прошептал Мэйк. — Ты же не думаешь, что она мёртвая?
Я перестал оглядываться по сторонам и сосредоточился на девушке.
— Она не выглядела мёртвой.
— А со сколькими жмуриками тебя уже приходилось сталкиваться?
— Я много о них читал. У них должен быть необычный цвет кожи.
Мы оба изучали её. Небольшие участки лица, которые не были скрыты волосами, выглядели вполне себе здоровыми. Ноги выглядели гладкими и загорелыми. Та часть её спины, которая виднелась над обрезанными джинсами, была не такой загорелой, как ноги, но и не имела болезненной бледности. Даже кремовая кожа, которую мы могли различить сквозь разорванную заднюю часть шорт, выглядела живой. Выглядела прекрасно.
— Ну, я даже не знаю, — прошептал Майк.
— Она не мертва.
— Только потому, что она ещё не занялась разложением…
— Ну, ещё не занимается другими вещами. Такими, как опорожнение кишечника, например.
— Они что, срут? — в его голосе прозвучали удивление и шок.
— Ну, я читал об этом.
— Чёрт! Чувак, это отвратительно.
— С-с-с-с.
— Что значит с-с-с-с? Она в отключке. Если она и не мертва, то что-то с ней, чёрт возьми, точно не так. Давай посмотрим, как она выглядит спереди.
Когда он сказал это, моё сердце забилось по-настоящему сильно. У меня появилось горячее, трепещущее ощущение внутри, когда мы отважились обойти клетку с противоположной стороны.
Там мы присели на корточки и уставились на девушку.
Тем не менее, не очень большая часть её лица была различима из под скрывающих его волос. Лишь половина лба. Кончик носа. Неприкрытый волосами закрытый глаз. Она была примерно такого же возраста, что и мы, и выглядела весьма недурно, судя по тому немногому, что мне удалось разглядеть.
Её голова покоилась на левой руке, локоть второй высовывался из-под лица. Её правая рука, свисала с груди. Верхняя её часть прижималась к грудям сбоку. Блузка плотно облегала грудь. Сосок откровенно выпирал наружу.
Майк ткнул меня локтем в бок.
— Знаю я, знаю.
— Вау!
— С-с-с-с.
Чувствуя себя возбуждённым и слегка похотливым, я оторвал взгляд от её грудей. Блузка была застёгнута на все пуговицы, за исключением треугольника обнажённой кожи над бедром. Она прикрывала её всю, вплоть до пояса джинсов. Они были обрезаны настолько коротко, что нижняя часть подкладки кармана торчала наружу. Он располагался плашмя на передней части её бедра, подобно бледному языку. Её ноги лежали одна на другой и согнуты так, что были обращены в нашу сторону коленями, находившимися недалеко от прутьев.
— Смотри, — сказал Майк. — Она дышит. Видишь её волосы?
И действительно, изучая её лицо в течение нескольких мгновений, я увидел, как волосы слегка шевелились там, где они покрывали её рот.
— Говорю же тебе, что она не мёртвая, — прошептал я.
— Она даже не выглядит раненой. Но тогда, что с ней не так?
Голосом погромче он произнёс:
— Эй! Эй, ты!
Ноль реакции.
Поэтому он просунул руку между прутьями, наклонился вперёд пока его плечо не упёрлась в клетку. Прежде чем он смог прикоснуться к ней, я сказал:
— Подожди. Не надо.
Он колебался, его рука зависла над её коленом.
— Чего?
— Лучше бы тебе этого не делать.
— Просто хочу немного её потрясти.
— А что если она… ну, я не знаю… заразная?
— Ты чё, спятил?
— Ну, может быть, у неё что-то есть. Понимаешь? Какая-то болезнь. Возможно, она заразна, и именно поэтому её сюда и поместили. Чтобы она никого не заражала вокруг себя. То есть, с ней что-то не так, и её оставили здесь. Может быть, её оставили здесь умирать, понимаешь?
— Так какой кретин додумается так поступать?
— А кто его знает? Какой-нибудь невежа. Или тот, кто очень напуган. Возможно, у него не хватило духа убить её, и поэтому он просто…
— Эй, держу пари, она вампир.
— Да я серьёзно.
— Или оборотень. Так и есть, она… оборотень! Сегодня ночью будет полнолуние. Её семья заперла её, чтобы она не взбесилась и не перегрызла глотки невинным детишкам. Он завыл.
— Кончай это.
— Расслабься!
Он опустил руку, сжал её правое колено и встряхнул его.
— Давай же, девочка, просыпайся! Что с тобой случилось?
Она не ответила. Поэтому он тряхнул её немного сильнее, всколыхнув всё её тело. Я поймал себя на том, что наблюдаю за её грудью. За тем, как она покачивается под блузкой.
Девчонка застонала.
Моё сердце ушло в пятки. Рука Майка дёрнулась назад, и он протащил её между прутьями решётки.
Девушка снова застонала, затем медленно поднесла правую руку к лицу. Потирая глаза, как человек пробуждающийся от глубокого сна, она перевернулась на спину и вытянула ноги.
Внезапно она застыла. Несколько мгновений она лежала неподвижно, затем резко села, откинув волосы в сторону. Выпучив глаза от тревоги, она лихорадочно оглядывалась по странам. На клетку, на лес, на нас. Потом всё же сосредоточилась на нас, разинув рот и тяжело дыша.
— Всё в порядке, — заверил я её.
Она вскочила на ноги, развернулась и бросилась на дверь. Та лязгнула и осталась закрытой. Клетка немного покачнулась. Она трясла и дёргала прутья решётки, наваливаясь на них всем телом, бросаясь как сумасшедшая в стремлении открыть дверь. Когда ей это не удалось, она повернулась к нам. Её лицо было красным. Она хватала ртом воздух.
К этому времени, мы на пару с Майком уже стояли на ногах, но не отошли ни на шаг от клетки.
— Тебе следует успокоиться, — сказал ей Майк. — Мы не собираемся причинять тебе боль.
Она мотала головой из стороны в сторону, волосы развивались.
— Мы попытаемся вытащить тебя оттуда, — добавил я.
Она перестала мотать головой, но всё ещё тяжело дышала. Она держалась за пару прутьев внизу на уровне бёдер, как будто течение, или что-то ещё, чего она боялась, могло увлечь её к нам.
Хотя несколько прядей всё ещё падали ей на лицо, теперь я смог его рассмотреть. Как по мне, она не отличалась особой красотой. Но была выше среднего. Довольно симпатичная, хоть и не ослепительная.
В некотором смысле я был рад, что она не оказалась такой уж великолепной. Те, кто действительно великолепно выглядят, заставляют меня ужасно нервничать. Я чувствовал себя достаточно неуверенно и без того, чтобы иметь дело с чем-то подобным.
Судя по тому, как она на нас уставилась, можно было подумать, что мы пара монстров Франкенштейна[35], или что-то в этом роде.
Я обратился к Майку:
— Почему бы тебе не вернуться к машине и не найти что-нибудь, чем можно взломать замок?
— Мне?
— Просто сделай это, хорошо?
— Эй, приятель, ты же сам сказал, что она может быть заразной. Наверное, нам лучше выяснить,
