— Знамение! — взвился одинокий голос и тут же умолк, а на ясном, без единого облачка небе невесть откуда стали возникать грязно-бурые тучи.
На вид тяжёлые, плотные и вообще какие-то неестественные, они окружили дракона, заключив его вместе с кусочком голубизны в рамку, словно картину. Сказочный зверь беззвучно выдохнул бело-сиреневое пламя, и оно растеклось по чешуе, образовав вполне надёжный щит. Соприкоснувшись с драконьим телом, тучи вспыхивали, скукоживались и исчезали. Мощный взмах крыльев очистил небо окончательно. Пламя погасло, чёрно-серебряная тварь кувыркнулась в воздухе и устремилась ввысь, мгновенно исчезнув из вида. Очередной порыв ветра едва не посбивал людей с ног. Несколько долгих мгновений на площади царила полная — нет, полнейшая тишина, — а потом толпа словно взорвалась приветственными криками. Кто-то орал: «Знамение!», кто-то — «Да здравствует!», кто-то — «Слава!». Стало тяжело дышать от наполнивших воздух цветов и гирлянд. Всё это роскошество бросали под ноги императору — но прилетало оно, куда боги пошлют. В общем, сказать, что на площади воцарился хаос, значило скромно промолчать в тряпочку. Кодару не скоро удалось объявить Большой Императорский Турнир!
Инию объявленный турнир не заинтересовал. Оруженосцы в подобных мероприятиях не участвуют. Большой Императорский Турнир — только для именитых рыцарей, для тех, чьи гербы известны каждому серву, кто своими деяниями заслужил подобную честь… не для графской дочери. Да и нельзя сказать, чтобы девушка мечтала о чём-то подобном. Похвала Альвиарран или Аллиэля казалась ей куда более весомым подтверждением успеха, нежели победа в поединке. Воинское мастерство рыцарей юную леди уже давно не впечатляло. Тем неожиданней оказалось заявление Кодара об участии в турнире всех троих: Инии, Литара и Ортига. Духа новоявленный император мог только просить — и ничуть не удивился отказу. Виа так и не появилась — но её отношение к подобным развлечениям знали все.
От тяжёлого турнирного доспеха Иния отказалась наотрез. Так же как и Литар с Ортигом. Глядя на изумлённую физиономию пажа, проводившего их в оружейную, девушка от души рассмеялась. На память пришёл другой турнир, в Тирисском герцогстве: тогда Иния со всем пылом свежеиспечённого оруженосца пыталась убедить Виа надеть эту гору железа.
Выступать на единороге показалось графской дочери попросту нечестным, так что поседлала она Рыцаря. Но вот от эльфийского клинка отказаться не смогла. Тяжёлый двуручник ей просто не по силам, какие с такой дурой возможны скорость и точность, не говоря уже о выносливости? Нет, аэреллью девушка, как обычно, закрепила у бедра. Литар с Ортигом также не изменили привычному оружию и испытанным коням. В результате троица оруженосцев разительно отличалась от массы рыцарей, больше всего напоминавших железных истуканов, невесть зачем изукрашенных перьями, лентами и цветами.
Жребий разбил рыцарей на пары, герольды громогласно напомнили, по какому поводу праздник, Кодар, стоя в императорской ложе, выхватил клинок из ножен и резко взмахнул им — турнир начался.
По воле случая в поединке на копьях оруженосцы не сражались друг с другом. Отсутствие доспехов, великолепно выезженные лошади и непривычная рыцарям тактика и техника — всё это позволило троице очень легко выиграть конные сшибки. Духа Кодар пригласил в свою ложу, и эльф наблюдал за творящимся на ристалище, с трудом сохраняя на лице выражение отстранённого спокойствия. Когда же не выбывшие из состязаний рыцари начали пешие поединки, Аллиэлю и вовсе пришлось то и дело отворачиваться, сдерживая рвущийся наружу смех. Иния всё это прекрасно видела — и радовалась, что Виа до сих пор не присоединилась к празднеству. Вдвоём они бы не сдержались. Зрелище и впрямь выходило забавное, не только для нелюдей, но и для их учеников, привыкших к отточенной технике боя, мгновенной реакции и молниеносным движениям учителей.
Оставшиеся на ногах рыцари выстроились с двух сторон ристалища и приготовились к финальному поединку, как раз когда солнце вцепилось раскалённым краем в горизонт. Всё шло в соответствии с традициями. Вот только сама схватка подкачала! Нет, правила не запрещали участникам объединяться во временные отряды — но особой эффективностью такая тактика не отличалась. Сложно сражаться плечом к плечу, когда точно знаешь, что в ближайшем будущем соратники превратятся в противников. Троица оруженосцев опровергла это правило, в три меча произведя настоящее опустошение среди цвета рыцарства. С невиданной доселе точностью клинки рассекали ремни крепления доспехов, разрезали подпруги, не касаясь кожи животных, перерубали поводья…. Оставшись втроём, Литар с Ортигом атаковали Инию. Уздечкой не пользовался ни один из них — хватало коленей. Боевые кони изящно переступали через тела раненых и оглушённых рыцарей, словно исполняя некий сложный танец. Трибуны замерли, Кодар перегнулся через перила, да и Дух смотрел с интересом — но Иния ничего этого не видела. Плотный туман скрыл ристалище от её глаз. Она знала, кто и где находится, куда надо направить коня, чтобы он не споткнулся, и в какую сторону отклониться, пропуская мимо разочарованно шипящее лезвие…. После боя в ущелье девушке ещё не приходилось обнажать меч, Виа почему-то прекратила тренировки с оружием, а эльф предпочитал гонять будущую супругу с жердью, — но графская дочь не могла ошибиться. Что-то изменилось, нынешний боевой транс чем-то неуловимо отличался от того, привычного, но отличие это не мешало, скорее наоборот! Да, раньше погружению в бой не хватало завершённости, а теперь… теперь нужное состояние обрело целостность, и безошибочное знание явилось сразу, без задержек — как и должно. Не задумываясь, Иния свесилась на бок, пропуская над собой мечи соперников, атаковавших девушку с разных сторон. Клинки с лязгом столкнулись над холкой Рыцаря, и графская дочь воспользовалась мигом замешательства, кольнув Литара в бок кинжалом — и одновременно с этим остановив аэреллью у горла Ортига.
Привычный мир обрушился на Инию подобно лавине. Предзакатная синь неба, алые отблески на стене, множество людей вокруг — и тишина. Впрочем, тишина длилась недолго — ровно столько, сколько потребовалось зрителям, чтобы выдохнуть и вдохнуть. Слитный вопль, последовавший за паузой, казалось, заставил дрожать древние стены. Даже Кодар, позабыв о новом титуле, орал что-то невразумительное, хотя он-то мог бы уже и привыкнуть. Но Иния, медленно принимая вертикальное положение и убирая аэреллью в ножны, видела только эльфа, читала похвалу в его довольной улыбке и гордость — в сияющих глазах, и с трудом сдерживала торжествующий крик.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
