Ведь я люблю нашу пекарню. Моя семья вот уже шесть поколений снабжает хлебом всю округу. И я люблю тебя, – девушка потянулась к его лицу, и ей хватило смелости прикоснуться к его щеке.
– Ты еще слишком молода, Габриэла, и не понимаешь, от чего отказываешься.
Он отстранил ее ладонь от лица, но не выпустил из своей. Их пальцы переплелись.
– А я старше тебя и… хммм… опытнее.
– Меня не волнует, что я не первая, кто ляжет с тобой в эту постель. Но я хочу быть последней.
Девушка откинула темную челку с его лица и наклонилась так близко, что Лео чувствовал ее горячее дыхание со сладкой примесью граната. Одной рукой она начала расстегивать его рубашку. Но он нежно перехватил ее запястье.
– Спешить некуда, Габриэла.
– Но, Лео, я люблю тебя, сколько себя помню. Мы вместе выросли. У нас общие детские воспоминания, глупые секреты. Ты помогал мне донести сумку из школы, помнишь? На моих глазах ты стал мужчиной… красивым мужчиной, страстным и заботливым. В котором столько нерастраченной любви. Я замечаю, как ты относишься к Матео. И к лошадям. Это чудесно, – она схватилась за деревянную балку. – Пора остепениться, Лео. Время бесшабашного веселья прошло. Ты можешь искать еще двадцать пять лет, но тебе не найти женщину, которая будет любить тебя сильнее, чем та, что сейчас сидит рядом.
– Пора остепениться? Значит, ты поговорила с моей мамой.
Почему все женщины вокруг считают, что им лучше известно, как ему жить? Может, и правда пора перестать взбрыкивать и признать, что эта деревня будет его домом на всю оставшуюся жизнь. Иногда ему так хотелось узнать, что еще этот мир может предложить, но в глубине души Лео осознавал, что вряд ли когда-либо покинет это место. Однажды он был в Мадриде и едва не задохнулся от жары и давки. Казалось, на всех людей воздуха просто не хватит. Провести там выходные было очень интересно, но он едва дождался встречи с родной деревушкой, ее золотыми полями и уютными запахами. Если бы только можно было запереть в бутылке запах сена, навоза и лошадиного пота. Ведь ни одно животное в мире не пахнет так прекрасно, как лошадь.
У него было немало девушек. Говоря откровенно, их было очень много. В курортный сезон он менял их каждую неделю. Гостьи с радостью поддавались коварному очарованию диковатого наездника, чьи опытные руки могли успокоить даже самую нервную кобылку. Но он никогда прежде не влюблялся. До этого момента.
– Лео?
Он взял лицо Габриэлы в ладони и позволил одной из них соскользнуть на ее шею, чтобы притянуть девушку ближе. Коснувшись ее нежных губ, он вновь ощутил теплое дыхание и понял, что больше ему нечего желать. Она прижалась к нему всем телом, и его руки оказались под ее платьем. Но внезапно Лео остановился.
– Подожди, Габриэла. В этот раз я хочу сделать все, как положено. Не будем торопиться. Позволь мне относиться к тебе со всем уважением, которого ты заслуживаешь, – он прочистил горло. – Габриэла Круз, окажете ли вы мне честь поужинать со мной завтра вечером?
Она встала и оправила свое платье. Девушка выросла в пекарне, и богатая углеводами диета сказалась на ее фигуре, придав ей умопомрачительные изгибы.
– Леонардо Перес, я с радостью приму ваше щедрое предложение.
– В таком случае, я…
Он остановился, услышав ржание. Но не то, тихое и забавное, которым лошади приветствуют друг друга. Это был скорее злобный горловой рык, вслед за которым хлопнула дверь конюшни.
Лео мгновенно вскочил на ноги и натянул сапоги.
Дьябло.
Парень сбежал вниз по лестнице и бросился во двор. Несмотря на темноту, он отчетливо видел черного жеребца с безумными глазами, который застыл в напряженной позе. Грудь его вздымалась, ноздри раздувались, а с морды капала пена.
– Тише, тише, мальчик. Все хорошо. Кто тебя напугал? – Лео приблизился и протянул коню ладонь, чтобы тот мог понюхать ее.
Он услышал испуганный вздох Габриэлы за спиной, но не решился обернуться. Никаких резких движений и громких звуков, когда приближаешься к напуганной лошади. Только тихие, успокаивающие слова. Ему почти уже удалось схватить поводья, когда Дьябло встал на дыбы, и его подковы сверкнули перед глазами Лео. Он отскочил назад, но недостаточно быстро. Конь сшиб его с ног. Габриэла закричала. Парень сильно ударился спиной, так что из него вышибло весь дух. Кое-как он перекатился на спину и поднялся на колени.
– Куда… куда он делся? – спросил Лео, задыхаясь, словно воздух поступал в легкие через тонкую соломинку.
Габриэла уже была рядом.
– Он пробежал по двору и перепрыгнул через ограду, – ответила она. – Господи, ты в порядке?
Она потерла ладонью его спину. Тут из дома выскочили родители и бросились во двор.
– Ты в порядке, сынок? – закричала Марисса.
– Да, мам… Просто… Просто дыхание сбилось немного.
Женщина подбежала к нему и упала на колени.
– Я знала, что этот конь принесет нам одни беды, но ты ведь никогда меня не слушаешь.
– Мам, только не сейчас.
Он протянул руку отцу:
– Поможешь подняться, пап?
Фелипе помог сыну встать на ноги.
– Не бойся, он далеко не уйдет. Просто наслаждается свободой. Видимо, ему еще не приходилось погулять на воле. Вот и все.
– М-м-м-м, – пробормотала Марисса. – Хотела бы я сомкнуть руки на его шее и дать себе волю.
Лео улыбнулся. Он знал, что мать и на пушечный выстрел не подойдет к этому зверю.
– Иди на кухню и приведи себя в порядок. Пойду, проверю Матео. Ума не приложу, как он может спать под такой шум.
– Да, мам.
Парень отряхнул рубашку и потянулся, сведя лопатки, чтобы избавиться от чувства оцепенения. Теперь потребуются новые поводья, фонарик и ведро корма. Он ведь ни за что не бросит Дьябло на произвол судьбы. В глазах лошади Лео, совершенно точно, видел испуг, а не злобу.
Габриэла приблизилась к нему сзади.
– Я иду домой, – сказала она, встав на носочки и поцеловав его в щеку. – Надеюсь, ты найдешь своего скакуна.
– Габриэла, я…
Его прервал оглушительный вопль матери, разнесшийся по всему двору. Подобрав юбки, она стояла в дверном проеме. Мягкое мерцание огня в камине подсвечивало ее силуэт.
– Матео пропал, – прокричала она. – Мой малыш пропал.
10
Его нашла Габриэла. Кто бы мог подумать, что девушка с таким мелодичным и нежным голосом способна так пронзительно визжать.
– Леееееееееооооооооо! – кричала она, задыхаясь.
Парень был на сеновале. Переворачивал тюки и встряхивал конские попоны. Младший брат любил приходить туда и, свернувшись калачиком, дремать вместе с кошками. Кроме того, его дымчато-серая любимица совсем недавно произвела на свет очередной помет котят. Услышав крик, Лео бросился во двор и едва не налетел на Габриэлу.
– Он… Он в конюшне, – выдохнула она. – Мне кажется, он не дышит.
Оттеснив ее в сторону, Лео бросился в стойло, отведенное Дьябло, и увидел там Матео со склеенными кровью темными волосами
