не знаем, сколько здесь Мантий.
Дядя Мал, дядя Мэрин — кто это был и каким образом, и, может, ему удалось…
Горе было почти невыносимым. Ей будто сломали позвоночник, ударили ножом в живот, вырвали кусок плоти. Это было так охуенно больно, и магия реагировала соответственно. Но без палочки выпустить эту обжигающую, ослепительную силу было некуда. И та попросту выжигала Сафф изнутри.
Хватит.
Невероятным усилием воли Саффрон заставила себя спрятать образ мертвого дяди в закрытую коробку. Боль ей сейчас не поможет. Она лишь заглушит инстинкты, подхлестнет эмоции. Чтобы выжить, требовался чистый разум. Нужно было, чтобы этот обыск прошел так, как планировался в доках. Она сможет поплакать, когда вся Кровавая Луна окажется в кандалах, а сама она вернется в общую гостиную Серебряных Мантий, где ей и место.
Думай.
Анализируй.
Перестраивайся.
Серебряные Мантии привели как минимум одну тактическую группу из шести человек. Скорее даже две, учитывая, как быстро накалилась ситуация в прошлый раз. Вероятно, они могли слышать каждое слово, сказанное преступниками, благодаря усиливающим чарам.
Вступят ли они в бой, если жизнь Сафф напрямую окажется под угрозой?
Нет. Лириану оставался один слог до совершения смертельного заклинания, но Аспар не отдала приказ действовать. Взять членов Кровавой Луны живьем куда важнее, чем спасти Саффрон. Капитан, как и она сама, хорошо умела представлять себе картину целиком. Но, честно говоря, это все равно причиняло боль.
Выставив вперед палочки, члены Кровавой Луны выстроились в овал: спинами к Левану, Лириану и Саффрон.
— Кастиан, поджигай хижины, — приказал Лириан, больше не плевавшийся яростью, но полный опасной, змеиной ненависти. — Выкурим их наружу.
Кастиан кивнула.
— Don incend…
— Нет! — заорал Леван, не заботясь о том, кто может услышать. Авируна замерла на середине заклинания. — Мы. Не. Будем. Сжигать. Хэвенвуд, — каждое слово он цедил сквозь стиснутые зубы, пока его взгляд, как маятник, метался по поляне. — Почему они на нас не нападают? Что-то не так.
Саффрон задавалась тем же вопросом. Существовало бесконечное количество способов, которыми Серебряные Мантии могли подойти к аресту. Они отрабатывали бесконечные варианты развития событий в деревнях, похожих на эту. Так почему вокруг было так тихо, будто все сжалось от пульсирующего напряжения?
Ответ появился на несколько мгновений позже.
Сквозь трубы каминов каждой хижины в воздух вырвался фиолетовый дым.
Саффрон узнала запах еще до того, как полностью включился мозг. Перец, пепел и гнилые розовые лепестки — это было то же самое воздушное оружие, что Мантии применяли в доках. Его завитки клубились между хижин, среди деревьев и не проникали за пределы купола, а лишь терлись о него, как вельвина о ноги хозяина.
Но на этот раз Леван был готов.
— Ans espirabullan, — произнес он, указывая палочкой себе на лицо. Возле его носа и рта появился небольшой пузырь из той же невесомой пленки, что и энергетический щит. Как только члены клана начали сдавленно кашлять, Леван проделал то же самое с каждым, начав с Саффрон, и от этого все в ее груди болезненно сжалось. Теперь, несмотря на ядовитый фиолетовый туман, они могли дышать нормально.
Стоявший рядом Сегал смотрел на купол своим странным стеклянным взглядом. С него градом стекал пот, мантия прилипла к груди, рука с палочкой безвольно висела. Казалось, он не заметил того, что Леван создал пузырь у него на лице. На самом деле, Сегал отдаленно напоминал человека, который предпочел бы находиться в любом другом месте. Как солдат, который не будет нарочно избегать приказов, но и не проявит инициативы и не пойдет в бой по своей воле. Саффрон пришла к выводу, что он был там исключительно из-за клейма. Оно было опасно даже для возвращенных.
Еще один плюс в колонке Серебряных Мантий. Тот, кто не хочет сражаться, редко бывает полезен.
Сейчас все должно было пойти иначе.
— Ладно, Мантии показали свои козыри, — пробормотал Леван, запустив руку в волосы. Звук его голоса отдавался странным эхом. — Они прячутся по разным хижинам. Мы разобьемся на пары и будем разбираться с ними по очереди, пока не найдем того, кто создал щит. Мы с Сильвер пойдем в туннели. Там опаснее всего, потому что они могут быть запечатаны, и мы окажемся в ловушке, но у нас будет эффект неожиданности.
Сердце в груди Сафф грохотало, как военный барабан. Мантии почти наверняка запечатали туннели… если, конечно, знали о них. Если нет — они слышали слова Левана и лихорадочно соображали.
Бесшумно и с угрюмыми лицами пары разошлись по залитой лунным светом деревне, прячась под окнами и прижимаясь ушами к деревянным стенам. Саффрон казалось, что ее грудь стянули тугим ремнем. От страха покалывало ступни и ладони, словно она в любой момент могла потерять сознание. Словно в любую секунду могла умреть. Словно каждый вздох может стать последним.
Леван сжал ее ладонь рукой из плоти и крови и потянул в сторону дома, где он вырос. От его прикосновения Сафф будто ударило молнией прямо в сердце.
Конечно, он знал. Знал, что это все ее рук дело.
Потоки ядовитого фиолетового тумана вцеплялись в хижину, как щупальца неземного чудовища. Входная дверь вела прямо на поляну, так что Саффрон и Леван были совершенно на виду. И хотя все в Ордене уже знали, что она переметнулась, Сафф все равно натянула капюшон.
Без палочки она чувствовала себя уязвимой, точно голой, но ожидаемых вспышек заклинания effigias так и не последовало. Возможно, Серебряные Мантии так тщательно охраняли двери, что на окна смотреть уже не могли. Они знали, что члены Кровавой Луны разделились, чтобы расправиться с ними по одному, и что они не будут мелочиться на смертельные проклятия. Две одинокие фигуры и луноволк, пытавшиеся проникнуть в хижину, были слабой, но все-таки угрозой.
Оказавшись внутри, Леван отпустил ее руку и указал палочкой из черного вяза на пол в кладовой.
— Et aperturan.
Дверь люка открылась в комнату, явив под собой вход в туннель такого размера, что в него с трудом пролез бы взрослый. Узкая веревочная лестница исчезала в темноте внизу.
Когда Леван сотворил новое заклинание, пузыри у них на лицах исчезли, но и фиолетовый туман еще не просочился в хижину. Они могли дышать свободно, как и те, кто успел войти в дома. Оставшиеся на улице, оказались уязвимы. Саффрон надеялась, что так несколько отстающих выйдут из игры и счет будет значительно в пользу Серебряных Мантий.
— После вас, — прошептал Леван, показывая на отверстие в полу.
Что ей оставалось, кроме как подчиниться?
Рассо беспечно прыгнул в темную бездну, явно отлично
