– Я не прочь. Кроме того, неплохо иногда пробежаться в своем истинном обличье, – сказала Хоро и встала с кровати.
Хильде опустил и поднял голову, словно принимая точку зрения надежного товарища.
– Сколько времени потребуется достопочтенной госпоже Хоро, чтобы добежать туда?
– Понятия не имею. Я ведь не знаю, насколько далеко тот город.
Мордочка Хильде нахмурилась. Сейчас самым драгоценным для него было не оружие и не деньги – а время.
Лоуренс поспешил вмешаться:
– Насколько дальше отсюда до Киссена, чем до Реноза?
Длинные уши Хильде тотчас вскочили, он поднял голову.
– Гонец на быстрой лошади управляется вдвое дольше, чем до Реноза.
– Дорога плохая?
– Более-менее.
Если дорога «более-менее» плохая, для Хоро это вряд ли создаст проблему.
Хильде одними глазами повторил прежний вопрос. Хоро ответила немного раздраженно:
– Если я буду бежать без сна – полтора дня. С обратной дорогой выйдет три или четыре.
Хильде глубоко кивнул.
Потом кивнул еще раз.
– Это заставит завидовать даже моего товарища с его крыльями.
– Но это, конечно, если бежать как от собственной смерти.
На ее носу появилась крохотная морщинка.
Для Хоро это было более чем скромная реакция.
Значит, ее слова были правдой в буквальном смысле.
– Если бы мои старые товарищи узнали, что волчица служит на побегушках у кролика, они смеялись бы до колик. Но таков сейчас мир. Сейчас самое большее, что я могу, – вломиться в компанию Дива, обнажив клыки. Но времена, когда проблемы можно было решать таким путем, миновали. Или я ошибаюсь?
Хоро не считала, что уничтожение группы, противостоящей Хильде, – выход из положения. Все в этом мире связано между собой сложным образом – и все держится в хрупком равновесии.
Чтобы управлять миром людей, требуются не большие когти, но тонкие пальцы.
Однако, подумал Лоуренс, если бы не события в Уинфилде, Хоро ни за что не согласилась бы помогать Хильде. То, что Хаскинс пошел на столько жертв во имя защиты своего дома, крепко запечатлелось в памяти и у Лоуренса.
Хоть он и был известен как Золотой баран, легенду о котором рассказывают исстари по сей день, но ему пришлось есть плоть себе подобных и стать в конце концов орудием людей.
Тем не менее Хаскинс ни разу не поколебался.
У Хоро было непонятное выражение лица – несомненно, она тоже сейчас вспоминала Хаскинса.
Сделав глубокий вдох и стерев им это выражение лица, Хоро расправила плечи и сказала:
– Я не знаю, сколько времени понадобится, чтобы забрать книгу у торговца. А ты?
Стало быть, она решила, какова будет ее роль во всем этом, и настроилась делать свое дело с полной отдачей. И теперь настала очередь Лоуренса.
– В Ренозе я предлагал способы, которые потребовали бы немедленного принятия решения…
– Ты думаешь, они принесут успех?
С уверенностью, конечно, нельзя было утверждать ничего.
И все же Лоуренс ответил:
– Некоторые люди, если им вручить триста золотых и шлепнуть по заду, побегут вперед так, что только пятки будут сверкать.
Представив, видимо, Ле Руа, бегущего со всех ног, точно у него горят штаны, Хоро хихикнула. Даже Хильде позволил себе улыбнуться над шуткой.
Как бы серьезна ни была ситуация, очень важно оставлять место для улыбок.
Лоуренс прокашлялся и подытожил:
– В общем, я думаю, будет пять – шесть дней.
Если положение ухудшается день ото дня, этот срок, конечно же, должен казаться вечностью. Но, увы, созданный Единым богом мир безжалостно велик.
– Я ничего не обещаю, – сказала Хоро.
– Полагаю, они уже добрались до Киссена. Могу только надеяться, что книга уже у них.
Хильде сказал это вовсе не для того, чтобы у Лоуренса или Хоро стало легче на душе.
Тем не менее, в отличие от предыдущего раза, они оба молча кивнули.
Люди говорят: даже если ты работаешь с врагом твоего отца, после рукопожатия успех приходит чаще.
Если решаешь сотрудничать с кем-то, необходимо забыть обо всем лишнем и сотрудничать от всей души.
Хильде с неожиданным для кролика напором сказал:
– Что ж, давайте поспешим.
Хоро зевнула и ответила:
– Ты ведь будешь хорошим мальчиком, правда?
Эти слова были обращены к Лоуренсу.
Нельзя сказать, что Хоро нагрузилась тяжелой поклажей, – она взяла всего лишь мешочек с золотом и немного пищи и воды, после чего покинула город.
Лоуренс увидел птицу, летящую высоко в лунном небе. Сделав несколько кругов вокруг Лоуренса и Хильде, она направилась на восток.
Хильде ушел.
Если его не будет в компании слишком долго, при появлении там его и убить могут. Несомненно, следующие несколько дней будут самыми долгими в его жизни.
Лоуренс как торговец был бы счастлив, если бы ему удалось помочь Хильде достичь своих целей. Но Хильде так и не попросил его о помощи напрямую.
Это было понятно. Лоуренс был всего лишь бродячим торговцем, и от одной мысли о том, чтобы сунуть голову в распри компании Дива, у него мурашки бежали по спине.
И тем не менее Лоуренсу стало немного тоскливо, когда он вновь остался при роли бродячего торговца. Он в одиночестве вернулся на постоялый двор – комната показалась ему непривычно большой – и лег на кровать.
Разлуке с Хоро предстояло длиться меньше недели, но все же он подумал: «Пожалуйста, возвращайся скорее».
Глава 7
На следующий день, едва проснувшись, Лоуренс принялся искать глазами Хоро.
Конечно, это было бессмысленно; он покраснел, едва осознав, что делает.
Он считал, что Хоро очаровательна, когда ищет его глазами, а она, вероятно, думала то же самое о нем. В комнате было тихо, если не считать шума улицы, доносящегося через закрытые ставни. Лоуренс поскреб бородку и вздохнул.
Он вышел во внутренний дворик, поздоровался с упражняющимися и болтающими между собой наемниками и начал подравнивать бородку. Он делал это сотни раз, однако и это привычное занятие не принесло успокоения.
Конечно, он прекрасно понимал, почему.
Хоро.
Даже несмотря на то, что он знал, что ее не будет лишь несколько дней, он чувствовал себя как человек, у которого взяли в починку любимый нож: чувство пустоты в руке. Пожалуй, ему следовало еще в Ренозе настоять на том, чтобы отправиться вместе с Хоро в Йойтсу. Возможность крутить в голове подобные мысли без стеснения – пожалуй, единственное хорошее в том, что Хоро не было.
Позволив себе роскошь печальной задумчивости, Лоуренс затем отправился в город и поменял все серебряные монеты, какие у него были, на золотые. При обычных обстоятельствах тот, кто желал приобрести золотые румионы, должен был бы отправиться к менялам компании Дива, но сейчас, когда вокруг новых монет поднялась такая суматоха, все желали заполучить серебро, да так отчаянно, что готовы были его с руками отрывать.
