него не будет ничего. Друзья, я верю, что в этом 2012 году мы станем свидетелями того, как всё, о чём я вам говорил, сбудется. По какой-то причине пришельцы решили не возвращаться на Землю в 95-м с той чёртовой кометой. Или, может быть, они возвращались, так что Питер Уильямс и его друзья сейчас далеко-далеко отсюда…
Нолан выключил радио.
Иногда лучше вообще ничего не слушать.
Стояла середина июня, и снег почти сошёл, когда он оставил Нейн, Ньюфаундленд, позади. В этом году выдалась хорошая зима, но Нолан был счастлив увидеть зелень весны. Когда в апреле началась оттепель, он почувствовал себя так, словно очнулся от спячки. Эта зима оказалась далеко не самой худшей из тех, что они пережили с той поры, как десять лет назад поселились в хижине. Например, зима 2007 года была убийственной, и он был уверен, что они её не переживут.
Они, конечно, всё выдержали, но серьезно задумались о том, что нужно собраться и уехать, чтобы найти какое-нибудь новое место. Однако потом пришла весна, а за ней и лето, Аарона приняли на рыбацкое судно рядом с Нейном, и они чувствовали себя здесь счастливыми. Так что остались. Теперь жители Нейна их знали и были с ними очень дружелюбны. Нолан помогал в местных лавках летом, когда прибывали круизные лайнеры, привозя сотни туристов, которые восхищались таким причудливым приморским городком, прежде чем снова поднимались на борт и исчезали.
Каким-то образом им удалось создать для себя дом.
Через открытое окно до Нолана доносились крики чаек. В воздухе всё ещё чувствовался холодок, но он уже привык к такой погоде. У него ушло на это некоторое время, но он выяснил, что чем больше слоев одежды на нём надето, тем лучше. Он даже научился ходить на снегоступах и делал это намного лучше, чем Аарон, к большому огорчению последнего.
Нолан мягко улыбнулся, опустив взгляд на красовавшееся на безымянном пальце золотое кольцо, исцарапанное и потрёпанное. Нолан и Аарон Каллахан были вместе уже восемнадцать лет, и их любовь всё ещё была крепка, как никогда.
Он насвистывал, когда свернул на старую грунтовую дорогу, ведущую к хижине посреди леса, счастливый от того, что вернулся домой после вылазки за продуктами. Аарон вызывался его сопровождать, но Нолан от него отмахнулся. Аарон всего пару дней назад вернулся из почти месячного плавания на рыбацком судне. Он заслуживал отдых.
Хижина была не такая уж и большая. Один этаж. Три спальни. Одна с половиной ванна[6]. Задняя терраса, на которой они могли сидеть и вдыхать запах океана, хотя находились почти в десяти милях от берега. У хижины была прочная крыша и хороший фундамент. Она стала их домом, и уже довольно давно. Но, наверное, не останется им навсегда. Нолану казалось, что они приближались к концу, вступали на порог нового начала.
Но это не имело значения.
Дом не всегда должен быть местом.
Дом может быть и человеком.
Сейди услышала пикап первой, вырвалась из хижины и с лаем практически скатилась по ступенькам с крыльца. Она была подарком от Аарона, полученным пару Рождеств назад, чёрно-белый щенок аляскинского маламута с блестящими глазами и дерзкой походкой. С тех пор она всё росла (и росла, и росла), пока не превратилась в того огромного зверя, которым являлась сейчас.
Упомянутый зверь подскочил к пикапу и закинул передние лапы на дверцу, отчаянно скуля и пытаясь дотянуться до Нолана, чтобы облизать его лицо.
— Эй, — сказал Нолан, смеясь. — Меня не было всего-то пару часов. Успокойся.
— Она сидела у двери с тех пор, как ты ушёл, — услышал Нолан низкий голос. — Хныкала и всё такое. Как будто думала, что ты не вернёшься.
Даже сейчас, даже спустя столько времени, сердце Нолана затрепетало в груди.
Аарон Каллахан стоял на крыльце, такой же внушительный, как и прежде. Сейчас ему было пятьдесят семь лет, тогда как Нолану сорок четыре, но Нолан мог только надеяться, что к шестидесяти годам будет выглядеть хотя бы наполовину так же хорошо. Аарон всегда был крупным парнем. Теперь он был не таким мускулистым, как в сорок, но всё ещё оставался могучим. Его волосы были белы, как и густая борода, которую он начал отращивать много лет назад, к большому удовольствию Нолана.
Нолан тоже не выглядел слишком убого, по крайней мере, так говорил Аарон. Они оба стали старше, и может быть, чуточку мудрее, и им уже давно не приходилось спасаться бегством.
— Мы должны избавить её от этого, — произнёс Нолан, вылезая из кабины. — Страх разлуки — это та ещё хрень. Уж я-то знаю. Ведь тоже сижу у двери и хнычу, пока ты не вернёшься домой.
Спускаясь по ступенькам, Аарон рассмеялся, издав гортанный смешок, которым Нолан всё ещё восхищался. Сейди облизала ему руки перед тем, как радостно залаяла, нарезая вокруг него круги.
Они не виделись всего пару часов, но Аарон обнял его так же крепко, как несколько дней назад, когда Нолан встречал его в порту. Нолан почувствовал, как затрещали его кости, уже не такие молодые, как раньше.
— Рад, что ты дома, — пробормотал он, уткнувшись Аарону в плечо.
— Я тоже, — ответил Аарон. Нолан слегка отодвинулся, и Аарон его поцеловал. Борода Аарона кололась, а потрескавшиеся губы немного царапались, но всё равно это было самое лучшее чувство на свете.
Нолан вздохнул и растворился в поцелуе.
— Продукты могут подождать, верно? — прошептал он в губы Аарона. — Что скажешь, если мы вернёмся в дом, закроем дверь спальни и посмотрим, чем там можно заняться?
— Как твоя спина? — поинтересовался Аарон со сверкающим взглядом.
Нолан закатил глаза.
— Она в порядке.
— Уверен? Вчера ты из-за неё столько ныл.
— Я уже не могу так наклоняться, — напомнил ему Нолан. — И вообще, не тебе об этом говорить. Помнишь, что случилось, когда ты в последний раз попытался трахнуть меня, подняв и прижав к стене?
Брови Аарона сдвинулись, как это часто случалось, когда он хмурился.
— Просто у меня тогда день не заладился.
Нолан фыркнул.
— Конечно. Продолжай себя в этом убеждать, приятель.
Аарон поцеловал его ещё раз, быстро и сладко.
— Отложим это на потом, ладно?
И тогда Нолан услышал это. В его голосе. Увидел это в том, как Аарон себя вёл. И может быть, если бы он действительно задумался, то понял, что уже давно знал, что близился этот день. Он почувствовал это уже много недель назад. Возможно, Нолан не мог точно предвидеть, что всё произойдёт именно сегодня, но он не был застигнут в расплох.
— Пора,
