глухая. Многих из них арестовали, и они погибли, многие дожили до наших дней. Литва была разделена на 5 апигардов (военно-партизанских районов). Во главе того, где воевал я, стоял человек под псевдонимом Ванагас (Ястреб). Он продержался в лесу 12 лет. Потом попытался легализоваться в городе. Но КГБ в конце концов его расшифровало и замучило на допросах»[45]. Об этом «партизан» рассказал только в конце прошлого века. В период «холодной войны» мало кто из числа представителей «радикальной оппозиции» был откровенен с журналистами.
Одна из первых попыток рассказать об этой тайной войне была предпринята в 1948 году. Тогда в бюллетене одной из организаций литовских эмигрантов — Объединенное Демократическое Движение Сопротивления ((BDPS, General Democratic Resistance Movement), базировалось на территории Швеции) были опубликованы документы, тайно вывезенные в конце 1947 года Юзасом Лукса (Juozas Luksha) и Казимиром Пуплусом (Kazimieras Pypyls) из СССР. А в 1950 году в Чикаго вышла книга «Партизаны за железным занавесом».
В Советском Союзе заговорили об истории ликвидации «лесных братьев» в конце пятидесятых годов прошлого века. В 1959 году ЦК КП Литвы принял решение о формирование специальной группы офицеров КГБ и историков для подготовки серии монографий о движение «лесных братьев» в республике.
Понятно, что все работы, написанные членами этого редакторского коллектива, носили пропагандиский характер, отражающий официальную точку зрения на события первого послевоенного десятилетия. Эти публикации использовались для доказательства факта поддержки и координации спецслужбами США, Англии, ФРГ, Франции и Швеции антисоветско-националистических движений. А в то время это был очень болезненный удар для Америки. Провал операции на Кубе, когда отряды наемников были ликвидированы в Заливе Свиней и сбитый 1 мая 1962 года в небе над Уралом самолет — разведчик U-2.
До середины восьмидесятых годов прошлого века в СССР продолжали выходить художественно — документальные сборники, где чекисты (непосредственные участники описываемых событий) вместе с профессиональными журналистами создавали героические истории. Часто в них меняли имена, детали отдельных операций, но в целом эти повести отражали суть, но не размах, проводимых органами госбезопасности операций.
Одна из первых монографий, посвященная деятельности литовских «лесных братьев», книга Д. Бразаитис-Судувиса (J. Brazaitis-Suduvis) с символическим названием «В полном одиночестве» появилась в продаже в 1964 году. Затем издали еще несколько работ. Авторы большинства публикаций не имели доступа к самому ценному источнику информации — республиканским архивам органов советской госбезопасности и коммунистической партии. А перебежчики из советской внешней разведки и контрразведки могли рассказать мало об операциях в Прибалтике в первое десятилетие «холодной войны». Да и руководителей западных спецслужб их истории почти не интересовали.
В Литве об истории «лесных братьев» заговорили только в 1988 году, когда появились первые публикации на эту тему. А в 1991 году начал регулярно выходить сборники «Архив борцов за свободу». В них печатались воспоминания «лесных братьев», документы о партизанах НКВД-МГБ, исторические статьи и другие материалы[46].
А что на самом деле происходило в республиках советской Прибалтике? Начнем с краткого перечня антисоветско-националистических организаций. Наибольшую активность проявляли: «Армия освобождения (свободы) Литвы» (ЛЛА), «Союз литовских партизан», «Эстонский национальный комитет» и «Союз вооруженной борьбы» (Эстония), «Латышское национальное партизанское объединение» (Latvian National Partisan Union (LNPA)), «Латвийский союз охраны Родины» (Latvian Homeland Guards Union (LTSA)), «Организация латышских национальных партизан» (Organisation of Latvian National Partisans) и «Ястребы Родины» (Hawks of the Fatherland)[47]. Все они строились по принципу военизированных структур и их численность доходила до десятков тысяч вооруженных бойцов.
При этом сложно говорить о централизованной борьбе, которая координировалась из единого центра, как, например, это было на Западной Украине. Названные выше организации были оперативно ликвидированы органами госбезопасности, а их место заняли территориальные отряды. Некоторые из них носили громкие названия, хотя на самом деле объединяли «лесных братьев» одного района или уезда. Поэтому среди жертв чекистов сложно выделить «культовые» личности, которые можно было потом объявить национальными героями.
Хроника ликвидации отдельных бандформирований в версии современных прибалтийских историков звучит примерно так. «С 20 по 24 декабря 1944 года, накануне Католического рождества, в результате 74 карательных операций в трех районах Литвы было убито около 400 человек, большинство из которых мирные жители. В 1944 и в 1945 годах 13 200 человек погибло и было замучено до смерти на допросах…»[48] Хотя существуют данные и по отдельным бандам. Например, «14 партизан было убито в Пузенском лесу 14 декабря 1944 года; 24 в Узеленском лесу 12 января 1945 года; 68 в Трусканайском лесу 9 февраля; 75 в Азагайском лесу 27 марта; 83 в Лабанорском лесу 10–12 марта; 36 в области Вепраи 20 марта…»[49]. Имена руководителей оставались неизвестными. Дело в том, что приведенные выше данные взяты из документов подготовленных самими чекистами. Понятно, что в отчетах проходило только количество уничтоженных бандитов.
Хотя встречаются имена отдельных командиров — тех, кто дожил до начала пятидесятых годов прошлого века. Например, 30 марта 1953 года в лесном бункере был арестован капитан армии Литовской буржуазной республики Джонас Земаитис (Jonas Zemaitis). В этом факте нет ничего примечательного, кроме того, что выступая на заседание ЦК КПСС 26 мая 1953 года Лаврентий Берия назвал охарактеризовал его «выбранного подпольем президента Литвы». Арестованного срочно доставили в Москву «на переговоры» с Лаврентием Берия. Их встреча состоялась 25 июня 1953 года. А затем его расстреляли 26 ноября 1954 года.
В 1953 году были ликвидированы три его соратника — Юзас Сибаила (Juozas Sibaila) (командовал «партизанми» западного и восточного районов республики), Антанас Баксус (Antanas Baksys) и Сергус Станискис (Sergijus Staniskis). Еще 45 «лесных братьев» во главе с Адольфом Раманаускасом (Adolfas Ramanauskas) («был замучен (согласно записи в тюремной медицинской книге) и расстрелян 29 ноября 1957 года») сумели прожить на свободе до 1956 года.
А вот два «лесных брата» скрывались от советской власти до 1965 года. Их поймали, приговорили к высшей мере наказания, но потом смягчили приговор — заменив на двадцать лет тюрьмы. Последнего «литовского партизана», Стасиса Гюига (Stasys Guig), который много десятилетий скрывался на лесном хуторе, обнаружили и арестовали в конце его жизни, в 1986 году.[50]
Аналогичная картина складывались и с теми, кто погиб от рук «лесных братьев». Есть лишь сухая статистика, которая позволяет оценить масштабы трагедии, разыгравшийся после окончания Великой Отечественной войны.
