с тыла, нанеся чудовищные потери волшебными молотами, а затем сошлась в рукопашном бою.
Кэлхар с трудом верил в такую милость Госпожи. Посланный навстречу Лагатцу караван с волшебными молотами, ведомый указаниями Эртэс, сумел встретиться со спешащей на подмогу ватагой вождя Лагатца, и теперь степные орки принесли это ужасное оружие как нельзя более кстати. Наступление серой чумы захлебнулось в дыму, огне и кровавом тумане.
Однако три дракона все еще двигались вперед и уже выбрались на твердую землю.
— Рассеяться! — завопил Кэлхар. — Прикажите пехоте рассеяться и собраться в центре, а тем временем Лагатц разнесет драконов!
Рыцари бросились выполнять приказ, уводя группы пехотинцев за собой. Скорпионы и онагры пришлось бросить — здесь они все равно уже ни к чему. Страшные молоты колдуна-оружейника свое дело сделают!
Кэлхар направил коня поближе к драконам, чтобы хорошо видеть происходящее, но не попасть при этом под удар волшебной булавы. Вскоре он осознал, что дела обстоят не так радужно, как казалось поначалу: огромная толпа гоблинов и орков-людоедов оказалась между драконами и степными орками, и паровые машины стремительно наращивали отрыв, в то время как воины Лагатца увязли в месиве рукопашной схватки.
Рыцарь пришпорил коня и помчался навстречу Лагатцу прямо сквозь толпу разбегающихся в ужасе людоедов. Пули свистели над головой, били в щит и нагрудник, одна каким-то образом попала в руку, держащую щит, разлив по телу волну боли, но Кэлхар сжал зубы, пришпоривая коня все сильнее.
Группу степных орков с топорами в одной руке и волшебным оружием в другой он встретил почти сразу. Многие воины Лагатца уже успешно применили свои булавы и теперь крошили в мелкий фарш гоблинов и людоедов двуручными топорами, но некоторые все еще придержали свои в ожидании лучшего момента, а теперь — увязли в сражении.
— Убейте драконов! — закричал Кэлхар, подскакав к ним. — Если не остановить их сейчас — все пропало! За мной, я проложу вам путь!
Благодарение Эртэс, то ли среди них нашелся знающий арлансийский, то ли они поняли его и так. Вся группа устремилась за Кэлхаром, на ходу отбиваясь от попадающихся на пути врагов. Рыцарь с диким воплем помчался впереди них, давя конем и отчаянно рубя все, что попадалось на его пути и не обращая внимания на жужжащие вокруг пули, благо их было не так уж и много. Несущийся во весь опор кавалерист оставлял за собой кратковременный коридор, по которому почти без помех бежали молотоносцы.
Драконы уже близко, им не тягаться в скорости с подобными песчаной буре орками.
— Бросайте! Бросайте, убейте их! — крикнул Кэлхар, указывая рукой на крайнего.
Несколько молотов просвистели мимо него, ударились о панцирь дракона или легли на землю у его колес. Грохот, пламя и дым. Проскакав мимо, рыцарь сквозь облака белого дыма разглядел железное чудовище, лежащее на боку без пары колес, и услышал свист пара, бьющего через множество щелей. Конец!
— Второго! Второго! — но орки и так знали, что делать.
Дракон, идущий вторым, прожил чуть дольше: ему везло, хоть и недолго. Орки, вступившие в сражение после изнуряющего марш-броска, уже устали и теперь начали отставать, а их броски потеряли точность. Волшебные молоты несколько раз взрывались рядом, не причиняя дракону особого вреда, но затем какой-то орк метко положил молот на двадцать шагов дальше, и оружие сработало как раз в тот момент, когда дракон проехал над ним. Колеса не поотрывало, но свист пара красноречиво засвидетельствовал: этот свое отбегал.
Но последний дракон упрямо шел вперед, медленно, но неотвратимо, и уже вклинился в порядки разбегающихся солдат. Молоты взрывались рядом с ним, не причиняя урона, и рыцарь внезапно понял, почему.
Дракон был особенным. Гоблины снабдили его дополнительным панцирем на манер больших щитов, закрывающим его сверху и с боков до самой земли, по бокам этот панцирь был длиннее дракона и выступал назад, создавая защиту со стороны для толкающих его орков. Орки, правда, уже погибли, но дракон успел выбраться на твердую землю и теперь шел вперед своим ходом, не обращая внимания на рвущиеся возле него молоты.
И это было не единственной особенностью железной машины. Прямо на глазах Кэлхара группа легких кавалеристов, пытавшихся забросать дракона огненными бутылками, погибла, когда дракон выдохнул раскаленный пар не только спереди, но и с боков.
Рыцарь в бессильном отчаянии наблюдал, как дракон прокладывал себе путь прямо сквозь расположение войск. Потери были невелики, поскольку солдаты разбегались перед ним в ужасе, но хаос и паника, им посеянные, вот-вот подпишут приговор всей армии, а потом и Арлансии. Огромная махина, на панцире которого горела, не причиняя вреда, огненная смесь, казалась чем-то вроде адского чудовища. Совсем недалеко — главная позиция онагров и командный пункт короля, когда неуязвимый дракон доберется туда — все будет кончено.
Глава 44
Оглянувшись, Кэлхар увидел только двоих орков, бегущих вдогонку. Остальные, метнув свои булавы, возвращались обратно к своим. Вот еще один молот летит вперед, отскакивает от брони и взрывается рядом, оторвав кусок внешнего панциря. Проклятье!
— Перед ним! — отчаянно завопил рыцарь, обернувшись к орку с последним молотом. — Перед ним, а не в него!
Орк размахнулся, тяжеленный молот полетел вперед у упал на землю как раз перед драконом. И в тот момент, когда Кэлхар уже готовился разразиться злорадным смехом, случилось самое страшное. Дракон остановился.
Рыцарь оцепенел, осознав, что последний шанс спасти короля, армию и страну пропал впустую из-за более опытного гоблина-водителя.
В следующий миг оцепенение прошло: он уже знал, что надо сделать.
Кэлхар погнал коня наперерез и выпрыгнул из седла, напоследок хлестнув боевого товарища плетью: пускай хоть он спасется. Грохнулся на землю, заскрежетав зубами от боли, протянул руку и схватил молот, испускающий дымок из рукояти.
Теперь вперед.
Встать и сделать шаг, неся в раненной руке тяжелый щит, а в другой — несоизмеримо более тяжелый молот, было невероятно трудно, но Кэлхар справился. Еще немножко, еще чуть-чуть — одно короткое усилие, чтобы спасти все, что еще можно спасти. Сердце колотится так, что кажется — пробьет грудную клетку, ну и плевать. Всего несколько шагов можно пройти и без сердца. Даже если бы из него вырвали огненными щипцами сердце и внутренности — он все равно прошел бы эти шаги.
Навстречу с ревом устремилась струя раскаленного пара, рыцарь заслонился щитом, задержал дыхание и закрыл глаза. Облако пара вползло под броню и шлем, обожгло страшной болью лицо и шею, но он
