стороны, которые можно было бы использовать для получения от этих людей информации о советских воинских частях за границей, их вербовки с целью оседания на территории СССР после их откомандирования или увольнения в запас… Иностранные разведки и зарубежные антисоветские центры предпринимали активные попытки использовать для вербовки агентуры и заброски ее в нашу страну вывод советских войск из Австрии».
Современные германские историки А. Вагнер и М. Уль подтверждают, что эта деятельность велась исключительно активно: агентурное наблюдение велось за 169 советскими гарнизонами, и что уже в 50-е годы БНД имела на территории ГДР до 4 тысяч информаторов.
Следует подчеркнуть, что на период 1947–1953 годов приходятся коренные изменения в стратегии и организации разведывательно-подрывной деятельности западных стран против СССР и, по американской терминологии, его «сателлитов» — стран народной демократии. О чем очень скоро стало известно органам МГБ СССР.
Исполнительным декретом президента США Г. Трумэна уже в декабре 1947 г. ЦРУ было предоставлено право на проведение «тайных операций», хотя эта задача и не ставилась перед ним законом «О национальной безопасности» от 26 июля того же года[32]. И с этого момента, расширение масштабов тайных операций стало одним из главных направлений американской внешней политики.
Директива Совета Национальной безопасности США № 10/2 «Об отделе специальных проектов» от 18 июня 1948 г. так раскрывала содержание этого термина: «тайные операции» это — «все действия, которые проводятся или организуются нашим правительством против враждебных государств или групп или в поддержку дружественных иностранных государств или групп, но которые планируются и проводятся так, чтобы какая либо ответственность за них правительства США была неочевидна для неуполномоченных лиц, а в случае раскрытия правительство США могло бы правдоподобно отказаться от какой-либо ответственности за них. В частности, такие операции включают любые тайные действия, связанные с пропагандой, экономической войной, превентивными активными действиями, включая мероприятия по саботажу, антисаботажу, уничтожению и эвакуации, подрывной деятельности против враждебных государств, включая помощь нелегальным движения сопротивления, партизанам и освободительным группам в изгнании и поддержку местных антикоммунистических элементов в находящихся под угрозой странах свободного мира. К таким действиям не относятся вооруженный конфликт опознаваемыми военными силами, а также прикрытие и дезинформация для военных операций»[33].
Напомним, что все изложенное нарушало обязательства, добровольно принятые США при подписании 26 июня 1945 г. Устава Организации Объединенных Наций (ООН, Статья 2).
Объектами подрывного воздействия спецслужб западных государств в советской зоне оккупации Германии были определены как формирующиеся здесь немецкие органы власти и управления, так и советские учреждения и части ГСОВ. Эта стратегическая установка активно поддерживалась помощником госсекретаря США по оккупированным территориям Фрэнком Г. Визнером.
В директиве СНБ 20/1 «Цели США в отношении России», утвержденной 18 августа 1948 г., недвусмысленно разъяснялось: «Наши основные цели в отношении России, в сущности, сводятся всего к двум:
а) Свести до минимума мощь и влияние Москвы;
б) Провести коренные изменения в теории и практике внешней политики, которых придерживается правительство, стоящее у власти в России»[34].
Для непосредственного осуществления этой масштабной программы еще 1 сентября 1948 г. в ЦРУ был сформированы специальный Отдел координации политики (ОКП), руководителем которого вскоре был назначен Фрэнк Г. Визнер. Перед отделом «координации политики» непосредственно ставились задачи:
• поддержки «оппозиционных движений» в «недружественных» США странах — восточно-европейских государствах;
• осуществления акций «экономической» войны;
• создания и поддержки антикоммунистические группы и «фронтов», а также «резервных» агентурные сетей на случай будущей войны.
К октябрю 1948 г. Визнер разработал несколько проектов, включавших элементы «экономической войны», официальную (СМИ) и подрывную пропаганду (радиостанций «Свободная Европа» и «Освобождение» — мая 1959 г. она стала называться «Свобода»[35]), проведение «тайных операций». В том числе — с использованием эмигрантских организаций, созданных или поддерживаемых ЦРУ и СИС «оппозиционных», и «повстанческих» (на случай возникновения военного конфликта на европейском театре военных действий) организаций.
Именно представительство ОКП в Германии ведало операциями по созданию радиостанций «Свободная Европа» и «Свобода», которые должны были стать важным элементом «психологической войны»[36] против «советского блока».
Помимо ОКП, тайные операции против СССА и стран народной демократии планировал и проводил отдел специальных операций (ОСО) ЦРУ, штаб-квартира которого в Германии находилась в городе Карлсруэ. В начале 1950-х гг. Отдел спецопераций разработал масштабную «международную программу «стимулирования дезертирства», то есть, поощрения бегства на Запад граждан социалистических государств. Эта программа включала в себя проведение целого ряда спецопераций в различных странах и против различных объектов — от населения ГДР и военнослужащих ГСОВГ, других групп советских войск за границей, до сотрудников советских посольств, специалистов и даже резидентур советской разведки за рубежом.
Проводившиеся БОБ ЦРУ оперативные мероприятия в рамках этой программы получили название операции «Рэдкэп». Особый упор делался на осуществление конспиративных вербовочных контактов с советскими военнослужащими, сотрудниками СВАГ и спецслужб СССР, других государственных ведомств. Одна из особенностей операции «Рэдкэп» — массовое использование агентов-женщин в качестве «приманки» для целенаправленного изучения и возможной вербовки избранного объекта.
ЦРУ не безосновательно полагало, что наилучшими возможностями для налаживания контактов с советскими гражданами обладают лица различных национальностей, владеющие русским языком, знакомые с привычками, укладом жизни и менталитетом советских людей. Для того, чтобы скрыть их связи с правительственными органами США, ЦРУ как активно использовало эмигрантские антисоветские организации НТС («Народно-трудовой союз»), СБОРН («Союз борьбы за освобождение народов России»)[37], так и создавало новые «организации прикрытия» — Конгресс свободной культуры[38], Группу борьбы против бесчеловечности (1950–1959 гг.), Комитет свободных юристов (1952–1958 гг.). Две последние организации были самоликвидированы их руководством во второй половине 1950-х годов после разоблачения СМИ их связей с американской разведкой.
И, по прошествии более чем семидесяти пяти лет с момента описываемых событий, можно сказать правду о том, что советское руководство, благодаря действиям разведки и контрразведки, имело немало достоверной информации о конкретных разведывательно-подрывных замыслах, планах, стратегии и тактике действий спецслужб западных государств против СССР, организаторах и исполнителях конкретных акций.
Из рассекреченных в начале 1990-х годов документов МГБ СССР следует, что только в первой половине 1948 г. на территории Германии за шпионаж были арестованы 549 человек, из них 341 американский агент, 121 — британский, 31 — французский, 6 — агентов других западных спецслужб.
Например, оперативным сектором МГБ в Тюрингии 20 июня 1948 г. по оперативному делу «Нить» были арестованы 88 агентов (в документах МГБ они именовались «американскими шпионами»). Однако позднее,
