интересует, с кем это пришел наследник, - пыталась я урезонить Дина, хотя мне это даже нравилось.
- Их интересует, свободна ли ты, - Рид пристально смотрел на меня. - Видимо, придется не отходить от тебя ни на шаг.
- О, это меня вполне устроит, - я довольно пожала обнаженными плечами, на что Дин многозначительно взглянул на меня и выдохнул.
Свет кристаллов замигал, а затем потускнел, заиграла музыка, и мы поспешили занять свои места в зале. Цветы в вазах заблестели, придавая мероприятию особое волшебство. Я прижалась к Дину плечом, а он сжал мою ладонь в своей руке. Сейчас, когда в полумраке все ожидали появления жениха и невесты, до нас точно никому не было дела.
Двери, наконец, распахнулись, и под мелодичную музыку в зал вошли Мартин и Эрика. Свободное платье на бретельках удивительным образом скрывало живот напарницы, а блестящая ткань переливалась в тон цветам. Такой красивой и счастливой я ее ни разу не видела. Эрика держала жениха под руку и уверенным шагом двигалась к центру зала, где их уже ожидала девушка в строгом черном наряде и с эфирным кристаллом в руках. На передних рядах не скрывали своих слез родители молодоженов.
- Жизнь так коротка и скоротечна, что порой в нет места верности и постоянству, - серьезный тон церемониймейстера звучным эхом прокатился по залу. - И только те, кто познал их грани, укрепил свои чувства, решаются произнести свои клятвы в Эфире, чтобы об их любви стало известно в обоих мирах...
Девушка протянула вперед бирюзовый кристалл, сияющий глубоким внутренним светом.
- И сегодня мы с вами собрались здесь, чтобы разделить с Мартином и Эрикой этот радостный и важный момент…
Когда молодожены одновременно коснулись эфирного камня, обручальные кольца на их руках озарились ярким свечением. Я тут же услышала чьи-то всхлипывания. Кажется, чья-то мама окончательно расплакалась.
- Эрика, милая, - светловолосый Мартин был выше ее, он выглядел сурово и серьезно, когда вел ее в центр зала на церемонию, но сейчас его голос дрогнул, - несмотря на трудности настоящего и неизвестность будущего, я обещаю быть верным тебе. Я буду любить тебя, слушать тебя и быть с тобой на протяжении всей нашей жизни... В Верхнем и Нижнем мире!
На этих слова отважная напарница, которая без страха залезала в самые жуткие дома Эстера, едва сдержала слезы, а у меня по телу побежали мурашки.
- Мартин, - дрожащим голосом начала Эрика, - пусть мои слова услышит Смерть и все его Всадники, я обещаю любить тебя на протяжении всех наших жизней…. и в Верхнем... и Нижнем мире! Чтобы ни случилось... я всегда буду с тобой...
Глава 22-2
От душивших эмоций она прерывалась на каждом слове. И когда кристалл ярко вспыхнул, скрепляя их клятвы и кольца Эфиром, зал разом охнул, а я не заметила, как слезы навернулись на глазах.
- Властью, данной мне правителями Эстера, я объявляю вас мужем и женой. Да озарит Свет ваш брак!
Под громкие аплодисменты новобрачные поцеловались. Заиграла веселая музыка, и гости тут же ринулись поздравлять молодых. Эрика стояла потерянная, очевидно, не зная, как реагировать на происходящее, утопая в бесконечных пожеланиях, поцелуях и объятиях.
- Дин Рид, Леди Тали! Это большая честь для нас, что вы присутствуете на свадьбе нашей дочери, - как только мы подошли поближе к новоиспеченной семье, нас тут же перехватили родители Эрики.
- Ох, мам, я же просила! - тут же попыталась успокоить ее напарница.
- Поздравляю! Ты выглядишь просто шикарно, - я обняла Эрику, а затем жениха.
Дин с серьезным видом что-то говорил им, но те лишь улыбались и кивали.
- Я рад, что ты здесь, - улыбнулся Мартин наследнику, и уже переключился на других гостей.
- Вы знакомы? - спросила я у Рида, когда мы выбрались из толпы.
- Да, он раньше помогал моему отцу, а теперь мне. Немногие могут заслужить похвалу от Правителя, так что Эрике с ним повезло.
- О, мне ли не знать, ни разу не слышала ничего хорошего в свой адрес от него, - усмехнулась я.
Один из официантов тут же предложил нам шампанское, Дин ничего не ответил на мое замечание, лишь молча взял нам по бокалу.
- Зато я ни разу не слышал, чтобы хоть о ком-то хорошо отзывалась моя мама, особенно о девушках, - произнес он, когда мы сделали по глотку. - Но вот ты стала исключением.
Я едва не поперхнулась, а пузырьки ударили в голову.
- И что она сказала?
- Милая девочка, из нее определенно выйдет толк, - Дин продолжал разглядывать мое декольте и обнаженные плечи. - Видела бы она сейчас эту милую девочку.
- Что, я слишком откровенно одета для будущего Хранителя? - рассмеялась я. - Или слишком для девушки наследника? Хотя о чем я, тебе ведь нужно рациональнее распорядиться своей свободой, нежели терять время на странную связь с кандидатом.
Что-то едкое всколыхнулось внутри меня. Его родители весьма недвусмысленно намекали на то, что Дину скоро придется распрощаться со статусом холостяка и найти невесту из какой-нибудь соседней обители для заключения союза. Я все понимала, или пыталась понять, но, Смерть меня раздери, как же эта мысль бесила меня. Я не представляла Дина с кем-то другим и не знала, как смогу пережить это.
- Так ты все-таки слышала наш разговор? - наследник резко помрачнел. - Как бы то ни было, это никак не относится к тебе и моим чувствам.
- Я - милая, но не настолько, чтобы видеть меня твоей невестой, - злость снова кипела внутри меня.
- Леди... - Дин нахмурился еще сильнее.
- Да ладно, я пошутила, - усмехнулась я и отпила из бокала.
Он неожиданно протянул мне руку, приглашая на танец. Отставив шампанское, мы быстро смешались с другими гостями.
- Сделаем скидку, что это все еще Тьма говорит в тебе, - он крепко прижал меня к себе.
А я смотрела на все это вокруг, на счастливых Эрику и Мартина, других танцующих парочек, и понимала, что у нас с ним не будет никакого будущего. Ни клятв, ни церемоний, ничего. Но вместо привычной боли во мне буквально бурлила ревность.
- Причем тут это? - фыркнула я. - Знаешь, как сложно представить тебя с другой? От одной этой мысли хочется...
- Никакой другой еще нет, - каким образом Дину удавалось чувствовать мое настроение и находить ниточки, за которые можно дергать, оставалось загадкой, но его вкрадчивый голос всегда успокаивал меня. - У тебя нет причин для ревности и ненависти, и уж тем более моя мама
