скалли задумалась. Собак… собак… Пожалуй, что собаки и вправду не попадались на глаза…
Грянул телефон. Старый черный аппарат, от звонков которого вздрагивает, наверное, сам Будда.
Малдер сгреб трубку.
— Да. Что?! Не может… да. Да, я слышу. А кто это говорит? Кто говорит?…
Короткие гудки отбоя. Очень громкие. Малдер посмотрел на Скалли. Покачал головой.
— Какая-то женщина. Не назвалась. Сказала, что Пегги О'Дейл умерла. Погибла.
— Девушка в кресле-каталке?
Малдер кивнул.
13.
Инцидент произошел на сто тридцать третьем шоссе неподалеку от въезда в Бельфлёр без четверти два ночи.
Когда Малдер с трудом провел свою машину между двумя полицейскими машинами, реанимобилем и длинным тяжелым лесовозом, парамедики уже готовились поднимать носилки, прикрытые серым одеялом. Шофер лесовоза в клетчатой рубахе, промокший насквозь, стоял, слегка сгорбившись и разведя руки, перед маленьким толстеньким полицейским.
Такая обычная сцена…
— Что здесь произошло? — Малдер стремительно подошел к ним.
— Она буквально бросилась под машину, — повернулся к нему шофер. Его все еще трясло. — Я еду, а она — наперерез, бегом…
— Вы кто такой? — полицейский протянул руку, чтобы отодвинуть Малдера, но что-то его остановило.
— Бегом? — повторил Малдер. — Вы хотите сказать, что она… бежала… шла? Ногами?
— Ну да… я по тормозам, да где — полсекунды… и дорога вон какая мокрая…
Он сделал жест, будто приглашая всех удостовериться, какая мокрая эта проклятая дорога. След от колес тянулся далеко, и там, у его начала, стоял полицейский, зачем-то держа в руке геодезическую рейку.
Малдер уже не слушал шофера. Он повернулся туда, где Скалли, жестом остановив парамедиков, приподняла одеяло и стала внимательно осматривать то, что недавно было девушкой в кресле-каталке. Со своего места Малдер видел голубовато-бледное с черными ссадинами лицо и пластиковую шину-воротник, уже явно ненужную…
Почему они никогда не выключают сирены? — подумал он мельком. Мешают думать…
А Скалли, помимо того, что видел он, видела еще и худенькое запястье с разбитыми часами. Стрелки замерли, указывая время собственной гибели и гибели хозяйки: девять ноль три…
Ерунда какая-то, подумала Скалли. Четыре… почти пять часов назад… Но додумать она не успела.
— Здравствуйте, коллега, — сказали сверху. Скалли подняла голову. Это был доктор Труи, слегка растерянный. — У меня для вас новость, только не знаю, плохая или смешная.
Только что позвонили из морга. Тот труп, который вы вчера вскрывали, исчез.
— Как исчез? — это был Малдер. Вот он был далеко, а теперь уже рядом. «Призрак» Малдер…
— Скорее всего, украли. Разбито окно…
— Так. Скалли, поехали!…
— А… здесь?
— Здесь уже все ясно. Скорее, скорее…
Он вывел машину из скопления на дороге и погнал с огромной скоростью — но не к моргу, как подумала было Скалли, а обратно к мотелю.
14.
Они не успели. Низкие облака подсвечивались пламенем. Пожарные быстро, но несуетливо бежали, разматывая брезентовые рукава. Пламя выбивалось из окон, скручиваясь в тугие дымные жгуты… занялся уже и второй этаж…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
