в конце данной главы.
Немало малоизвестных страниц истории связано с самим движением «лесных братьев». Ведь оно возникло не в конце Второй мировой войны, а значительно раньше. И организовали его сами большевики — для борьбы с существующим царским режимом. А когда поняли бесполезность этого метода, то просто самораспустили многочисленные вооруженные формирования. Нечто похожее произошло и в начале пятидесятых годов прошлого века — сначала чекисты уничтожили истинных «лесных братьев», затем создали подконтрольные организации, а когда те выполнили свою миссию, то просто самораспустились.
«Ликвидировать любой ценой»
В нашей стране с «лесными братьями» начали бороться еще… в 1905 году. Тогда на территории Латвии вооруженные бандформирования действовали под чутким руководством местных социал-демократы. Движение развернулось после декабрьских вооруженных восстаний 1905 года и максимального подъёма достигло летом 1906 года.
В группы «лесных братьев» входили бывшие члены волостных распорядительных комитетов, дружинники, скрывавшиеся в лесах от карательных экспедиций царского правительства. При поддержке крестьян они отражали нападения войск, боролись с немецкими баронами. Жгли помещичьи имения, устраивали митинги, распространяли революционные воззвания, закрывали корчмы, нападали на волостные правления. Очень походе на то, что происходило в Прибалтике и в Западной Украине после Великой Отечественной войны.
Только в Курляндской губернии с января — по ноябрь 1906 года «партизаны» совершили около 400 акций. По размаху они превысили своих исторических последователей. Группы «лесных братьев» действовали до декабря 1906 года, когда по решению социал-демократов Латышского края в условиях отступления революции они были ликвидированы.[41] Об этом в СССР предпочитали не вспоминать.
А вот другой малоизвестный факт. До 1918 года Латвия и Эстония не были самостоятельными государствами. Сначала они были частью Швеции, а при Петре I стали частью российского государства. Если бы не Октябрьская революция, то эти республики продолжали бы входить в состав Российской империи так и не ощутив независимость.
Обретя независимость, они тут же потеряли ее — благодаря собственным политикам, которые стремились интегрироваться с Германией и удалиться от России. При этом все три республики (по крайне мере большинство их жителей) мечтали жить в независимых государствах, где Германия играла роль равноправного партнера, а не «старшего брата». Объяснение причин этого явление выходит за рамки данной книги. Нам лишь важно два фактора: с одной стороны фашистские спецслужбы чувствовали себя на территории этих стран достаточно свободно и смогли создать мощную агентурную сеть (с ней пришлось бороться чекистам в 1940 и 1945 годах), а с другой стороны достаточно большой процент населения выступал за независимость своих стран от СССР (большинство этих людей ушли в «партизаны», при этом они были еще и антифашистами).
В Литве, в результате государственного переворота 17 декабря 1926 года к власти пришел профашистский режим партии «Таутининкай саюнга» (Союз националистов) во главе с Антанасом Сметоной, который 12 апреля 1927 года объявил себя «вождем нации» и окончательно распустил парламент. Вплоть до 1 ноября 1938 года в стране действовало военное положение (отмененное по требованию гитлеровской Германии в связи с событиями в Клайпеде — там начались волнение немецкого населения, права которого якобы ущемляли местные власти). При этом диктатор выступал за интеграцию с Германией. В этом нет ничего удивительного. Ведь еще в 1917 году, когда он возглавлял «Литовский Совет» («Летувос тариба»), принявший «Декларацию о присоединении Литвы к Германии». В ней говорилось:
«Тариба Литвы просит у Германской империи помощи и защиты… Тариба высказывается за вечную, прочную связь с Германской империей; эта связь должна осуществляться на основе военной конвенции, общих путей сообщения и на основе общей таможенной и валютной системы».
Тогда этот план не был реализован — из-за краха Германской империи.
В Эстонии диктатура была установлена лидером Аграрной партии Константином Пятсом, совершившим переворот 12 марта 1934 года при поддержке главнокомандующего вооруженными силами генерала Йохана Лайдонера. Парламент был распущен, в марте 1935 года в стране были запрещены все политические партии, а 28 июля 1937 года принята конституция, согласно которой в Эстонии устанавливался режим, опиравшийся на единственную разрешенную общественно-политическую организацию «Изамаалийт» («Отечественный союз») и военизированную организацию самообороны — «Кайтселийт» («Союз защиты»). И руководство этой республики было заинтересовано в интеграции страны с Третьим рейхом. Французская разведка констатировала в 1939 году:
«руководители Эстонии и высшие офицеры эстонской армии (в особенности генерал И. Лайдонер, второй человек в государстве, долгое время связанный с британцами) находятся в настоящее время на содержании немцев»[42].
На территории Эстонии летом 1941 года действовала диверсионная группа «Эрна», численностью до 1800 человек, а в Финляндии с мая 1941 г. функционировала группа «Эрна-2», готовящая под руководством немецких инструкторов диверсантов для заброса в Эстонию. В течение Великой отечественной войны из состава этой группы было заброшено около 2,4 тыс. диверсантов. В лесах Литвы, имеющей непосредственную границу с Германией, помимо националистических группировок, скрывались части литовской армии, не подчинившиеся советской власти[43].
Когда летом 1944 года советские войска начали освобождать страны Балтии, то в Москве прекрасно понимали, что боевые действия в этом регионе не закончатся после отступление фашисткой армии и капитуляции национальных армейских частей. Республики, как и в 1940 году, будут активно бороться за свою независимость. Только теперь ситуация усугубляется тем, что на территории этих стран скопилось огромное количество вооружений и боеприпасов, есть профессионально подготовленные солдаты (многочисленые национальные батальоны и вспомогательные части немецкой армии укомплектованные местными жителями), да и само население прекрасно понимало, что такое жить в СССР. Например, новую власть в Литве в первый месяц ее существования поддерживали только 14 % населения, а в декабре 1944 года более 33 тысяч мужчин скрывались от органов новой власти[44]. Просто многие из них служили при немецкой власти и справедливо опасались наказания.
В той же Литве в первые послевоенные годы во многих городах существовало очень мощное антисоветское подполье, которое активно поддерживало «партизан». Витаускас Житкус, сражавшихся (с 1944 по 1949 год) в одном из отрядов «лесных братьев» утверждал, что «вильнюсское, каунасское, алитусское подполье оказывало большую поддержку. Оттуда мы получали медикаменты, пишущие машинки, бумагу для газет и листовок. Входили люди разные: интеллигенция, рабочие, служащие. Наши люди работали и в советских учреждениях. Без них разведка была бы слепая и
